созерцать это явление не представляется возможным. Ясное дело, когда ты, например, в космосе или на северном полюсе, природные явления выглядят совсем иначе, и определить по двенадцатичасовой разметке день или ночь сложно. В любом случае, часы на моей руке, судя по всему, являлись предметом огромной Андрюхиной зависти. Но вот сейчас он спрашивал время вовсе не по этой причине. Переросток явно куда-то торопился или планировал попасть. Уж не для этого ли свидания были приняты одеколоновые ванные? На станцию, что ли, собрался. Хоть посмотреть на эту Алку ради интереса. Что она из себя представляет. Ради кого Переросток даже собственным лицом рисковал, имея реальную возможность по нему отхватить.
— Андрюх, то, что виски, а не "виску", деревенские не пробовали, это больше плюс. Вот именно, когда попробуют, потом за уши не оттащишь. Начнем с малого. Среди своих. Далее — можно рассмотреть близлежащие села. Ну, а вот затем уже приступим к охвату более крупного рынка.
— Неее… — Братец покачал головой, — У нас рынка нет. И в Квашино нет. И в Воробьевке. Это тебе только в город ехать. Там, да. Там рынок. Торгуют всяким. Из наших никто не ездил. А вот с Квашино, я знаю, некоторые частенько возят перец болгарский, картоху.
Я с сочувствием посмотрел на братца. Да уж. Как объяснить слепому, насколько зелёная трава? Никак. Вот именно. Поэтому не стал тратить время на пустую болтовню.
Матвей Егорыч оказался дома. Правда, и Зинаида Стефановна тоже. Она, как раз, сообщила нам, что деда Мотю надо искать в саду.
— Чего эт вы? А? Андрюх? Мой, поди, попросил? Принес ему что-то? Принес? Нук признавайся!
— Да хватит, баб Зин. Чего принес-то? С Вами принесешь. Ещё и отхватишь сам. — Братец бочком "просочился" мимо ставшей посреди двора Стефановны.
Та же, уперев руки в бок, проводила нас подозрительным взглядом. Только что не принюхивалась одновременно. В чистоту наших помыслов она явно не верила. Я кивнул, приветствуя хозяйку, и тоже вслед за братцем скромненько скользнул к калитке, ведущей в сад.
— И Жорка… Ох… точно ждать беды… Козла надо закрыть. — Баба Зина покачала головой.
Матвея Егорыча мы нашли под яблоней, где он на ползал, собирая ранние плоды.
Дед обрадовался нам, как родным. А когда услышал тему разговора, мне кажется, даже помолодел лет на десять. Резво вскочил на ноги, притащил ржавое ведро, перевернул его и уселся, упираясь ладонями о колени. Начался деловой разговор.
— Виски, говоришь… Ну, не знаю…не знаю… Не пробовал. Но затея го́дная. Пить будут хорошо, коли действительно так все вкусно, как ты говоришь. Продавать тоже можно. Не в открытую, конечно. А то председатель нам быстро сухой закон введёт. Да и признаки капитализма на лицо. Нет. По-тихому. Только по-тихому.
Честно говоря, думаю, Егорыч поддержал бы любую затею, где присутствуют слова "пить" и "продавать". Его вдохновили оба аспекта. Глаза деда блестели, а на щеках выступил румянец. Вот ведь как мало человеку надо для счастья.
— Тэкссс… Аппарат потребуется ещё один. Если свой экспроприирую, бабка сразу заметит. А это нельзя. Она нам весь процесс запорет к чертям… Хуже ОБХСС. Курва, а не бабка. Значится, надо приобрести новый. Эх… Можно у кума взять. Который на станции живёт. У него, вроде, без надобности. Бочки… Ну, с бочками решим. Придумаем. Торф, говоришь, ещё нужен. Это малясь проблематично. Будем бороться со сложностями по мере их поступления. Сначала — аппарат. Кстати … — Егорыч оживился и с хитрецой покосился в сторону калитки, за которой "прогуливалась" Зинаида Стефановна, активно изображающая хозяйственную деятельность. На самом деле, одно ее ухо практически вылезло самопроизвольно из-под платка наружу, отдаленно напоминая локатор в рабочей готовности. Только что не поворачивалось в направлении звука. Так усиленно она подслушивала.
— Хош пробу снять? Проверить, так сказать, мастерство? Бабка гонит обычный, а я потом часть настаиваю. На зверобое и яблочных дольках. Ни у кого такого не увидишь. Продукт — чистая слеза. Ток жёлтая. — Матвей Егорыч зажмурился, причмокивая губами.
— Эх… — Андрюха, хотя спрашивали не его, нервно хрустнул пальцами. Он явно разрывался между желанием провести вместе со мной дегустацию, пользуясь случаем, и каким-то делом, которое его тяготило. Да ещё, насколько помню, нам что-то где-то надо почистить. Это, видимо, братца тоже напрягало. Виктор точно по головке не погладит, если забьем на его указания.
— Самогон то у Вас, да, отличный. Дел просто много. Батя задание дал.
— Да хватит тебе! — Матвей Егорыч даже подпрыгнул на своем импровизированном стуле. Мы с Переростком просто присели на корточки, пока вёлся бизнес-диалог. — Так, чуть по чуть. Исключительно, чтоб Жорик понимал, с каким специалистом имеет дело. Не прогадал ты с выбором, Георгий, явившись ко мне. Не прогадал! А насчёт задания Виктора… Наоборот, потом дела, как по маслу, пойдут. Поверь, знаю, о чем говорю. Сам иной раз начну хозяйством заниматься, тоска тоской. А приму немного родненького и все. Работа спорится. Мы ж немного.
— Ну … не знаю… — Братец покосился на меня, словно советуясь, а потом махнул рукой. — Давайте. Пусть действительно Жорик попробует. Только ради этого.
— Значит, теперь нужен план, по обезоруживания противника. А противник у нас — страсть, какой хитрожопый , — Матвей Егорыч слегка приподнялся и вытянул шею, рассматривая родную супругу, которая в это время активно что-то трясла рядом с сараем, попутно разговаривая с курями. Громко. Показательно. Чтоб мы слышали, она тут не просто так. У нее ДЕЛО.
— Жорик, ты отвлекаешь Зинку. Андрюха, в летней кухне под столом стоит пятилитровая бутыль. В ней — жёлтого цвета. Это оно. — Раздал указания дед.
— Как же я вам ее отвлеку? — С сомнением посмотрел на Зинаиду Стефановну. Бабка точно чувствует подвох.
— Ты — парень городской. Найдешь, чем женщине голову задурить. — Хихикнул дед, а потом хлопнул меня по плечу, предлагая поддержать шутку.
Смешно, конечно, не было, но попробовать самогона, если честно, хотелось. Не потому что я без алкашки жить не могу. Нет. Реально интересно. Эксперимента ради. Да и правильно дед говорит, нужно понимание, какого уровня спеца себе планирую нанять.
— Все. Давайте. — Матвей Егорыч встал на ноги и насвистывая себе что-то под нос, принялся кружить рядом с яблоней, не хуже бабы Зины создавая видимость активной деятельности.
В общем, выбора не было. Пришлось взять самую сложную часть мероприятия по добыче самогонки на себя.
Я поднялся с корточек и двинулся в сторону Зинаиды Стефановны. Подошёл. Стою, смотрю. Молчу. Она периодически на меня тоже смотрит, но тоже молчит. Андрюха прямо за калиткой
