Читаем без скачивания Орфей и Ника - Андрей Валентинов

– Тогда… – Валюженич еще раз осмотрел проход и хмыкнул. – Плита упирается в глухой камень. Если что-то подложить… Что-то очень крепкое…

За «очень крепким» пришлось подниматься наверх. Нужный обломок нашли быстро – фрагмент каменной статуи из твердого гранита. Не без усилий его скатили вниз по лестнице, затем, переворачивая, докантовали до конца прохода.

– В правый угол, – распорядился Валюженич. – Если плита станет на место, останется проход…

Наконец обломок был установлен на нужном месте. Археолог, еще раз осмотрев нехитрое приспособление, остался доволен:

– Кажется, все… Посмотрим… Лучи трех фонарей заскользили по тайнику. Тэд не ошибся, перед ними был зал четырехугольной формы, почти квадратный, с ровными, аккуратно отесанными стенами. В глубине, у левой стены, возвышалось нечто напоминающее пилон. Возле самой лестницы на полу стояли две стеклянные лампы.

– Опоздали, – вздохнул Тэд. – Кажется, все успели перепрятать. Ну пошли?

Он быстро спустился по ступенькам, за ним последовали остальные. Тут же послышалось гудение – плита дрогнула и попыталась стать на место, но гранитный обломок надежно зафиксировал ее в полуметре от противоположного края прохода.

– Вовремя сообразили, – констатировал Валюженич.

Чиф кивнул. Перспектива оказаться замурованными была не из приятных. Правда, тут же мелькнула мысль: те, кто впустили их, наверняка позаботились о пути назад. Впрочем, осторожность не помешает.

– Керосиновые. – Тэд осмотрел стоявшие у лестницы лампы. – Предусмотрительно…

Он достал зажигалку. Через мгновение неровный колеблющийся свет залил подземелье. Одна лампа досталась археологу, другой завладел господин Чжао, Чифу же пришлось довольствоваться фонарем.

– Ну так… – Тэд быстро обошел зал, держа лампу в вытянутой руке. – Помещение четырехугольное, приблизительно семь на семь метров, стены сплошные, ни дверей, ни проходов… Завтра начерчу план, а пока…

Он подошел к каменному пилону и поднес поближе фонарь:

– Ого! Признаться, нечто подобное я и ожидал увидеть.

Поверхность пилона оказалась покрытой небольшими, похожими на странных уродливых муравьев знаками.

– Странно, я не знаю этой письменности. – Господин Чжао провел рукой по твердой черной поверхности. – По-моему, иероглифическая… Господин Валюженич, я почти уверен, что ни на Тибете, ни в Китае подобная письменность еще не встречалась.

– Зато встречалась кое-где еще… Йе! – Тэд резко обернулся. – Вспомнил! Мне такое показывал мистер Арцеулов! Он вместе с твоим отцом, Чиф, нашел несколько деревянных табличек! Очень похоже!

– Это хранилось в тайнике, – заметил господин Чжао. – Значит, либо надпись считалась тайной, либо сам камень был реликвией. По-моему, он вообще нездешний… Господин Валюженич, вы ведь захватили с собой фотоаппарат?

– В лагере, – кивнул археолог. – Завтра все пересниму, заодно скопирую с помощью восковой бумаги – для верности. Ну, я почти доволен… Мистер Арцеулов скажет нам всем большое спасибо…

– А таблички расшифрованы, дядя Тэд? – поинтересовался Косухин.

– В том-то и дело, что нет. Там мало текста, не за что ухватиться. Ну, теперь будет легче! Представляете, господин Чжао, таблички были найдены в Южной России! Откуда же эта надпись здесь?

– Вопрос чисто риторический, коллега, – пожал плечами Чжао. – Но в любом случае поздравляю. Это – находка…

– И пожалуй, единственная… – вздохнул археолог. – Ну, поищем еще…

Они прошлись по залу, но ничего обнаружить не удалось. Все, хранимое здесь, было либо похищено либо надежно перепрятано. Правда, в левом углу Чиф обнаружил еще один камень, на этот раз вмурованный в стену. Камень был черный, гладкий, грубо отесанный с боков. Особого интереса находка не вызвала, Валюженич предположил, что это очередной священный артефакт, которых в тибетских храмах полным-полно. Господин Чжао не стал возражать, но осмотрел находку более внимательно, после чего направился дальше.

Чиф, однако, не спешил. Камень показался странным. Косухин провел рукой по гладкой полированной поверхности. Она походила больше на темное стекло или загустевшую смолу. И тут рука нащупала маленькое углубление. Чиф поднес фонарик ближе-в полированной поверхности имелась небольшая щербинка. Он решил было, что это просто случайное повреждение, но тут же заметил рядом еще одну, затем третью, четвертую… Пять маленьких углублений, расположенных веером… Зачем? Что-то знакомое было в этом. Углубления находились на небольшом расстоянии, их можно вполне накрыть ладонью…

Чиф даже вздрогнул – настолько простой оказалась разгадка. След ладони, такой же, как на плите, закрывавшей дорогу! Только на этот раз мастер обозначил лишь кончики пальцев – может, из осторожности. Значит, следует лишь приложить руку…

Он не спешил. То, что произошло чуть раньше, казалось труднообъяснимым. Допустим, дело не в нем лично. Может, плита реагирует на любую руку…

Нет, не получается: тогда каменная «задвижка» вообще не имеет смысла. Но можно допустить, что благодаря какому-то совпадению рука Чифа оказалась как раз подходящей. Но что должно открываться здесь? А вдруг ловушка? Грабители, обрадованные успехом, спешат приложить руку к поверхности черного камня, и тут их ждет возмездие. Они позаботились об отступлении, блокировав «задвижку», но хранители тайника могли приготовить им сюрприз. Нет, рисковать не стоило…

– Йе, Джон! – Крик Валюженича прозвучал неожиданно.

Косухин резко обернулся. Археолог стоял в центре зала, керосиновый фонарь был зачем-то поднят над головой. Чиф поспешил подойти.

– Что случилось? – Господин Чжао появился откуда-то из дальнего угла. – Вы обнаружили золотой саркофаг, коллега?

Валюженич рассмеялся:

– Нет, просто вспомнил одну любопытную историю. Хотите послушать?

– Как всегда, из Диснея? – буркнул фольклорист.

В ответ вновь послышался смех:

– Почти. Всегда рассказываю ее студентам на первой лекции… Случилось это в Испании в тысяча восемьсот семьдесят шестом году. Известный археолог Марселино Саутуола решил обследовать одну пещеру. Ничего особенного найти не ожидал, просто думал поискать какие-нибудь мелкие артефакты. Его маленькая дочка, лет шести, попросила отца взять ее с собою. Тот не возражал…

Валюженич перевел дух:

– Они спустились вниз, Саутуола, как водится, стал смотреть под ноги, нашел пару обработанных камней. А девочке стало скучно, и она стала глядеть не вниз, а…

– …вверх, – вздохнул господин Чжао. – Так были открыты знаменитые росписи Альтамиры, о чем я прочел приблизительно в возрасте этой девочки. И что из данного рассказа следует?

– А вот что! Смотрите! – Рука археолога указала на потолок…

Красные клубящиеся тучи, закрывающие золотой небосвод… Фреска казалась объемной, живой:

может, неровный цвет фонарей был тому виною. Густые краски вначале показались неестественными, даже вызывающими, но Чиф тут же понял, что видит нечто знакомое. Золотой небосвод, вал кроваво-красных облаков, из-под которых проглядывает черная твердь… Он видел это ночью, когда над Пачангом вспыхнуло зарево. Да, все было именно так, слева – клубящиеся тучи, занявшие полнеба, а справа…

Он быстро включил фонарик. Правая часть фрески была едва заметна в полумраке, но он все же смог разглядеть силуэты золотых пагод. Пачанг… Тогда, в его видении, город выглядел совсем иначе, чем изобразил его неведомый художник, но он находился там же, над горизонтом. А чуть дальше…

Валюженич, тоже заметивший силуэт золотого города, постарался поднять фонарь повыше… Всадники! Маленькие фигурки летели по небу, навстречу кровавым молниям и черным птицам. Все это было не очень похоже на то, что привиделось Чифу; но мастер хотел показать именно ту битву, изобразить все случившееся одновременно – и наступающие на золотой город тучи, и бьющие из них молнии, и летящих всадников. Значит, здесь должно быть что-то еще…

Косухин направил луч света к краю облачного фронта. Именно здесь ему почудилась фигура старика с седыми волосами и жезлом в руке. Точно! Художник нарисовал и его, хотя выглядел старик совсем иначе, на нем было что-то похожее на широкий черный халат, а вместо жезла рука держала посох с фигурным навершием. Чиф поглядел правее – и тут же нашел того, с кем вышел на поединок носитель посоха. Он тоже выглядел совсем по-другому. На фреске был изображен воин в блистающих золотом доспехах; на длинном мече, извлеченном из ножен, светились еле заметные звездочки…

– Потрясающе, – выговорил наконец господин Чжао, забыв на время весь свой скепсис. – Тэд, вы видели что-нибудь подобное?

– Господин Валюженич, – поправил злопамятный археолог. – Можно «мистер»… Нарисовано неплохо, но сюжет неоригинальный. Небесная битва, добро и зло…

– Да что вы говорите! – возмутился фольклорист. – Вы когда-нибудь видели именно такую композицию? Тучи, всадники, два предводителя?