– Черт бы его побрал! – воскликнул лорд Астор. – Я поехал, Фарради, и сам позабочусь обо всем.
Лорд Астор пустил лошадь легким галопом, стараясь не привлекать внимания остальных джентльменов. Он не мог последовать прямо за удаляющимся фаэтоном, потому что сначала надо было объехать оставшийся участок заболоченной местности.
Уже не в первый раз лорд Астор подумал, что ему следовало бы более внимательно приглядывать за Франсис. Девушку хорошо приняли в высшем обществе, она не испытывала недостатка в друзьях и поклонниках. Ухаживания Чарлтона были вполне понятны, их даже можно было бы приветствовать. Однако эти ухаживания длились достаточно долго, и было бы нелишне поинтересоваться, каковы планы сэра Джона.
Теперь картина совершенно изменилась. Слава Богу, что Фарради заметил фаэтон. Здравый смысл подсказывал виконту, что Чарлтон – тщеславный и недалекий человек, и вряд ли у него имеются серьезные намерения в отношении свояченицы. Ясно, что его привлекает лишь ее красота.
И вот сейчас он везет Франсис к себе домой, а ее никто не сопровождает. Господи, да что же побудило ее поехать с ним? Ну и ветреница! Неужели она не понимает, что Чарлтон везет ее к себе для того, чтобы соблазнить, а может, даже и изнасиловать? Лорд Астор никогда не был высокого мнения об умственных способностях Франсис, но всегда верил в ее целомудрие. Франсис не позволит соблазнить себя. Наверное, надеется на то, что остановит Чарлтона своими слезами.
«Как хорошо, что Фарради заметил их!» – снова подумал виконт. Как бы он сумел успокоить Арабеллу, если бы с ее сестрой случилось несчастье? Арабелла страдала бы не меньше Франсис, а это причиняло бы и ему невыносимую боль.
А он хотел, чтобы Арабелла была счастлива. И только совсем недавно осознал, что она стала целью его жизни. Арабеллу всегда заботило благополучие других людей больше, чем ее собственное. И дружила она с теми, к кому испытывала сочувствие и старалась помочь.
Да, она заслужила счастье и для себя. Он сердцем понял это прошедшей ночью, когда любил ее, забыв о собственном удовольствии. И парадокс этой ситуации заключался в том, что он испытал с Арабеллой такое блаженство, какого раньше не испытывал ни с одной из женщин. Ему хотелось, чтобы Арабелла познала всю радость физической любви.
А утром он понял это и разумом. Проснувшись, виконт нашел Арабеллу рядом. Она лежала, свернувшись калачиком и подложив ладонь под щеку. Он долго смотрел на жену.
Арабелла стала ему очень дорога, но он еще не до конца осознал этот факт. Она была его женой уже больше месяца, однако до него медленно доходило, что женитьба изменила, его жизнь. И еще медленнее он признавал то, что Арабелла становится для него не просто официальной женой, а любимой женой. Он боялся взглянуть в глаза правде, потому что любовь всегда казалась ему западней, тюрьмой, которая лишает любого мужчину свободы наслаждаться жизнью.
И все же в конце концов он признал, что Арабелла стала смыслом его жизни. А свобода теперь означала для него только одно – свободу сделать Арабеллу счастливой. Ему хотелось наполнить ее жизнь любовью и радостью, но, к сожалению, он не знал, как сделать счастливым другого человека. Его прошлая жизнь была чрезвычайно эгоистичной.
Виконт был готов просить у Арабеллы прощение, унижаться, встать перед ней на колени, если понадобится. Но простит ли она его? А действительно ли он сожалеет о своем поведении? Сожалеет ли о его причине так же сильно, как о последствиях?…
Наконец лошадь лорда Астора выбралась на дорогу, и он повернул ее вслед за фаэтоном. Хотя фаэтона не было видно, далеко он уехать не мог. Так что есть шанс догнать их до того, как Чарлтои начнет осуществлять свой коварный план соблазнения Франсис.
Надо обязательно избавить Арабеллу от страданий. И предупредить Франсис, чтобы она молчала об этом эпизоде.
***
Франсис поднялась необычайно рано, ее разбудил свежий утренний воздух, проникавший в комнату через окно, которое вчера вечером забыла закрыть служанка Беллы. Спустившись в столовую, она с удивлением обнаружила, что за столом нет ни Беллы, ни подруг, а только завтракают несколько джентльменов, явно собравшихся на верховую прогулку.
После завтрака Франсис вышла на лужайку, чтобы немного погулять и подождать кого-нибудь из знакомых. Она с удовольствием дышала бодрящим воздухом, сожалея, что редко встает так рано.
– О, мисс Уилсон! А вы, оказывается, ранняя пташка.
Обернувшись, Франсис увидела направляющегося к ней сэра Джона Чарлтона.
– Доброе утро, сэр. А я подумала, что все джентльмены отправились на верховую прогулку.
– Я распорядился для вашего удобства подготовить мой фаэтон. И рад, что мне не придется ждать полудня, когда вы обычно просыпаетесь.
На дороге позади него Франсис увидела фаэтон; лошадей под уздцы держал грум.
– Вряд ли с моей стороны будет правильно поехать с вами, сэр.
Сэр Джон изобразил на лице удивление.
– Разве я не говорил, мисс Уилсон, что мы поедем не одни? Какое упущение! С нами едут леди Астор и мистер Хаббард. Они отправились вперед.
Франсис нахмурилась:
– А я думала, что Белла еще не вставала. Хотя, конечно, она всегда просыпается чуть свет. Но почему она не подождала нас?
– Должно быть, ей захотелось прогулять собаку, – предположил сэр Джон.
– Георга? Да, наверное.
– Так что нам пора в путь. – Сэр Джон оглянулся на дом. – Ваша сестра, возможно, чувствует себя неловко наедине с мистером Хаббардом.
– Хорошо. – Немного поколебавшись, Франсис взяла сэра Джона под руку.
После нескольких минут езды в фаэтоне Франсис повернулась к спутнику, на ее лице была написана тревога.
– Но вы ожидали, что я встану не раньше полудня. А это значит, что Белле пришлось бы слишком долго находиться наедине с мистером Хаббардом.
Сэр Джон наградил Франсис надменным взглядом.
– Наслаждайтесь прелестями утра, мисс Уилсон, – посоветовал он. – И выбросите все из головы.
Глава 17
Несмотря на то, что Арабелла встала необычно поздно для себя, она позавтракала и вышла на улицу до того, как в столовую спустилась Франсис. Арабелла торопливо направилась на псарню, чтобы забрать Георга на запоздалую прогулку. Возле конюшен она чуть не столкнулась с мистером Хаббардом.
– Рад видеть вас, леди Астор! – поприветствовал он ее. – Пожелайте мне удачи. Я еду в Брайтон.
– В Брайтон?
– Фарради я сказал, что дела требуют моего возвращения домой. Но вам я с удовольствием открою правду. Я еду туда, чтобы забрать и отвезти домой Соню и моего сына. Вы, наверное, считаете меня сумасшедшим?
Несколько секунд Арабелла внимательно разглядывала своего собеседника.
