никто ничего не сделает из-за его героического статуса (так оно в итоге и вышло: на суде его оправдали, в то время как Гитлеру дали пять лет). Делать генералу было на то время нечего, он оказался совершенно не у дел, а тут подвернулась такая политическая возможность – правда, нацистская, но серьезная. С этого момента Пивной путч становится переворотом Гитлера и Людендорфа. С остальными, однако, проблема. Они вроде готовы принять участие в мятеже, но согласие их липовое. Гитлер так яростно размахивал у них перед носом своим пистолетом, что они пошли на это от греха подальше. Но через полчаса напуганная тройка баварских лидеров просто улизнула из пивной и разбежалась в разные стороны, заявив на следующее утро, что они не имеют к происходящему никакого отношения.
Собрание в пивной закончилось поздно вечером 8 ноября под радостные крики толпы. Подвыпившие горожане ультраправых взглядов были крайне возбуждены неожиданным переворотом. Однако их было всего лишь 3 тысячи человек в почти миллионном городе. Утром следующего дня, 9 ноября, для участия в национальной революции собралось всего около 2 тысяч человек. Возглавили восстание Гитлер и Людендорф. Странную они представляли собой пару. Умудренный годами, самый известный генерал Первой мировой войны, который всего несколько лет назад вертел целым миром, и молодой ефрейтор-художник, просидевший всю войну в штабе полка, рисуя газеты. Утром 9 ноября мятежные нацисты понятия не имели, что им делать дальше. Никакого плана по захвату Кара и его соратников в пивной у них не имелось. Однако Кар вместе с остальными тем вечером сбежал, а утром Гитлера объявили путчистом. Теперь Гитлер со своим окружением в нерешительности мялся перед собравшейся толпой сторонников, которая начинала понемногу роптать. В 11 часов утра генерал Людендорф решительно берет путчистское дело в свои командирские руки и кричит: «Вперед, шагом марш!». Построившись в колонну, двухтысячная толпа направляется в центр города. Людендорф ведет колонну к министерству баварской обороны. Куда еще генералу могло вздуматься маршировать? Зачем он решил туда пойти, что собирался там делать – загадка истории. Однако до министерства обороны гитлеровско-людендорфский путч не дошел. На Одеонплатц путь колонне преградил отряд из 130 полицейских. Путчисты остановились, начали кричать на солдат, затем кто-то из гитлеровских прихлебателей с пафосом заявил, что сейчас к ним выйдет его превосходительство генерал Людендорф. Тот показался, но солдатам было на него плевать. Раздались выстрелы, и постепенно началась стрельба всерьез. Все продлилось от силы несколько минут, на чем путч и закончился. Толпа разбежалась, причем Гитлер и его окружение бежали с поля путчистской брани первыми, чем в принципе и подвели толпу к мысли о том, что на сегодня национальная революция закончена. Нацисты потеряли 16 человек убитыми, полицейские – четверых.
Гитлер и Людендорф, когда маршировали в центре Мюнхена, думали увлечь своим примером армию, полицию и граждан правых взглядов, однако этого не случилось. К ним никто не присоединился, на их сторону никто из военных не перешел. За ними последовали всего 2 тысячи баварцев, откликнувшихся утром 9 ноября на призыв, брошенный Гитлером вечером накануне, причем многие из них были либо штурмовиками СА, либо партработниками НСДАП. Широкие слои немецкого общества, даже в столь сложное для страны время, каким был ноябрь 1923 года, оказались крайне далеки от нацистских взглядов, что отчетливо показал Пивной путч в Мюнхене. Однако путч сыграл важную роль в жизни Гитлера и в судьбе нацистской партии. Он сделал их знаменитыми. Если до событий 8–9 ноября 1923 года имя Гитлера было известно исключительно в узких баварских политических кругах, то после них его узнала вся Германия, хотя многие тогда и смеялись над ним из-за комичности произошедшего. На суде немецкая фемида предоставила лидеру НСДАП высокую трибуну, которую он использовал для нацистской пропаганды, таким образом впервые попав на первые полосы всех немецких газет.
Приговор Гитлеру выглядел сурово (относительно сурово, если вспомнить что погибли десятки людей) – пять лет заключения в крепости – однако он вышел на свободу уже через восемь месяцев знаменитым на всю страну политиком. Да и само заключение было скорее отдыхом перед решительным сражением, нежели тюремным заключением. Гитлер содержался в Ландсбергской крепости. Отбывать срок в крепости в Германии означало не совсем тюремное заключение. Подразумевалось ограничение свободы, но в достойных условиях и без какого бы то ни было запрета на посещения. Адольф Гитлер не имел права покидать крепость, но его соратники толпились у него в камере, точнее в номере, сутками напролет, перенеся туда штаб нацистского движения. В этой «тюрьме» он продиктовал своему секретарю Рудольфу Гессу, посаженному для удобства по соседству, «Майн кампф» – главный литературный опус своей жизни.
Пока Адольф Гитлер сидел в тюрьме, временным лидером НСДАП выступал Альфред Розенберг, однако партия находилась в печальном состоянии. После провалившегося путча баварские власти ее запретили, а газету «Фёлькишер Беобахтер» закрыли. Самого Гитлера прокуратура пыталась депортировать в Австрию, правда, безуспешно. Казалось, с нацистами как с политической силой покончено. В Германии начался бурный экономический рост, напряженность в обществе заметно снизилась. Наступили «Золотые двадцатые», и политика – особенно такая грязная, как нацистская, – больше никого в стране не интересовала. Однако что-то с Гитлером и его партией было не так. В немецком обществе явно присутствовали некие силы, в нем и его партии заинтересованные. Когда 20 декабря 1924 года Адольфа Гитлера освободили, он буквально в считанные дни превратился в настоящую птицу феникс. И он, и НСДАП стремительно ожили, хотя все их считали разложившимися политическим трупами. Сам выход Гитлера из тюрьмы всего через восемь месяцев оказался настолько досрочным, что вызвал у многих удивление, а также понимание – за этим человеком стоят очень серьезные общественно-политические силы. Кто именно зимой 1924 года покровительствовал Адольфу Гитлеру, немецкие историки изучать не спешат по сей день. Действительно, зачем им это делать, ведь довольно вероятно, силы эти все еще живут в современной Германии, и только черт знает, во что они мутировали за прошедшие годы. Всего через две недели после выхода Адольфа Гитлера из заключения его принимает премьер-министр Баварии – удивительно редкая в политике честь, если брать в расчет все обстоятельства. Лидер НСДАП дает премьер-министру честное слова, что он и его партия больше не будут устраивать в Баварии перевороты. Гитлеру верят на слово и уже через месяц с НСДАП снимают запрет на деятельность. А еще спустя десять дней Гитлер на массовом митинге несет такой же политический бред, что и во время Пивного путча, чем вызывает в Баварии большой политический скандал. Баварские власти лишают Гитлера
