как обычно, потом видение про Джеймса, полет в Кейронскую империю, а потом он предположил, что во всем виновата Херд. И вот, тут же отличный момент, прям, как в каком-нибудь фильме. Свидание с Лиззи и тут неожиданно Джеймс. И он уже не понимал радоваться ему или нет. С одной стороны, как же легко то! Захотел ответ, а он свалился с небес! А с другой стороны, для него не свалиться с небес ответ, что ему нужно делать.
Наконец, лифт остановился и двери распахнулись. Джеймс прошел вперед в полную темноту, потянул руку вправо и в длинном коридоре по очереди включался свет.
Гунсберг развернулся к Киллиану.
– Ну, – с усмешкой сказал Джеймс. – Чего стоим, ждем тут?
Киллиан прошел вперед и проверил карманы пиджака.
– Ты не забрал у меня пистолет? – выдавил из себя все-таки.
– Да, а я тебя довериться не могу? Хочешь сказать, что можешь меня пристрелить?
Мог широко раскрыл глаза от услышанного и они прошли по коридору дальше. Где-то вдалеке этого коридора была дверь и до нее идти долго. Стены были белого цвета, а сверху на расстоянии пяти метров от друг друга висели лампочки. Джеймс ходил, касаясь ладонями стенок и потом занюхивая эти ладони. Он приподнял голову наверх на секунду три, словно чувствовал наслаждение. И так он повторил за весь поход до двери раза три. Наконец, они дошли до двери. Гунсберг достал ключик из своего мелкого кармашка и открыл ее. Дверь распахнулась и тут опять темнота. В этот момент Мог задумался о том, что это может быть не Джеймс, а какой-то безумец, который притворился им, однако такого совпадения не может быть. Не может быть, что совпало облик в видении и облик случайного безумца. Но пока что Киллиана волновали больше другие вопросы: где он и почему Джеймс ведёт себя так, будто он его приятель.
Джеймс нажал на переключатель сбоку и в помещении включился свет. Это была мелкая комнатушка, в которой стоял письменный и старый на вид стол, и стул за ним, а также перед ним. Гунсберг с тяжёлым вздохом сел за стол, а спереди к нему сел Мог.
– Приветствую, – сказал Джеймс. – Приветствую тебя, Карл Маркил. Ты не представляешь как я скучал по этому месту, по этому длинному коридору. А ты скучаешь?
Карл Маркил? Он что, перепутал его с кем-то?
– Джеймс Гунсберг…
– Называй просто Джеймс.
– Да, – ему было тяжело даже одно слово сказать. – Меня не… – только он хотел сказать, что у него другое имя, но тут же передумал.
И при этом ему еще удавалось сдерживать злобу на этого человека. Сейчас руки протяну и удушу тебя, тварь, подумал он. Ну в мыслях правда много было всего.
– Что не?
– Я хотел сказать, что меня не интересует тут сидеть и ждать.
–Боже, Карл, – с улыбкой ответил Джеймс.
Он встал со стула и начал ходить взад-вперед, словно ему так легче думать, достал сигарету и покуривал ее. Все его движения были примечательны некой четкостью и грациозностью. Складывалось впечатление о нем, как об остроумном человеке.
План Мога был ясен и понятен. Он хочет воспользоваться тем, что его перепутали с каким-то Карлом. Вот только неужели он похож на какого-то Карла. Или может Джеймс знал только его имя. С чего он вообще решил, что это обязательно он?
Джеймс приостановился, облокотился спиной об стену и стена, словно шторы, дала провалиться Джеймсу, пока тот поднимал руки в стороны от радости, а сзади него оказался большой концертный зал. Киллиан резко встал от удивления и подбежал, как оказалось, к шторам, которые были разукрашены и поглажены так, словно это стена. В конце зала виднелась сцена с большим количеством музыкальных инструментов. Виолончель, контрабас, фортепиано, арфа, колокольчики и множество других. Несмотря на весь возраст этих инструментов, они все же все еще имели актуальность, ведь люди не хотят обращать внимание на возраст звука, они хотят слушать ушами великолепие звука инструмента. Для кого-то музыка это лишь забава, для кого-то это искусство, а для кого-то это математика и во всех этих случаях музыка прекрасна, кроме наверно последнего случая.
Джеймс сел за мягкий стул и сказал:
– Весь этот концертный зал спроектировал я! Сам я и никто другой! Я всегда любил изобретательность, но ещё больше любил, когда эта изобретательность приносила пользу другим. – он посмотрел на Мога: – Карл, садись.
В самом концертном зале, который отличался большими размерами, преобладал темный оттенок, даже, если яснее выразиться, черный.
Мог присел на расстоянии двух мест от Джеймса.
– Сейчас будет симфония, а потом уже приступим к работе. Уже через час будут здесь мои приятели.
« – Час? – подумал Киллиан.»
Мог достал свой телефон и на «удивление» связи не было. Он зашел в приложение «камера» и увидел, что его внешний вид такой же как и прежде. Тогда еще больше вопросов на счет того, почему его считают за Карла. Однако он понимал, что если так и дальше будет продолжаться, то он сможет получить те данные, которые захочет, только если Карл настоящий не должен был обречён на смерть. Надо вести себя не то, что сдержанно, а словно дома.
– Пошутил, – с усмешкой сказал Джеймс. – Уже через три минуты вход в зал откроют.
Половина света в зале утихло, а где-то вдалеке послышались звуки толпы, их шагов и разговоров. Через три минуты вход в зал открыли и люди неторопливо проходили в зал.
– Это все участники? – спросил Мог, боясь, что после этого вопроса могут быть непредвиденные последствия.
– Да, мои сообщники. Самые близкие подсядут к нам.
Спустя три минуты люди прошли в зал. На удивление Киллиану они все были довольно в старомодной одежде времен так 2023.
– Почему они такие старомодные?
– Мода циклична, Карл.
–Да, однако я что-то на улицах Сирона не видал такой одежды.
– Карл, ты пробыл в отключке три недели.
Мога это то ли удивило, то ли ужаснуло.
Люди уселись по всем местам. Справа от Мога сел мужчина в темно-синем классическом костюме. У того были голубые глаза, ровный нос и прямоугольное лицо. Рыжие волосы, которые были укорочены на зоне виска. А слева мужчина был одет в черный костюм с красным галстуком и голубой рубашкой. Красные глаза, наверно линзы, подумал Киллиан. Волосы у него были каштановые, длинные и зачесанные назад. Они оба поглядели на Киллиана с улыбкой и оба одновременно, достав визитки, протянули их к Киллиану.
Мужчина в синем воскликнул:
– А ну-ка убрал свою грязную визитку!
Мужчина в черном ответил:
