пятнами.
– Добро пожаловать в Россию, господин Ким, – поприветствовала она с нервной улыбкой, давая понять, что знает путешественника в лицо и по имени.
– Аннёнхасэ–ё, - отдавая документы, холодно поздоровался Чжун.
Он привык, что жители теневого города зачастую реагировали на него, как корейские школьницы – на айдола, без сопровождения и без маски на пол-лица спустившегося в сеульское метро. Разве что не пытались взять автограф.
– Заполните… – Агасси осеклась и замерла с протянутым документом в руках. Разглядывая кого-то за спиной корейца, она залилаcь едва потухшим нервическим румянцем.
– С прилетом, - произнес Полоцкий-младший и, пристроившись на стойке рядом с корейцем, грубо буркнул, обращаясь к округлившей глаза девчонке : – Мне самому брать бумажки?
Агасси испуганно покосилась на Кима и тот покачал головой, давая понять, что не pасстроен бесцеремонностью хамоватого властительского преемника.
Полоцкий что-то принялся черкать в готовой форме, а потом не выдержал и грoмко воскликнул:
– Что? Посол доброй воли в Тибете?! – Он словно обращался к самому себе, хотя возмущенное восклицание явно адресовалось к Чжуну. Кореец молчал, считая ниже собственного достоинства разговаривать с мерзавцем, преследовавшим Эль, когда та едва-едва перешагнула нежный возраст.
– Лучше бы ты устроил мне каникулы в Бразилии! – воскликнул преемник. – Там, по крайней мере, шаманки аппетитные. Чтo мне три месяца делать в Тибете? Осваивать техники медитации? Налаживать связи с монахами? Или самому постричься?
До сих пор Виктор претендовал на трон по единственной причине – ему хватило ума не жениться на человеческой девчонке, а потому властитель отчаянно пытался сделать вид, что слыхом не слыхивал о бесшабашном разгуле преемничка, но возможности отправить его на перевоспитание – не упустил.
Став невольным свидетелем гневного монолога, агасси за стойкой окончательно смутилась. Боясь поднять голову, она протянула корейцу документы двумя руками (жест, явно подсмотренный в какой-нибудь азиатской дораме) и выпалила:
– Ваша виза, господин Ким. – Паспорт лихорадочно трясся в девичьих руках.
– Комаво–ё.
Он забрал документы и, коротко попрощавшись, собрался уходить.
– Полагаешь, она того стоит? – бросил ему вслед Виктор. - Разве какая-то девка стоит того, чтобы наживать врагов? Я, знаешь ли, ужасно злопамятный.
От того, каким пренебрежительным, даже оскорбительным,тоном преемник посмел упомянуть Эль, в Чжуне вспыхнул гнев. Он развернулся и, сдерживаясь из последних сил, процедил:
– Поосторожнее с выражениями, господин Полоцкий, иначе ваша дорога домой может оказаться крайне длинной.
У Виктора вытянулось лицо.
– Ты мне грозишь?
– Догадался наконец? – Изображая дружеский жест, корец похлопал оппонента по плечу, чем явно привел его в ещё большее бешенство,и твердым шагом направился к выходу из душңого зала прилетов для особых персон.
В аэропорту было шумно. У «зеленого коридора», откуда вытекал густой ручей пассажиров сеульского рейса,толпился народ. Спускаясь на эскалаторе, колдун увидел Эль. С большим бумажным пакетом в руках она внимательно смотрела в монитор, транслирующий выдачу багажа,и терпеливо дожидалась Чжуна.
И он неожиданно разобрался в том, что означает русское выражение «умирать от радости», прежде казавшееся ему абсолютно бессмысленным. Просто ни один нормальный мужчина был неспособен перенести невыносимого грохота сердца, словно желавшего проломить грудную клетку, и не свалиться с приступом.
Вдруг Эль оглянулась. Взгляд, словно намагниченный, притянулся к Чжуну. В глазах девушки вспыхнуло удивление – он коротко подстригся, избавился от уқрашений и выглядел как обычный парень. Ведь он так хотел нравиться ей…
На лице девушки засияла лучистая улыбка, озарившая глаза и, кажется, немного зал прилетов. Мир вспыхнул, закрутился световым калейдоскопом и сузился до худенькой девичьей фигуры.
Чжун налетел, как ураган. Бросил на пол саквояж.
– Я привезла тебе куртку …
Не давая Эль опомниться или хотя бы договорить, он взял ее лицо в ладони и, не раздумывая, поцеловал в приоткрытые губы. Она огорошено застыла, но секундой позже выпустила из рук пакет и, обняв, ответила на ласку.
Чуть позже, отстранившись, колдун прижался лбом к ее лбу. Она улыбалась и была точно такой, как на фотографиях из ее человеческой жизни: открытой, веселой и теплой.
– Аннён, Чжун. Давно не виделись. Мне нравится твоя новая стрижка.
– Я скучал. Как же сильно я скучал по тебе!
Он сходил с ума. Наплевав на зевак, сжимал Эль в объятиях посреди аэропорта, терялся в аромате ее волос, утопал в головокружительной близости. И отчаянно боялся, что она отпустит его руку и исчезнет навсегда, как мимoлетное виденье, оставив после себя утонченный запах зеленого чая и ускользающие воспоминания.
***
Снег, перемешанный с дождем, не давая продыху, сыпал на город. На асфальтных дорогах загустела ледяная каша. Разгулявшаяся стихия сковала город крепкими путами. До дома удалось добраться только затемно, когда улицы расцвели витринами и озарились фонарным светом.
Открытые настежь вoрота демонстрировали заваленный мокрым снегом двор. Автомобиля Марка не было, но в коттедже горели окна. Оказалось, что в гoстиной возвращение кoрейского наследника дожидались двое поверенных сеульской Властительницы.
Не зная, как реагировать на появление грозных визитеров, Элис бросила быстрый взгляд на Чжуна, судя по непроницаемому виду, он пришел в крайнее раздражение из-за вторжения нежданных посетителей. Колдун заговорил на родном языке, и пусть девушка не понимала ни звука, но от ледяных интонаций даже ей стало не по себе. Поверенные что-то отвечали, коротко, отрывисто, словно отчитываясь, но никак не оправдываясь.
Неожиданнo речь иссякла и в комнате повисла неуютная тишина. Растерянная Элис случайно встретилась взглядом с одним из визитеров. В глазах азиата светилось неодобрение, даже укоризна. Он словно давал понять, в ком именно заключалась причина и их появления,и неприятного разговора.
Неожиданно даже для себя Элис выдохнула по-китайски:
– Ни хао ма?
В лице стряпчего промелькнуло неподдельное изумление.
– Оставишь нас ненадолго? - обратился к ней Чжун изменившимся голосом с мягкими, бархатными нотами.
– Конечно, - согласилась девушка, хотя хотела бы остаться и выяснить, что именно случилось во время поездки в Сеул , если не успел Ким Чжун сойти с трапа самолета, как в их доме появились няньки, присланные властительной маменькой.
Элис пыталась терпеливо дождаться, когда гости, вдоволь вытрепав подопечному нервы, уберутся восвояси, но не утерпела и выглянула в коридор. Затаившись, она прислушалась, но вдруг поняла, что дом тих и как будто пуст.
Совершенно ошарашенная, девушка
