– Мамочка, – запищала Люсенька в трубку, – мы так соскучились!
– Привет, мое солнышко! – Люда заулыбалась, голос дочки ее согрел, – я скоро за вами приеду.
– Здорово! А папочка с тобой?
– Нет, – Людмила поникла, – он еще в командировке.
– А-а-а, – разочарованно протянул ребенок.
– Ты ведь знаешь, – Люда перешла к наставлениям, – у нашего папы очень сложная работа.
– Знаю…
– Тогда жди спокойно. Он все дела сделает и скоро к нам прилетит.
– Ладно, – вздохнула малышка, – я буду ждать. Пойду бабушке расскажу, что ты уже едешь.
– Правильно, молодец! – похвалила Люда пятилетнюю дочку за рассудительность. – И Тёму предупреди!
Они попрощались, и Людмила, отложив телефон, тронулась с места.
Дороги оказались пустыми: по аэропортовой трассе и МКАД до поворота на Ленинский проспект она пролетела за тридцать минут. Майские праздники расчистили город, и Людмила, которая со своей провинциальной жаждой простора так и не полюбила вечную столичную толчею, порадовалась свободе. Она часто размышляла о том, что если б не Михаил, то не выдержала бы столицы – уехала обратно в свою Тверь. Хотя с родным городом и были связаны не самые лучшие воспоминания.
Детство Люси – мама раньше так ее называла, пока внучка не родилась – было чудесным. Волга, раздолье, легкая голова и доброе сердце. В учебе успехов за девочкой не наблюдалось, да она и не переживала по этому поводу: бабушка любила повторять: «Кому что дано от бога». Люсе были даны две вещи: яркая внешность и доброта. Она любила помогать людям не из стремления получить ответные блага, а просто потому, что, облегчая жизнь другому человеку, радовалась сама. Помощь по дому, общественная работа в школе, грядки старушки соседки – Люся бралась за любую работу и без видимых усилий ее выполняла. Многие подруги над ней подшучивали за безотказность, а Люся попросту внимания на это не обращала – как бабушка научила.
Когда пришло время выбирать профессию, девушка ни минуты не сомневалась. Конечно же, медицина! Кому еще, как не больным, беспомощным людям, требуется поддержка и помощь?! Только вот выучиться на врача – она и сама это понимала – у нее не хватит ни знаний, ни терпения. Целых шесть лет! Люсенька выбрала медицинское училище, получила специальность медсестры и, счастливая, устроилась на работу в больницу.
Поначалу все было прекрасно: больные ей нравились, с каждым она находила общий язык. Работа, которую Люся любила, совсем не казалась тяжелой, а маленькая зарплата была безразлична. Она вообще не привыкла задумываться о деньгах – для этого в ее жизни был мужчина. Отец. Который обожал свою красавицу дочку, ангела, как он говорил, так сильно, что готов был ради нее горы свернуть. Людмила иногда сама удивлялась, почему при такой сильной родительской любви она выросла совсем неизбалованной. А потом, в зрелом возрасте, когда появились собственные дети, все поняла: балуют детей не любовью, а безразличием, которое прикрывают материальными благами и вседозволенностью.
Но после полугода работы в больнице произошло великое событие: Люся влюбилась. И не в кого-нибудь, а в самого главврача!
По возрасту Валерий Степанович подходил больше матери Люси, чем ей самой. Но для нее, впервые в жизни потерявшей голову, разница в годах казалась такой незначительной, что и говорить не о чем. Важен был только он сам: умный, обворожительный, умилительно ласковый или восхитительно строгий. Ни лысина на макушке завидного холостяка, ни уже наметившийся живот Люсеньку не смущали – она видела только его бездонные в своей мудрости глаза и большие сильные руки. Люди во всем городе говорили, что Валерий Степанович – гений, хирург от бога, и это самое «от бога» преследовало ее неустанно.
Тем временем главврач и сам уловил чувственные волны, исходившие от юной медсестры. У них завязался роман. Люся не ожидала от себя такой страсти! Ей было все равно, что о ней говорят, не волновало, где они встречаются с Валерой – лишь бы он был с ней рядом. Если не хочет, пусть даже не женится. Она не станет просить: знает, как важна для этого невероятно талантливого и неординарного мужчины свобода.
Именно в тот год их безумной любви она поняла, для чего была создана богом – любить! Быть слабой и служить поддержкой сильному: тому, кто в состоянии творить, кто умеет не только помочь человеку, но способен спасти ему жизнь. Каждая успешная операция Валеры окрыляла Людочку и наполняла восторгом. Сама по себе она, конечно, ничто. А вот когда ее любовь отогревает гения, дает ему силы для подвигов, ее жизнь наполняется смыслом!
Люся порхала, парила в недосягаемых высотах счастья и не замечала, как вокруг нее сгущаются тучи.
Начались неприятности с того, что врачу их отделения – тридцатилетней заносчивой дамочке – пришла в голову жестокая мысль: рассказать отцу Люси правду о романе его дочери с главврачом больницы. Под соусом заботы о своей подчиненной и «единственном ребенке» в семье она явилась к Людмиле домой.
Когда Люсенька вернулась под утро с ночной смены, отца она не узнала: лицо его стало землистым, всегда смешливые, с искринкой глаза погасли. Он даже не мог говорить: губы дрожали.
– Как ты могла? – едва произнес он.
– Папочка, ты о чем? – Люда не поняла смысла вопроса.
– Не для того я тебя воспитал, – слезы отчаяния потекли из безжизненных глаз, – какой же ты ангел? С того момента жизнь Людмилы стала похожа на качели между адом и раем. На дежурствах она парила и забывала обо всем на свете, кроме обожаемого Валеры, а приходя домой, кожей ощущала безутешное горе отца. Она понимала, что виновата перед ним, что лучший выход – прекратить отношения, и не могла. Любовь к мужчине оказалась сильнее дочерних чувств.
Отец разочаровался в дочери раз и навсегда. Он-то мечтал о молодом зяте, о пышной свадьбе, о внуках, о том, чтобы все по закону божьему и как у людей. Разве мог даже в самом страшном сне он себе представить, что дочь достанется старому негодяю, который будет пользовать ее, даже и не думая о женитьбе? Вся больница – да что там! – весь город знал об этой порочной связи, а Люська оказалась настолько глупа, что даже и не попыталась все это скрыть. Нет у него больше дочери. Нет!
Людмила тяжело переживала обиды отца и металась между двумя огнями – любовью и долгом. Любовь, как ни старалась она образумиться, как ни лила слезы в три ручья, взяла над ней верх. Выход примирить папу с Валерой был только один: выйти за любимого замуж. И Люсенька, с детства не признававшая лжи и ухищрений, так прямо обо всем и сказала.
Валера пропал. Сначала уехал в отпуск, ее даже не предупредил. Потом стал умело избегать встреч. В те ночи и дни, когда дежурила Люся, носу не казал в ее отделение. Коллеги, которые раньше были с ней вежливы и почтительны, вдруг как с цепи сорвались. Часу не проходило, чтобы на Люсеньку не обрушивался шквал упреков за все на свете. Хотя работала она по-прежнему старательно и больные ее любили.
