— О Боже, ты пытаешься меня отравить?
— Если не хочешь пиццы, можешь сам поискать себе чего-нибудь по вкусу.
В этот момент зазвонил телефон. Габриела отложила пиццу и взяла трубку.
— Габи? — послышался взволнованный голос Хильды.
— Да, это я. — Габриела потянулась за стаканом колы. — С вами все в порядке? У вас такой голос…
— Я хочу рассказать тебе кое-что, — задыхаясь, выпалила Хильда. — Секунду, я была под душем.
— Я подожду.
— Ну вот. — Теперь Хильда дышала нормально. — Я звонила во вторник. Где ты была?
— Практически везде. — Габриела вспомнила вихрь событий, в котором они оказались с Гордоном в тот день. — Что произошло?
— Я обещала позвонить, если у Лоренса случится что-нибудь необычное. Ну и вот. Во вторник Кристина приехала навестить Лоренса, как обычно. Но в этот раз она была зла как сто чертей. Призывала на голову Лоренса столько проклятий! Раньше я и половины не слышала.
— А затем приехал мужчина в новеньком «линкольне». Разряженный как последний пижон. У меня не было особо много времени его разглядывать. Он дал гудок, Кристина с Лоренсом вышли, и все трое принялись спорить. А стояли, между прочим, рядом с гаражом мистера Бейкера, который в это время был на улице и, естественно, слышал, о чем они говорили. Они, конечно, его не видели за гаражом, а он, чтобы не смущать их тем, что явился невольным свидетелем семейной склоки, решил не обнаруживать своего присутствия.
— И о чем же они спорили?
— Я сама не слышала, а от мистера Бейкера ничего не добьешься. Своей жене он сказал только, что слышал такие слова: «лучше не полоскать грязное белье на людях». Она говорит, он всегда такой упрямый. Но Джорджия Лей вышла полить бегонии, хотя они и не нуждались в поливке после дождя. Она собственными ушами слышала, как Берроуз пригрозил Лоренсу и Кристине, что убьет их, если они не будут держать язык за зубами. Детка, ты что, совсем не слушаешь?
— Пригрозил собственной жене? — По спине Габриелы пробежал холодок.
— Ну да, — негодующе хмыкнув, подтвердила Хильда. — Джорджия Лей поняла, что это Берроуз, потому что он приехал на «линкольне». Зита Хармон говорила ей о нем и о том, что у него черный «линкольн».
Первый раз, когда Габриела приезжала к дому Лоренса, перед встречей с Гордоном, там рядом стоял черный «линкольн».
— А с тех пор вы видели Лоренса?
— Он был все время дома. Киллер загнал Черри на крышу сарая, и она перепачкалась как поросенок, потому-то мистер Бейкер и мыл ее во вторник у гаража. Но эта кошка настолько глупа, что прошлой ночью опять забралась туда, прямо на сарай Лоренса.
Габриела потерла висок.
— Но самого Лоренса вы видели?
— Как раз прошлой ночью. Ты действительно очень невнимательна, детка. Этот идиот достал двустволку и попытался подстрелить Черри на крыше.
— О Господи! Он ее не ранил?
— Нет, промазал на целую милю. Зато проделал дырку величиной с пенни в стене гаража Джорджии Лей. — Хильда хмыкнула. — Лоренс не способен попасть в цель, особенно если выпьет.
— Чересчур много пива, наверное?
— Это точно. Я вызвала полицию. Лоренс знает это. Я слежу за своими цветами и не хочу, чтобы мои ирисы опять были сломаны.
Габриела улыбнулась:
— Новые уже прижились?
— Да. Коулт сам посадил их. Просто прелесть. Скажи это Гордону, слышишь? Коулт очень мил. Ему понравился мой лимонад. Некоторые говорят, он слишком терпкий, но Коулт выпил два стакана за милую душу. Действительно замечательный человек.
— Как хорошо. — Габриела доела пиццу и запила ее колой.
— Ты уже нашла девочку?
— Нет еще, но нам кажется, что мы уже у цели.
— Коулт сказал, что семья Сазерленд не вернется до Рождества. Его мама и сестра сейчас в Европе. Я думаю, тебе тоже не с кем встречать Рождество?
— Не с кем. — Габриела вспомнила прошлый год. Тогда она все Рождество пролежала без сознания, а мама даже не позвонила ей.
— Ладно, — сказала Хильда. — Приходите вдвоем ко мне на Рождество в полдень. Передай Гордону, слышишь?
— Спасибо, я скажу ему.
— Если услышу еще что-нибудь, непременно позвоню. Я предупредила этого мерзавца, что вызвала полицию. Он наверняка вновь попробует сломать мои цветы, но я с них глаз не спущу.
— Хильда, будьте осторожнее. Лоренс может быть очень опасен. Держитесь от него подальше, ладно?
— Я, детка, еще не окончательно спятила. Я знаю, что лучше не подворачиваться бешеному быку.
— Вот и славно, — улыбнулась Габриела. — Увидимся на Рождество.
Она повесила трубку и повернулась к Гордону.
— Хильда приглашает нас на рождественский обед.
— Я — за. Всегда рад хорошему обеду. — Гордон меланхолично отправил в рот печенье.
Просто несправедливо! Даже с набитым ртом он выглядел великолепно.
— Что еще сказала Хильда?
— Около двенадцати во вторник Лоренс, Люк и Кристина Берроуз ссорились на улице перед домом. Люк угрожал убить Кристину и Лоренса.
Гордон даже поднялся с кресла.
— А через два часа она умерла.
Габриела прикусила губу.
— Да. — Схватив сумочку, она вытряхнула оттуда пилюли, которые дала ей доктор Хоффман, и проглотила две штуки. — Я знаю, что все улики вроде бы указывают на Берроуза, но… я чувствую, что это не так.
Гордон опустился обратно в кресло.
— Думаю, самое время навестить Лоренса.
Габриела кивнула и отпила колы.
— Да, но вряд ли он станет разговаривать с нами. Чего ради?
— А мы его запугаем. Нападай, помнишь?
— Чем скорее, тем лучше, Гор. Лейси проснулась.
— И она?..
— Испугана и больна. Но пока еще держится.
Как и сама Габриела.
Гордон постучал в дверь. Изнутри залаял Киллер.
— Открой, Лоренс! — закричал Гордон. — Мы знаем, что ты тут.
Хозяин чуть приоткрыл дверь. Киллер, грозно скаля зубы, загораживал его, готовый в любую минуту броситься на непрошеных гостей.
— Убирайся отсюда. — Лоренс отогнал пса и повернулся к Гордону. — Какого дьявола тебе здесь понадобилось?
В руке он держал открытую банку пива, из которой при каждом его движении на пол лилась пена. Предостерегающе сжав руку Гордона, Габриела отодвинулась в сторону.
— Серьезный разговор, парень, — мрачно процедил Гордон. — Ты помог Люку Берроузу и его рыжей в похищении девочки по имени Лейси. Ее велосипед лежит в твоем гараже. Твоя сестра Кристина обнаружила это, и ей это не понравилось. Теперь она мертва. Через несколько минут могут явиться копы и взять тебя за жабры. И сейчас только мы стоим между тобой и электрическим стулом. А теперь можешь отвечать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
