покидают силы и лишь поэтому истерика прекращается, трансформируется в обреченность и апатию.
— Теперь я одна. Совсем одна, — шепчет Рита в пустоту.
— Я рядом. Ты не одна. Я с тобой, — прижимаю крепче и целую макушку.
Я совершил ошибку, когда сразу не обратился к Зауру Муртазаеву. Не хотел пачкать руки, не хотел быть в долгу у криминала. Хотел обойтись малой кровью. Так и вышло. Поплатился жизнью Екатерины. Моя оплошность. Моя вина.
32
Константин
Похороны прошли тихо и скромно. Рита не захотела никого видеть кроме соседки бабы Вали и Камилы, также просила отказаться от неуместной помпезности. Еще приехали папа с Лилей. Галя тоже изъявила желание прийти. Само собой были еще Антон и несколько ребят из охраны. Поминки провели дома.
С того дня Рита не плакала. Но проблема в том, что она вообще не выдает никаких эмоций. Сейчас она похожа на красивую, но грустную живую куклу. Она отвечает на вопросы, пытается есть, при этом глаза пустые, а голос тихий, словно в ней не осталось ни капельки души. Движения механические, точно робот.
На работу не ходит, с учебой я тоже вопросы решил. Жена целыми днями сидит в комнате, либо гуляет в саду. К психологу идти напрочь отказалась. Ее подругу я устроил к себе в холдинг. Сначала Камила пыталась отказаться, но я объяснил ей, что делаю это для Риты. Ей сейчас нужна подруга. Работая в моей компании ей не придется крутиться, как белка в колесе, у нее появится возможность зарабатывать себе на жизнь, но при этом будет время для подруги. Этот аргумент был беспроигрышным.
Мне пришлось честно рассказать Рите о причастности Мальцева и моем промахе.
— Он сейчас в больнице, ему стало хуже. Сергей понимал, что ему остались считанные недели. Но в любом случае с рук ему это не сойдет!
— Не надо ничего делать. Маму это не вернет. Не хочу, чтобы ты брал грех на душу, — блть, ее голос такой тихий и безжизненный, что меня корежит. Даже сейчас она думает не о себе. Рита за мою и без того грешную душу беспокоится.
Сажусь перед ней на карточки, беру ее руки в свои. Они как всегда холодные. У нее вечно ледяные руки и ступни.
— Я возьму отпуск и мы с тобой куда-нибудь поедем. Тебе надо развеяться. Куда ты хочешь?
— Никуда. Спасибо, Кость. Я хочу побыть одна. Прости.
Мне ничего не остается кроме, как поцеловать ее в макушку и покинуть комнату. Я бы хотел быть более чутким, но я исчерпал весь свой запас сочувствия. И не знаю, что еще должен сделать, чтобы облегчить боль потери.
С другой стороны не хочу на нее давить и угнетать своим присутствием. Вполне возможно, что она винит меня, просто пока не готова предъявить мне претензии и обвинения.
По вечерам она запирается. Неужели думает, что я стану настаивать на близости в такой момент? Но намек ясен. Поэтому максимально освобождаю ее от своего общества.
— Сергей Александрович очень слаб. У вас пять минут, — недовольно поджимает губы главврач больницы, в которой лежит Мальцев. Бить лежачего естественно не собираюсь, но я должен увидеть своими глазами, что смерть действительно уже держит его за руку.
— Какие люди, — ухмыляется жуткой улыбкой. — Как жизнь молодая, Кость? Вот только не надо на меня так смотреть! Не строй из себя святошу! Признай, в глубине души ты мне благодарен. Я преподнес тебе подарок.
Ничего не отвечаю. Внимательно его осматриваю. Врач сказал, что скорее всего к концу недели старый барыга отправится на тот свет и это мысль успокаивает внутреннего демона, жаждущего жестокой расправы.
— Моя жена очень расстроена. А ты, Серега, — обращаюсь уже без отчества, — доволен? Легче стало?
— Если пришел добить, то давай уже, — скалится он. Значит месть не принесла ему облегчения.
— Зачем мне это? Ты и так не жилец. Я лишь хотел сам в этом убедиться. Смерть Екатерины не принесла тебе должного удовлетворения. Остаток своих дней ты проведешь в одиночестве, и умирая будешь думать лишь о том, что единственный виновный в смерти твоего сына — ты сам. Паршиво наверное это осознавать?
— Пошел вон, — хрипит беспомощный старик, задыхаясь. Значит попал в самую точку. Ему больно, а мне очень и очень хорошо. Если он испытывает хотя бы половину той боли, что терзает Риту, то это просто отлично.
После 40 дней Рита начинает отходить. Она по-прежнему похожа на тень, но сегодня хотя бы попросилась на работу. Только теперь она вместе с Камилой будет работать не в «ВересовАльянс», а в «Tinta». Это наша с Халидовым компания по импорту товаров.
Новая и относительно маленькая компания, но переводчики там нужны. Новое место работы значительно повысило ее настроение.
В глубине души царапает чувство ревности и разочарования. Я понимаю, что она и до всех этих событий искала возможность работать в другом месте и все же, ее навязчивое желание сохранить между нами дистанцию задевает.
— Сегодня одногруппницы предлагают сходить в клуб. У Зои день рождения, — тихо говорит Рита за завтраком. — Ты не против?
— Нет, сходи, — мне не особо хочется ее отпускать. Но отказать ей в этом не решаюсь. Возможно это верный признак выхода из депрессии.
— Спасибо, — кивает без особой радости.
По вечерам я теперь возвращаюсь домой один. Риту с учебы и работы забирает Андрей. Думаю еще не скоро решусь убрать приставленную к ней охрану. Да и с Андреем они нашли общий язык, что не особо радует.
Меня распирает ревность, когда вижу даже намек на улыбку в его адрес, в то время, как я не удостаиваюсь даже прямого взгляда. Но здравый рассудок пока побеждает. Рита не позволит себе лишнего. А Андрею я слишком хорошо плачу, да и Антон поручился за бывшего подопечного.
Дома Риту я не обнаружил. Она предупредила, что взяла с собой вещи для клуба, будут собираться в общаге. Ужинать в одиночестве совсем не хочется. Оказывается я привык к присутствию и щебетанию жены во время трапезы. В глубине души корю себя за то, что был резок с Ритой, когда она искала работу в другой компании. Не стоило напоминать ей про сделку. Желаемого я добился, но в стремлении охладить ее пыл и приструнить забыл о том, что она другая. Не похожа на моих предыдущих женщин. Их обиды и претензии всегда были театральными. Море слез и шквал эмоций, но по факту все недовольства легко испарялись, стоило только потратиться на дорогую безделушку.
Рита не
