предъявляла претензий, не устраивала сцен, улыбалась и общалась непринужденно, но наши отношения заметно изменились. Мы почти вернулись на исходную позицию.
Я все ждал, когда она сорвется, поддастся эмоциям. Женская истерика, как алкоголь — обнажает истинное лицо женщины, срывает любую маску.
Рита не стала исключением. Я ожидал эмоциональных обвинений, но получил совсем другое — холод и отстраненность. Еще несколько недель назад я бы не заметил этого, а даже, если бы и обратил внимание, то проигнорировал бы. Женские манипуляции давно на меня не действуют. И уж точно даже в самом бредовом сне не предполагал, что ее холодность и отстраненность будет отзываться во мне раздражением. В прошлом именно это я ценил в своих любовницах.
Чем меньше женщина мне надоедала, тем дольше она задерживалась в моей постели.
С Ритой как-то сразу все пошло не по плану.
Выйдя из тренажерного зала, сразу же отправился в душ. Я максимально измотал себя физическими нагрузками, чтобы быстрее уснуть и не следить за временем. Рита наконец готова вернуться к нормальной жизни, поэтому не хочу ей мешать. Может подругам удастся вдохнуть в нее немного жизни.
Беру телефон в руки, чтобы по привычке его отключить и в душе зарождается тревога, обнаруживаю несколько пропущенных — от Андрея и Карима. Дилеммы кому перезвонить не возникает. Андрей сейчас в клубе, присматривает за Ритой, но набрать его не успеваю. Смартфон вновь оживает от звонка Карима.
— Да, — рявкаю раздраженно.
— Здорово, друг, — на фоне слышны басы громкой танцевальной музыки. — Возможно, это не мое дело, но тут в клубе твоя жена с подругами развлекается. Похоже она перебрала.
— С ней должен быть парень из охраны, — поднимаюсь с кровати и начинаю одеваться.
— Да, трется возле нее какой-то парень, пытался ее увести из компании твоего родственника, но она кажется послала его.
— Какого родственника? — внутри скребет неприятное предчувствие.
— Если не ошибаюсь его зовут Тарас, — рассеяно отвечает Халидов, а меня накрывает волной гнева. Наркоша Тарас — это последний человек, которого я хочу видеть рядом с Ритой.
— Еду, спасибо.
Как это обычно бывает — от злости не только кровь бурлит по венам, в добавок в висках простреливает головной болью. Мне бы успокоиться, чтобы не творилось в душе моей жены, Рита умная, рассудительная девочка, и непоправимых глупостей совершать не будет. То ли внутреннее чутье, то ли презрение к Тарасу влияет, но ярость только распаляется, заставляя быстрее, нарушая правила ПДД ехать в клуб.
Андрей взял трубку, коротко отчитался о том, что Рита и вправду пьяна, Тарас со своими друзьями пригласил ее и подруг в свою випку. Уходить оттуда она отказывается. Но если я дам команду — готов забрать Риту оттуда насильно.
Нет. К ней прикасаться никому нельзя. Я сам.
Дышу глубоко, привожу самому себе различные доводы в защиту девочки, но гнев не отпускает и боюсь успокоится уже не выйдет.
Залетаю в клуб, в футболке, спортивных штанах и кроссовках. Не соответствую дресс-коду, потому пропускают не сразу, приходится ждать, когда появится управляющий, который узнал меня. Иду в сторону вип зоны.
Сегодня аншлаг, народу столько, что не протолкнуться, но уже издалека вижу на втором этаже компанию Тараса, а вот его самого и Риту нет. Налетаю на Карима, который насильно тащит за руку Камилу в сторону выхода.
— Рита там, я пытался с ней поговорить, но она меня послала, — недовольно бурчит он, пока Мила рычит и царапается, осыпает его проклятиями и визжит, что без Риты никуда не уедет. Но заметив меня тут же успокаивается.
— Константин, слава Богу! — облегченно вздыхает, но в глазах страх. — Она никогда не умела пить, плюс стресс, — пытается оправдать подругу, но я заставляю ее замолчать взмахом руки.
— Отвезешь ее? — обращаюсь к Халидову, он кивает и продолжает тащить за собой Камилу, которая с опаской и молчаливой мольбой оборачивается ко мне.
Не нужно обладать экстрасенсорными способностями, чтобы разгадать значение взглядов. Она просит быть мягче с Ритой. Я постараюсь, но как это часто бывает, скорее всего проиграю в битве со своим гневом.
Поднимаюсь в застекленную випку, Рита и Тарас сидят в самом дальнем углу. Он что-то шепчет ей на ухо. А она… Моя молодая жена завороженно смотрит на таблетку. Я их никогда не принимал, но прекрасно знаю, что это.
Она зажимает ее большим и указательным пальцем и наводит на прожектор, словно хочет увидеть содержимое сквозь лучи.
Глаза застилает пеленой. Пздец тебе, моя девочка.
33
Рита
Я любила ночные клубы. Любые места, где играет музыка, где можно расслабиться и потанцевать. Но кажется это было давно, в прошлой жизни. Сейчас я словно живу под куполом. Звуки, цвета, запахи, вкус еды — все такое пресное, приглушенное, далекое, не знакомое.
Когда Зоя пригласила на день рождения первым порывом было — отказаться. Но я мысленно дала себе оплеухи. Надо выбираться из этого состояния. Я не хочу чувствовать опустошение. Словно я сама себя выпила до дна.
У мамы траур после смерти папы перешел в апатию, потом в депрессию и пошло-поехало. Алкоголь, наркотики. Я так не хочу.
Я решила насильно возвращать себя к прежней жизни. Через не хочу, через не могу.
Веселье девчонок, алкоголь и зажигательные ритмы сделали свое дело. Не знаю в какой момент я потеряла контроль, но меня это не пугало. Страхи, обиды на судьбу вдруг отошли на второй план. Это непередаваемое ощущение. И я не хотела отпускать это чувство.
Андрей пытался контролировать количество алкоголя в нашей компании, но во мне проснулась стерва. В очень грубой форме указала ему его место. Мне было стыдно, но хмель ударивший в голову быстро заглушил совесть и стыд.
Потом появился Тарас. Не знаю почему Костя его терпеть не может. Но он и его друзья вели себя очень дружелюбно. Пригласили нас к себе в вип зону. Мы не стали отказываться.
Дальше восприятие происходящего плыло перед глазами, но мне было весело.
— Как ты живешь с этим тираном? — смеется Тарас.
— Костя очень хороший и заботливый, — возмущаюсь под его заливистый смех.
— А еще он зануда. С ним же плесенью покрыться можно от скуки. Я вижу, ты нормальная девчонка. На вот попробуй, это вообще отрыв башки.
Тарас протягивает мне таблетку, от которой холодеет все внутри. Я знаю, что это. Пару раз находила это в маминых заначках.
Но я беру ее в руки, рассматриваю и меня накрывает отчаянием, ненавистью ко всем кто причастен к ее существованию и распространению. В таком
