Менты о чем-то посовещались, потом отошли от берега и стали подыматься вверх по откосу. Мужики потянулись за ними. Щуплов смотрел им вслед, пока процессия не скрылась за камнями. Сегодня, а до этого момента осталось не больше двенадцати часов, сюда, на этот, с позволения сказать, пляж, должен был прийти единственный дорогой ему человек… Оставалось ждать…
XXI
…Весь день прошел для Ани словно в тумане. После разговора «начистоту» с отцом она занималась обычными домашними делами, разговаривала с матерью, но мыслями была далеко. На словах она полностью отреклась от Александра, клятвенно пообещав быть поласковей с Виктором после того как все утрясется, и заверив, как мать, так и отца в том, что никуда дальше колодца не пойдет до тех пор, пока, опять же, все не утрясется.
Отец ушел ловить оборотня, хотя, если честно, оборотня ли, просто ли Александра Щуплова, или кого-то еще, Авдотьин-старший для себя так и не уяснил… В его голове, как и в головах большинства сельчан, в том, что касалось именно этого вопроса, царила совершеннейшая неразбериха: в оборотней верили, но как-то не совсем; в то, что Щуплов злодей, опять же верили, хотя бы из-за того, что он куда-то бесследно пропал, но в то, что он убил, буквально разорвав в клочья, Максима Пименова и пожилого учителя, верили единицы…
…Васька, как человек, знавший больше всех, стал пользоваться всеобщим вниманием и популярностью: к нему обращались за подробностями, и он отвечал. Дрожавший еще с утра, после пережитого ужаса, к полудню, после общения с людьми, он отошел совершенно, а ближе к вечеру стал чувствовать себя героем и, несмотря на запреты матери, убежал, чтобы присоединиться к поискам злодея.
…Полина Васильевна все-таки несколько раз пыталась начистоту побеседовать с дочерью, но всякий раз, как она пыталась заговорить с ней о чем-нибудь ином, кроме хозяйства, Аня удивленно смотрела на нее и неизменно говорила:
— Ты о чем, мама?
И у Авдотьиной опускались руки…
В голове у Пареева так же царил совершеннейший сумбур. Образ Щуплова как врага вытерся из его сознания, он искал (кого искал? зачем искал?), потому что искал Громов. Он, как и Илья, не спал ни минуты с тех пор, как встретил толпу, возглавляемую Филипьевной и Васькой, но усталости не чувствовал. Надо было искать, он и искал.
…В противоположность взрослым, Васька знал, кого они ищут и зачем. Несмотря на математический склад ума и более чем материалистическое воспитание, в оборотней он верил и ничуть не сомневался, что Щуплов именно таковым являлся. Ему сразу вспомнился тот день, когда, влекомый необъяснимым ужасом, он удалился от карьера, чтобы иметь беседу с Александром касательно сестры. Только теперь в Васькиной памяти всплыли все его тогдашние чувствования, забытые по неизвестной причине позже, и Авдотьин-младший лишний раз убедился в том, что с Щупловым что-то нечисто. И глаза его совсем не обманывали, когда он заглядывал в окно. Авдотьин попытался внушить эту мысль Парееву, но тот лишь мычал и вообще выглядел человеком, пыльным мешком из-за угла пуганным. В конце концов, Васька присоединился к отряду, всячески убеждая мужиков в нечистой сущности Щуплова. Ваську поднимали на смех, но вынуждены были соглашаться в том, что рациональное зерно в его заявлениях есть…
К вечеру поисковый пыл иссяк. Многие разбрелись по домам, остальные разделились, так как таскаться толпой целый день всем изрядно надоело, тем более что проку от таких хождений был — пшик. Только два мента, Петрович да Васька планомерно снова и снова обходили окрестности. Иногда Авдотьину-младшему казалось, что цель близка, что еще немного и… В то, что, возможно, Щуплов уже не в одном десятке километров от Ясина, ему не верилось…
Темнело… Аня сидела дома и старалась смотреть телевизор, хотя это ей не удавалось. События одной из очередных так горячо ею любимых мексиканских мыльных опер, которым она всегда искренне сопереживала, теперь проходили мимо нее, не задевая ни души, ни сознания… Однако ни мать, занятая на кухне, ни отец, вернувшийся с бесплодных поисков, не замечали ее пустого взгляда. Девушка ждала темноты…
…Ваське удалось наконец достучаться до Пареева, да так, что участковый начал приходить в себя. В сумерках, когда поиски окончательно всем осточертели, когда даже Петрович потерялся где-то во мраке, с ментами остался только Васька. Отец гнал его домой еще раньше, но пацан, сделав вид, что делает то, что ему сказали, спрятался и дождавшись, когда отец сам отправился домой, вновь присоединился к тающим рядам искавших. Теперь он старался держаться ближе к Громову, от Пареева, как ему казалось, толку было мало. Пока Петрович еще был с ними, Илья Ваську старался не замечать, когда же и здоровяк откололся, он, сделав по возможности грозное лицо, спросил Авдотьна младшего:
— А ты, что ж, паршивец, домой не идешь?
— Я не паршивец, — обиженно отозвался Васька. — А здесь я, чтоб помочь следствию!
— Много от тебя помощи… — пробурчал Громов. — Взбаламутил народ, теперь вот ищем незнамо что!
— Как это «незнамо что»! — с негодованием откликнулся Васька. — Очень даже знамо! Александра Щуплова! А ты, Витя, что молчишь? — обратился он к своему старинному врагу. — Ты ведь его тоже видел!
— Видел, — буркнул Пареев. — Ну и что с того?
— Как что? Его надо уничтожить!
— Надо, — согласился Пареев. — Только вот как?
— Но ведь вы же вооружены! А у него…
— А у него клыки, — внезапно довольно внятно сказал Виктор. — Ты не видел трупов, ни этого… Максима, ни… учителя вашего, алкоголика.
— Я видел, — встрял Громов. — Учителя во всяком случае… Зрелище не из приятных… Вот только как мог мелкий человечишко, как этот ваш Щуплов, натворить такое?
— Я ж говорю, он — оборотень! — хором сказали Пареев и Васька и посмотрели друг на друга. Что-что, а вот такого единодушия у них не было никогда.
— Два идиота, — пробурчал Громов. — Мы просто ищем пропавшего человека, при чем здесь оборотни?
— Ага, с пэ-эмами и с ружьями, — съязвил Васька. Илья хотел было осадить зарвавшегося мальца, но Виктор внезапно его поддержал:
— Вот именно! Я видел трупы, я видел оборотня. Нам его надо уничтожить!
Казалось, Пареев проснулся, и если бы, на взгляд Громова, он не порол бы теперь ерунды, то Илья решил бы, что его товарищ, наконец-то, пришел в себя и стал рассуждать здраво.
— Спятили, — пробормотал Илья и больше уж не произносил ни слова.
Как ни удивительно, но Пареев и Авдотьин младший внезапно нашли общий язык. Они разговорились между собой, причем на темы, далеко не всегда относящиеся к последним событиям в Ясино. Через некоторое время Васька понял, что Пареев совсем не такое дерьмо, каким казался вначале, Виктор же решил, что и Васька, пожалуй, на что-то да годиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
