Я водила по карте пальцем, а санги Брон с большим интересом следила за мной.
- Вот поэтажный план. – Я открыла следующий лист. – Вот центральный вход в башню, вот это кухня, а вот здесь, смотрите… - я постучала ногтем по плотному листу бумаги: – Две небольших комнаты, которые я планирую отдать семье помощника. В одной можно устроить спальню, а во второй – небольшую гостиную. Разумеется, комнаты будет убирать горничная, да и с питанием проблем не будет, плюсом к этому идет зарплата. Так что обсудите, пожалуйста, мое предложение с сангиром Пероном.
Санги Брон не стала говорить, насколько ее заинтересовало это предложении, но уже на следующий день, с утра к Ольгерду явился сангир Перон и, после небольшой беседы, семейная пара была принята на службу.
Пожалуй, это был самый разумный расход за все время. С помощью санги Брон в мгновение ока был укомплектован штат прислуги. Она лично изучила рекомендации от прежних хозяев, куда-то съездила, с кем-то пообщалась и, отвергнув двух поварих и трех горничных, буквально на пятый день пригласила меня в холл, где и представила небольшую команду.
Прачка – средних лет женщина со слабым водным даром, вдова с двумя детьми.
Повариха – солидная, дородная дама ронса Була с прекрасными рекомендациями. Щупленький мужчина ронс Ферд– муж поварихи, маг-природник, который будет заниматься садом, чем-то он напомнил мне ронса Ингвара, он так забавно смотрелся на фоне своей крупноформатной жены, что я невольно улыбнулась и получила в ответ робкую, но чуть шкодную улыбку садовника. Дети этой семейной пары оставались в городе, сын был давно женат, дочь замужем, и они искали себе тихое место.
Следующая семейная пара состояла из старшей горничной ронсы Лезы и ее мужа ронса Хайна. Ронс Хайн будет следить за ремонтом замка, а после поддерживать все его части в рабочем состоянии. Кроме того, присутствовали еще две горничные Зуна и Крита, миловидные, скромные девушки, собирающиеся зарабатывать себе приданое.
К концу десятого дня я была выжата, как лимон, а Ольгерд, как мне кажется, обзавелся новыми морщинками. В который раз перебрав все бумаги, справки, расчеты и документы, мы без сил свалились в кровать, и даже колечко ронсы Фасты нам не понадобилось. Отъезд был назначен на следующее утро.
Решив, что в этой жизни нам слишком везло, судьба ознаменовала первый день нашей самостоятельной жизни проливным дождем. В огромном холле мы попрощались с канцлером, крепко обнялись с санги Фастой и, накинув плащи, вышли на улицу.
Я не боялась за барахло – все было надежно упаковано, зато боялась простудить людей. У всех были водонепроницаемые накидки, но в небольшую карету, которую для меня купил Ольгерд, я усадила не только санги Брон с мужем, но и повариху, и старшую горничную. Ольгерд ехал во главе обоза, спрятавшись в огромный серый плащ с магической пропиткой.
Домашнее барахло, посуда, личные вещи слуг, сами слуги, четверо мастеров, которые должны были набрать бригады на месте, – все это вылилось в обоз из девяти телег.
Нам предстояло трехдневное путешествие до ближайшего грузового портала. Повезло в том, что столичные дороги, проложенные в древние времена лучшими магами, практически не требовали ремонта, карета мягко катила по ровному покрытию и почти все мы продремали первый день под мерный стук дождя.
Это был один из самых используемых торговых трактов и, благодаря отвратительной погоде, свободного места в трактирах для нас не нашлось. Лучшее, что смогли нам предложить – огромный сарай, наполовину забитый сеном. Так что на этом сене мы и ночевали, подстелив кто что смог.
Конечно, нам с Ольгердом, как сангирам, следовало остаться в карете, но модель была самая простая, не предназначенная для дальних путешествий и диванчики в ней не откидывались, а Ольгерд не помещался поперек. Эта ночевка на сене обоим нам напомнила дорогу с Хартом, так что уснули мы с улыбкой, не смотря на то, что ронса Була зверски храпела всю ночь по соседству.
Следующая ночевка была удачнее. Нам досталась комната в трактире, где я даже смогла помыться, кроме того, ливень почти закончился, осталась только мерзкая морось. Вечером третьего дня мы прошли очередной портал и вышли в окрестностях замка рыцаря Кетро.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Здесь нас уже ждали слуги рыцаря. Самому сангиру Кетро, в знак благодарности за дружеское отношение и помощь, мы с Ольгердом привезли в подарок огромный ларец, заполненный разноцветными флаконами с южными ароматными маслами:
- Сангир Кетро, надеюсь, что этот маленький сувенир сделает ваши прекрасные горячие ванны еще приятнее. – Ольгерд был очень серьезен.
Встречающий нас рыцарь Кетро засмеялся, передал тяжелую коробку лакею и сказал:
- Я рад вновь приветствовать вас в замке! К тому же понял ваш намек, сангир Ольгерд! Все готово и вы можете попасть в эти приятные ванны хоть сейчас – заодно и согреетесь.
И эта ночь со всеми удобствами в уютной спальне вернула мне силы.
К собственному замку мы попали далеко не сразу.
Сутки мы восстанавливали силы в замке рыцаря Кетро и давали отдых коням. Заодно выслушали несколько дружеских и очень толковых советов от будущего ближайшего соседа.
Утром, пройдя через портал, оказались в паре часов езды от той самой деревушки, где нас арестовали.
Теперь нас сопровождало намного больше телег, так как часть товара для ремонта были закуплены в городке, что располагался рядом с замком рыцаря Кетро. Кроме того, там же, у замка было нанято несколько ремонтных бригад и, по рекомендации рыцаря, отряд военных для охраны.
- Это, сангир Ольгерд, бойцы хорошие. С гердом Крогом мне даже послужить пришлось в свое время, так что его отряд смело можно брать на службы.
Одну из телег нам загрузили, по предложению сангира Кетро, плотными, непромокаемыми армейскими пологами.
- В замке вашем я был лет пять назад, проверял и запечатывал. Думаю, жить в нем сразу вы не сможете, недели две, а то и больше придется вам ночевать на улице. Так что пологи вам пригодятся. А потом вернете. Да не благодарите, это у меня еще с военных времен осталось.
Дорога в наш замок лежала чуть в стороне от самой деревни, но улыбающийся Ольгерд, оставив обоз дожидаться нас, прихватил с собой только солдат и нанес трактирщику этакий визит вежливости. Усадив военных пить прохладный взвар, он потребовал от трактирщика пригласить к нему старосту. Я в это время наслаждалась миской чудесного деревенского творога, щедро сдобренного сливками и медом, и с любопытством наблюдала за разворачивающимися в трактире событиями.
Толстяк, уважительно глядя на охрану и нашу достаточно дорогую одежду, отправил за старостой белобрысого мальчишку-сына.
Ронс Стун, деревенский глава, прибыл в трактир минут через двадцать. Полностью седой, какой-то узловатый, но еще крепкий старик.
«Встреча на высшем уровне» прошла в теплой, дружественной обстановке. Слегка робеющий староста, получил в руки стопку бумаг, которую с трудом, забавно шевеля губами, прочитал, водя корявым пальцем по строчкам.
- Так это что, почтенный сангир, теперя выходит? Что ли и Ракушки, и Соленое, и Бычий Рог, и мы – все ваше будет?
- Да.
- Так и налоги теперя вам сдавать?
-Да.
- А еже ли, допустим, снова сборщики приедут? За прошлый-то год мы все сдали – недоимок нету.
- К концу месяца я пришлю управляющего, которому ты и предоставишь отчет. Надеюсь, там все окажется в порядке. А сборщики больше не приедут – земли дарованы нам с женой самим Верховным.
Я с трудом сдерживала улыбку, видя, как резвится Ольгерд, но решила, что он все же перегибает палку - бедолага-трактирщик, понимая, кого арестовали в его таверне, так перенервничал, что начал машинально выдирать нитки из висящего на плече полотенца, к концу разговора таких ниток перед ним на прилавке была уже целая кучка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сообразив, что не стоит так пугать людей, Ольгерд на выходе, положил перед толстяком на прилавок достаточно крупную монету и поблагодарил за отличный взвар.
