увѣрены въ томъ, что говорите? Не ошибаетесь ли вы?
— Никакой ошибки тутъ и быть не можетъ, съ жаромъ отвѣчала миссъ Брассъ.
— Ну, стало быть, не сдобровать маркизѣ, подумалъ Дикъ, кладя перо въ сторону. Чѣмъ больше онъ вдумывался въ это неожиданное извѣстіе, тѣмъ правдоподобнѣе ему казалось, что это ея дѣла: несчастная, заброшенная дѣвочка, жившая впроголодь и терпѣвшая всевозможныя лишенія, поневолѣ изощрялась въ разныхъ хитростяхъ. А между тѣмъ, ему было такъ жаль бѣдняжки, такъ не хотѣлось, чтобы ихъ оригинальное знакомство прекратилось, да еще изъ-за такого крупнаго скандала, что еслибъ его въ эту минуту спросили, что бы онъ предпочелъ — получить ли 50 фунт. стерл. или чтобы маркиза оказалась невиновной, онъ, не задумываясь, выбралъ бы послѣднее.
Въ то время, какъ онъ предавался этимъ грустнымъ раэмышленіямъ, а миссъ Сэлли таинственно качала головой, — казалось, ее одолѣвало сомнѣніе — послышался ликующій голосъ братца Самсона, напѣвавшаго какую-то арію, и черезъ минуту онъ предсталъ предъ ними съ сладкой улыбкой на устахъ.
— А! Доброе утро, м-ръ Ричардъ! Вотъ мы, слава Богу, дожили и до другого дня — освѣжились сномъ, подкрѣпились завтракомъ, а теперь — за работу. Встали мы, конечно, съ солнышкомъ, чтобы, подобно ему, совершить свой дневной путь — я подразумѣваю свою обязанность — съ честью для себя и съ пользой для ближняго. Какой прелестный сюжетъ для размышленій, м-ръ Ричардъ, восхитительный!
Мелетъ онъ эту чепуху, а самъ въ то же время очень тщательно разсматриваетъ на свѣтъ — да такъ, чтобы всѣ обратили на это вннманіе — банковый билетъ въ 5 ф. стерл., который онъ съ собой принесъ.
М-ръ Ричардъ принялъ его привѣтствіе довольно холодно. Но вотъ патронъ заглядываетъ ему въ лицо и замѣчаетъ, что у него особенно озабоченный видъ.
— Вы что-то не въ духѣ, м-ръ Ричардъ. Надо весело садиться за работу для того, чтобы… началъ было онъ.
Но въ эту самую минуту глубоко вздыхаетъ и цѣломудренная Сарра.
— Какъ! и ты тоже! Да что такое случилось? м-ръ Ричардъ.
Дикъ вскинулъ глаза на миссъ Сэлли, а та ему дѣлаетъ знаки, — дескать, пусть онъ разскажетъ, о чемъ у нихъ только что шла рѣчь. Дикъ подумалъ, подумалъ, да и послушался ея… его положеніе было довольно щекотливое; онъ тоже не прочь былъ, чтобы дѣло такъ или иначе разъяснилось. Миссъ Брассъ только поддакивала ему, съ неистовствомъ нюхая табакъ.
Лицо Самсона сразу вытянулось — на немъ изобразилось безпокойство. Онъ не пришелъ въ отчаяніе, услышавъ о пропажѣ денегъ, какъ этого ожидала сестра, а потихоньку, на цыпочкахъ подошелъ къ двери, отворилъ ее, взглянулъ, нѣтъ ли кого въ сѣняхъ, осторожно заперъ дверь и точно также на цыпочкахъ, возвратившись назадъ, началъ шопотомъ:
— Это необычайное и прискорбное происшествіе, м-ръ Ричардъ, чрезвычайно прискорбное. Дѣло въ томъ, что въ послѣднее время и я сталъ замѣчать, что съ конторки исчезаютъ деньги. Я не говорилъ объ этомъ только потому, что надѣялся какъ нибудь случайно поймать воришку. Но я ошибся въ разсчетѣ, да, я ошибся въ разсчетѣ. Сэлли, м-ръ Ричардъ, это крайне непріятное происшествіе!
Съ этими словами онъ какъ-то разсѣянно бросаетъ банковый билетъ на конторку, гдѣ лежатъ и другія бумаги. Дикъ совѣтуетъ ему спрятать билетъ.
— Нѣтъ, мрь Ричардъ, я его не спрячу, говоритъ Брассъ въ волненіи. — Пускай онъ лежитъ, гдѣ лежитъ. Если бы я его спряталъ, можно было бы подумать, что я вамъ не довѣряю, тогда какъ я чувствую къ вамъ безграничное довѣріе. Такъ пусть онъ себѣ тамъ лежитъ, м-ръ Ричардъ. Я ни за что въ мірѣ не возьму его оттуда.
Онъ дружески треплетъ Дика по плечу и разсыпается въ любезностяхъ: онъ, молъ, считаетъ Дика такимъ же честнымъ, какъ онъ самъ.
Въ другое время этотъ комплиментъ показался бы Дику двусмысленнымъ, но теперь ему было пріятно слышать, что подозрѣніе въ гнусномъ поступкѣ его некоснулось. Онъ поблагодарилъ патрона за довѣріе — тотъ крѣпко пожалъ ему руку и затѣмъ оба — и братецъ, и сестрица — погрузившсь въ меланхолію. Не весело было и Дику: онъ ждалъ, что вотъ-вотъ обвинятъ маркизу, и не въ силахъ былъ отогнать мысль, что она дѣйствительно виновата.
Такъ прошло нѣсколько минуть.
— Наконецъ-то я попала, кричитъ миссъ Сэлли, неистово ударяя кулакомъ по столу.
И дѣйствительно, она не только попала, но даже своимъ нѣжнымъ кулачкомъ отколола кусокъ дерева отъ стола. Къ сожалѣнію, не о столѣ шла рѣчь.
— Говори же, кто? спрашиваетъ Брассъ съ тревогой.
— А кто цѣлый мѣсяцъ подрядъ то-и-дѣло шмыгаетъ къ жильцу наверхъ? Кого ты нѣсколько разъ оставлялъ одного въ конторѣ, а самъ уходилъ изъ дому. Вотъ это и есть воръ.
— Да кто же это? заревѣлъ Брассъ.
— Да какъ бишь его, Китъ, что ли!
— Что служитъ у м-ра Гарланда?
— Ну, разумѣется.
— Не можетъ быть! кричитъ Брассъ. — Это неправда, я этому никогда не повѣрю. И слышать не хочу. — Самсонъ усиленно разводитъ руками, точно передъ его носомъ цѣлый лѣсъ паутины. — Я никогда этому не повѣрю. Никогда!
— А я говорю, что онъ и есть воръ, повторяетъ миссъ Сэлли, услаждая себя табачкомъ.
— А я говорю, что это неправда, съ жаромъ оспариваетъ ее Брассъ. — Что ты этимъ хочешь сказать. И какъ ты смѣешь такъ порочитъ людей! Вѣдь ты знаешь, что это честнѣйшій малый, что онъ пользуется безупречной репутаціей. Войдите, войдите!
Послѣднія слова, сказанныя все тѣмъ же недовольнымъ тономъ, относились уже не къ миссъ Сэлли. Кто-то стучалъ въ дверь. Это былъ Китъ.
— Скажите, пожалуйста, дома господинъ жилецъ? спросилъ онъ, заглянувъ въ контору.
— Дома, Китъ, дома, говоритъ Брассъ. Онъ все еще пылаеть благороднымъ негодованіемъ и бросаетъ сердитые взгляды на сестру. — Я очень радъ, я чрезвычайно радъ тебя видѣть, Китъ. Зайди опятъ въ контору, когда будешь возвращаться домой. И этого-то мальчика, съ такимъ честнымъ, открытымъ лицомъ, называютъ воромъ! восклицаетъ стряпчій, когда тотъ скрылся за дверью, — Я бы, кажется, довѣрилъ ему горы золота. М-ръ Ричардъ, будьте такъ любезны, сходите сейчасъ же въ контору Распа и К° и спросите, получили ли они повѣстку по дѣлу Каркемъ и Понтеръ. Скажите, пожалуйста! что я слѣпъ, глухъ или глупъ! продолжаетъ онъ кипятиться. — Развѣ я не знаю людей? Китъ — воръ! Ба! Съ невыразимымъ презрѣніемъ кинулъ онъ это послѣднее восклицаніе по адресу сестры и затѣмъ уткнулся головой въ конторку, чтобы не видѣть этотъ низкій, ненавистный ему родъ людской и даже еще онъ фыркалъ и брюзжалъ изъ-подъ крышки своего бюро.
XXII
Четверть часа спустя, когда Китъ, исполнивъ свое порученіе, сходилъ съ лѣстницы, Брассъ былъ одинъ
