невесты и платье для государственных церемоний. Как и в модных дневных платьях, в вечерней моде существовали разнообразные варианты подолов. В середине десятилетия были особенно популярны подолы в форме носовых платков, а к концу десятилетия юбки могли быть длиной до колен спереди и существенно длиннее сзади, иногда даже длиной в пол. Платье украшали длинными полосами ткани или кушаками, которые театрально волочились по земле.
Транспорт постоянно развивался, поэтому тема путешествий становилась все более популярной в модных иллюстрациях. На рисунке Пьера Мурга 1927 года два ансамбля от Шанель, состоящих из пальто и платья, которые описывали как «полуспортивную одежду». Оба пальто из шерсти на шерстяной подкладке. На модели справа полосатое джерси использовано и для топа, и для подкладки, благодаря чему создается интересный эффект совпадающих полос.
ДЛИНА ЮБКИ
Изменения длины юбки и реакция на это публики оказались одной из самых важных модных тем XX века. Хотя эти изменения по-настоящему начались в 1910-х годах, в 1920-х годах длина юбки стала предметом пристального внимания общества и прессы. Были даже предприняты попытки закрепить ее законодательно. Реакция на изменение длины юбки в 1920-х годах предсказала похожие изменения и реакцию на них в 1940-х и в начале 1970-х годов. Хотя существует стереотипное представление о 1920-х как о времени юбок по колено, в действительности эта длина преобладала в то десятилетие всего лишь несколько лет.
В 1922 году подолы опустились (достигнув максимальной длины с начала Первой мировой войны), и это спровоцировало сильные, но разнообразные реакции. В течение десяти дней августа 1922 года в The New York Times появились две статьи с совершенно противоположными мнениями.
Так как короткие юбки шить дешевле, платья, которые носят заключенные в исправительном заведении для женщин в Бедфорде [штат Нью-Йорк], не разрешено делать длиннее в соответствии с новыми фасонами, популярными у женщин на свободе. Некоторые из заключенных, желая идти в ногу с модой, просили надзирательниц разрешить более длинные платья. Новые форменные цельнокроеные платья, разрешенные для заключенных несколько дней назад, имеют длину примерно в фут от земли. Эти платья длиннее, чем те, которые женщины Бедфорда носили ранее. Но заведующие хозяйством признали, что это всего лишь удачный компромисс между максимально короткими юбками, которые на свободе носили ранее, и длинными юбками, вошедшими в моду сейчас. «Новые правила более экономичны, — сказал сегодня майор Эймос Т. Баркер, суперинтендант. — Здесь мы не станем гнаться за модой»[27].
Тем временем примерно в 480 км к северу, в Канаде, отреагировали совершенно иначе:
Двадцать самых умных и хорошеньких жительниц Монреаля восстали против попыток создателей стиля навязать женщинам длинные юбки. Они создали лигу «Нет удлинению юбки». Члены этой лиги поклялись не отказываться от укороченных фасонов и сделать все возможное, чтобы убедить других молодых женщин носить короткие юбки[28].
В 1926 году, реагируя на то, что юбки вновь укоротились и стали едва прикрывать колено, американский экономист Джордж Тейлор изучил популярность качественных шелковых чулок как символа богатства, ведь короткие юбки выставляли их теперь на всеобщее обозрение. Работу Тейлора интерпретировали неправильно, считая, что он создал «индекс длины юбки», популярный экономический миф, согласно которому вместе с процветанием появляются короткие юбки, а рецессия влечет за собой появление более длинных юбок. Хотя это утверждение с тех пор неоднократно повторяли, оно легко опровергается, если внимательно изучить соотношение между длиной юбок и экономикой. По иронии судьбы, «индекс длины юбки» опровергает сам себя: на высшей точке процветания за два года до краха фондовой биржи в 1929 году парижские кутюрье уже предлагали более длинные юбки.
Модели за пределами выставки моды в Холланд-Парке в Лондоне (1925) демонстрируют разную длину юбок, модных в это время.
На иллюстрации Жоржа Барбье 1921 года для роскошного модного издания La Gazette du Bon Ton показан вышитый стеклярусом узор из цветов вишни на платье от Густава Беера в стиле ар-деко с эффектными ниспадающими до пола полотнищами ткани.
Дом Калло прославился удивительными цветовыми сочетаниями и характерной вышивкой, которые ценила разборчивая клиентура. Яркий цветочный узор на этом платье примерно 1922–1925 годов также отражает эстетику, которую можно увидеть на роскошных шалях того времени.
В самом начале десятилетия в вечерних платьях часто делали эффектный акцент на бедрах, например, драпировки по бокам в виде панье или объемные буфы из ткани, расположенные асимметрично. Стильные платья были популярны для вечера, но к середине десятилетия многие вечерние платья превратились в простые футляры без рукавов с декоративными деталями на бедрах.
Руки оставались обнаженными, так как длинные перчатки носили редко. Декольте на вечерних платьях, зачастую круглые спереди и сзади, были более откровенными, чем в предыдущие годы. Использовались шифон-бархат с рельефным узором, атлас, креп, жоржет, обычно нейтральных тонов или цвета драгоценных камней, а также ламе и ткани с металлической нитью. Вечерние платья часто украшали стеклярусом или блестками. На платьях для танцев начали преобладать бахрома, кисточки, перья и другая свисающая отделка, чтобы соответствовать модным танцевальным па. Такие наряды были популяризованы благодаря экранным музыкальным номерам, например, танцу Джоан Кроуфорд в «Наших танцующих дочерях» (1928).
Дневные наряды для торжественных случаев обычно походили по силуэту на вечерние платья, но больше прикрывали тело. Рукава были округлыми, в виде лепестков или длинными и прозрачными, а поверх платьев без рукавов носили съемные отложные воротники из кружева или шифона. Некоторые платья этого периода размывают границы между нарядными дневными и относительно скромными вечерними туалетами. В зависимости от времени года и ситуации одно и то же платье можно было надеть во второй половине дня или вечером, сменив аксессуары.
Платья невесты и подружек невесты обычно шились в стилистике вечерних нарядов. Популярными были стильные платья, а также подол в форме носовых платков или с другой отделкой. У свадебных платьев часто были рукава из кружев или тюля, но носили и модели без рукавов. Тренов у платьев не было, их роль играли очень длинные вуали, появившиеся в 1910-х годах и остававшиеся модными. Теперь, при короткой юбке, вуаль осталась единственным элементом наряда, который волочился по земле. При дворе и на важных государственных мероприятиях некоторые представительницы старой аристократии и королевские особы, включая королеву Марию, продолжали носить длинные платья. И все же короткие платья стали нормой и там, но в сочетании с длинными вуалями или накидками, волочащимися по земле.
Модные дамы и джентльмен
