Довод о том, что продолжение войны еще одну неделю выйдет за пределы внутренней и международной поддержки, следовало бы взвесить с учетом масштабов уважения, заработанного президентом Бушем в связи с победой, которая стала возможна благодаря его руководству. Более всего оказавшиеся под воздействием этой победы арабские лидеры, особенно в Саудовской Аравии, потом утверждали, что они предпочли бы продолжить дело вплоть до свержения Саддама.
Попытка измерить масштабы поражения Ирака создала долгосрочную политическую дилемму. Резолюция 687 Совета Безопасности Организации Объединенных Наций устанавливала прекращение огня; ее положения по вопросам разоружения могли быть выполнены только под тщательным международным контролем, в то время как стремительный вывод американских вооруженных сил в значительной степени ликвидировал реальность угрозы повторного вторжения. Саддам воспользовался этой возможностью и очень цепко восстановил свое положение и в целом положение радикального Ирака.
Администрация Клинтона ускорила этот процесс ухудшения ситуации. Когда Саддам сохранил свою власть после войны в Заливе, у Соединенных Штатов оставалось три варианта проведения политики: 1) примириться с достаточно наказанным Саддамом; 2) держать Саддама в «узде», обязав его выполнять условия резолюции СБ ООН № 687; 3) поставить целью своей национальной политики его свержение.
Администрация Клинтона выполняла три варианта одновременно и не добилась результатов ни по одному из них. После того как Саддам выжил в войне в Заливе, его поведение усилило опасения его соседей. Он постоянно срывал выполнение положений о прекращении огня, которым завершилась война в Заливе. В 1996 году он ликвидировал автономные институты, учрежденные под американской эгидой для курдских районов. Сотни были убиты, а по крайней мере три тысячи человек, которых ассоциировали с Соединенными Штатами, были высланы из страны. Начиная с ноября 1997 года Саддам методично саботировал систему инспекций ООН, созданную для контроля над программами Ирака по созданию оружия массового поражения. Администрация Клинтона постоянно грозила применить силу и каждый раз отступала, давая тем самым Саддаму возможность ликвидировать систему контроля ООН. Когда Соединенные Штаты в конце концов применили силу в течение четырех суток в декабре 1998 года, то это был плохо скроенный камуфляж для отказа от всей системы инспекций.
После ликвидации системы контроля Саддам стал заниматься подрывом экономических санкций, установленных для восстановления системы контроля, которые, как предполагалось, должны были оставаться до подтверждения уничтожения всего оружия массового поражения и средств его производства. Через три месяца после отказа Ирака от договоренностей о прекращении огня в районе проживания курдов Соединенные Штаты в декабре 1996 года согласились с поддержанной Организацией Объединенных Наций программой, разрешавшей продажу Ираком нефти на сумму в 2 миллиарда долларов США ежегодно для закупок продовольствия и медикаментов. Объяснение этому заключалось в том, чтобы «изолировать» Саддама, разделив выполнение военных положений и вопросов благополучия населения. Идея о том, что укрепление внутреннего положения Саддама в итоге ослабит его лично, демонстрировала плохое понимание реалий обстановки в Заливе. С тех пор так называемая программа «нефть за продовольствие» выросла до 6 миллиардов долларов ежегодно, а сейчас уже и не имеет ограничений. Таким образом, в 2000 году Саддам экспортировал нефти на 16 миллиардов долларов США – приблизительно столько же, сколько составляли доходы Ирака до войны в Заливе. Разумеется, при наличии денег освободившиеся ресурсы можно было использовать и для закупки гораздо более опасных материалов.
Нерешительная американская реакция на все эти вызовы мотивировалась двумя психологическими наследиями вьетнамского протеста: страшным нежеланием применять силу и настойчивым стремлением оправдывать любую угрозу силой формированием поддержки со стороны как можно более широкой многосторонней коалиции. Отсюда, в ответ на якобы имевшую место попытку иракского покушения на жизнь бывшего президента Буша во время его визита в Кувейт в 1993 году, Клинтон приказал выстрелить несколькими крылатыми ракетами по одиночному зданию, про которое Пентагон сказал, что оно никем не заселено. В 1996 году, когда Саддам разгромил поддержанные американцами силы курдов, администрация Клинтона ответила крылатыми ракетами против радиолокационных станций, расположенных в сотнях километров к югу. И, как отмечается, действия четырех ночей сумбурных бомбардировок обозначили американское молчаливое признание краха инспекционного режима ООН в декабре 1998 года. На протяжении всего этого периода администрация Клинтона также продемонстрировала тенденцию принять за чистую монету заявления руководителей стран Залива, требовавших проявления сдержанности. Они, эти заявления, были, похоже, предназначены для того, чтобы служить неким алиби для различных правителей, очень хорошо осознававших представляемую Саддамом угрозу, которое, как они тайно надеялись, будет проигнорировано Соединенными Штатами.
Политическая выживаемость Саддама вынудила Соединенные Штаты проводить политику «двойного сдерживания» против Ирана и Ирака. Саудовская Аравия, Кувейт и государства Залива недостаточно сильны, чтобы сопротивляться как каждой из этих стран в одиночку, так и в случае их объединения. Существует также двойственность цели Америки в отношении к роли, которую долгое время играл Саддам. Вот что заявил в ноябре 1998 года президент Клинтон после прекращения ответного нападения, которое фактически уже было проведено:
«Если мы сохраним там работу ЮНСКОМа (Специальной комиссии ООН по разоружению Ирака) и еще раз дадим ему (Саддаму) шанс почетно смириться, просто соблюдая резолюции ООН, мы увидим, что из этого может что-то получиться»37.
Ни один из наших союзников в Заливе или в этом районе даже отдаленно не верил в перспективу «почетного смирения», основанного на соблюдении резолюций ООН в течение нескольких месяцев. Все были убеждены в том, что Ирак приложит максимум усилий, чтобы перевооружиться, как только санкции будут сняты, и что крупные державы уже стараются изо всех сил найти предлоги для полного снятия санкций ООН. Страны региона, опирающиеся на Соединенные Штаты, будут в конечном счете оценивать отношение Соединенных Штатов к их безопасности по их способности либо свергнуть Саддама, либо ослабить его до такой степени, чтобы он был не в состоянии больше представлять угрозу, – независимо от их открытых заявлений.
В той ситуации, когда Соединенные Штаты выступают гарантом всех границ в одном из самых взрывоопасных регионов мира, безопасность Залива стала зависеть от широко распространенного восприятия способности Америки решать дела, связанные с последствиями продолжающегося правления Саддама и его растущей мощи. Государства Залива вместе с тем сильно осознают свою зависимость от Америки и страшно нервничают в связи со слишком заметным сотрудничеством, особенно когда Америка проявляет нерешительность.
Стратегия Саддама направлена на три цели: 1) привлечь внимание мира к жалобам Ирака; 2) раскрыть перед всем миром скрытый раскол между постоянными членами Совета Безопасности Организации Объединенных Наций; 3) перенести острие спора с инспекций на снятие санкций. Он далеко продвинулся на пути к достижению этих целей. Не предпринимается никаких серьезных усилий для возобновления работы инспекционной системы ООН; международные дебаты в основном сосредоточены на облегчении или снятии санкций – на деле несколько стран во главе с Россией, Китаем и Францией открыто не согласны с ними. В частности, Ирак, судя по всему, стал испытательным полигоном для нового французского усилия определить европейское самосознание, отличное от и даже противоположное Соединенным Штатам.
В конце почти десятилетия нерешительного поведения Соединенные Штаты оказались в положении, при котором в большинстве районов мира – особенно в Европе – именно Америка, а не Саддам оказывается препятствием ослаблению напряженности в Заливе. Защитники Ирака в Организации Объединенных Наций имеют все возможности получения большинства в Совете Безопасности, необходимого для снятия всех санкций. Хотя Соединенные Штаты, несомненно, используют свое право вето, такой исход усилит растущую изоляцию Америки и, возможно, заставит другие страны ослабить соблюдение санкций.
Уступка со стороны Америки этому хору не принесет никакой пользы. Подрывающие санкции страны посчитают, что пренебрежение политикой США, подкрепленной резолюциями ООН, не несет никакого наказания. Государства Залива получат облегчение от временного снятия давления со стороны Ирака, однако их будет волновать стойкость Америки во время каких-то других кризисов.
