Оказавшись дома, я переоделась в одно из закрытых платьев "на выход" (не валяться же им зря) и направилась осматривать владения свои. Осталась довольна — никто не отлынивал от обязанностей. Прачки стирали, горничные драили поверхности, повара готовили, музыкант не вылезал из актового зала, подбирая верные ноты к земным мелодиям. Слов песен я не знаю, напела только самые известные отложившиеся в памяти кусочки произведений, вот и трудится мой полуэльф, эксплуатируя приютский инструмент.
Учитель Тарон вместе с магистром Ваниром, который почти бескровно (в том смысле, что на его место давно метил племянник ректора), покинул академию и прекрасно обжился в приюте, составили режим дня и расписание. Теперь скучающих или просто сидящих без дела детей в доме не встретишь — все четко расписано по часам. Мышата настолько истосковались по вниманию взрослых и заботе что с радостью принимают все нововведения. А Томик, похоже, вообще вундеркиндом вырастет — ему приходится практически с пеленок посещать все занятия. Малыш неприхотлив, почти совсем не капризничает и не мешает сестре получать новые знания, тихо играя в манеже. Ну не создавать же ради него одного ясельную группу. Подозреваю, в нормальном развитии ребенок пока отстает от сверстников, но теперь быстро нагонит и вскоре перегонит. Лада, поверив, наконец, что я не собираюсь разлучать ее с братишкой, успокоилась и приучает малыша к самостоятельности и общительности. Спит отдельно, ест отдельно, и девчонка повеселела, почувствовав свободу. Конечно, а то ведь с рук не спускала.
Гномы строили игровую площадку не спеша, очень ответственно подходя к делу, скрупулезно подгоняя детали и сверяясь с планом. Будто настоящий корабль возводят, который при малейшей ошибке инженера сразу пойдет на дно. Ну, пусть… Я же требую качества. Тем более сама отрываю постоянно от основной работы — то место для пикника мне надо, то хоромы для сторожа. Неделей раньше "поднимем якорь" неделей позже роли не играет. Кстати, можно и даже нужно обыграть открытие красиво и пригласить на торжество его величество с их высочеством. А то попенял — не приходишь с докладом. Тридцать один ребенок у меня, не считая персонала! Пока всех обустроишь… Да и как вообще во дворец можно просто зайти? Через забор покричать: "Ау, сосед, я к тебе на чай пришла?". Скажет тоже…
Подумала куда податься и, заметив в беседке Жана, которого гномари временно выселили из каморы, направилась к нему.
— Как у тебя дела, дед?
— О, Лизонька, — обрадовался старик, наедине обращаясь ко мне как к младшей родственнице. — Хорошо дела. Погода теплая, солнышко. Что мне надо-то? — И хитро прищурив один глаз поинтересовался невпопад: — У тебя орешки есть?
— Нет, — растерянно ответила и инстинктивно похлопала по карманам.
— Тогда на, возьми-возьми, дочка, пригодятся, — Жан протянул кулак со сжатыми в нем орехами и заговорщически зашептал: — Возьми и спрячь, пригодятся, говорю.
Не успела я расстроиться, что старость не радость — очень плохо сказывается на умственных способностях, как из коробки стоящей на столе высунулась любопытная рыжая мордочка с симпатичными ушками на макушке. До того милая что я изумленно моргнула — неужели из сморщенного комочка кожи такая прелесть получилась? Похоже, да.
Умилилась и всплеснула руками.
— Да как он так быстро растет у тебя, дедушка? И прозреть успел и шерстью обрасти! Недавно дети рассказывали, что просто подрос.
— Да хто правду скажет тебе? — довольно рассмеялся сторож. — Магистр намагичил вот и растет как на дрожжах. Угощай чего стоишь-то? Зря я тебе орехи давал что ли? Аль сама съесть хотела?
— Шутник ты, — укорила старого юмориста и, достав один орешек протянула любопытной рыжей морде.
— На, лапушка.
Бельчонок в мгновение ока перемахнул через бортик коробки, уселся на столе на задние лапки и не спеша брать угощение прострекотал, словно уточняя:
— А-та-та?
— Ах, ты прелесть какая, — умилилась я и протянула руку чтобы погладить пушистое чудо. — Ататашечка какой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Малыш не испугался, не дернулся даже, наоборот как кошка голову под ладонь подставил. А мягкий, пушистый! Просто обалдеть какой мимимишный.
— Вот и я его так кличу, — каркающе рассмеялся старик. — Ататашкой. Даже Томик это имя выговаривает. Они считай, на одном языке лопочут как ты с гномарями.
Увидев, что я зажала угощение в кулачок и не спешу делиться, бельчонок сердито по-заячьи топнул ногой и повторил на этот раз грозно:
— А-та-та!
— Ух, ты! — восхитилась я и, рассмеявшись, раскрыла ладонь — На, бери. На, это тебе.
— Манё? — словно вступая в диалог, уточнил зверек и как флиртующая девица похлопал длинными ресничками.
— Твое, твое, — я невольно хихикнула. Такая прелесть! — Бери, раз дают, не спрашивай.
Малыш схватил подношение сразу двумя лапками и закинул орешек в рот, следя за мной огромными просящими глазками. Вот даже сказать не могу, похож он один в один на земных белок или нет, я их вблизи никогда не видела. Или я по паркам невнимательно гуляла или в нашем парке лесных животных не водилось. По идее грызть должен, а не целиком глотать. Или за щеку положил? Не заметила. В общем и целом похож — и пушистый хвост и кисточки на ушах имеются. Насколько я знаю, в моем мире их несколько видов и все немного отличаются друг от друга, но Ататашка явно крупнее. Вот явно прям. Ведь он маленький и только начинает расти.
— Еще хочешь? — умильно засюсюкала я, представляя, как на это чудо реагируют дети, и достала еще один орех.
— Манё? — снова изобразил непомерное удивление рыжий комочек.
Просто невозможная милаха! Только в мультиках такого встретишь.
— Твоё, тебе…
Зверек радостно подскочил и, лихо забравшись по рукаву на плечо, прижался мохнатой головой к моей щеке. Подхалимисто потерся и пропел:
- Пусю-у…
— Ах, ты ж Ататашечка моя! — вырвалось из самого сердца от неприхотливого объяснения в любви. А это точно объяснение. Кажется, я кошек так не обожала как этого зверя. Вот уж воистину — любовь с первого взгляда.
Всё! Ваня, я ваша навеки! Градус милоты зашкалил, сейчас лужицей растекусь. Таких положительных эмоций я давно не испытывала. Старик довольно рассмеялся, глядя из под кустистых седых бровей и прокомментировал:
— Признал… полюбил тебя говорю. Не ко всем детям даже на плечо с первого раза прыгал-то.
— И чем мне это грозит? — шутливо испугалась, выгребая из кармана остатки.
— Чем, чем… знамо чем… орехов закупи побольше. Ешшо один рот в воспитанниках у тебя.
— Да ладно! — беспечно отмахнулась, поглаживая рыжую невероятно шелковистую шубку и пошутила: — Какой у него рот-то? Купим чего там. Это же королевский Ататашка, мы на него у бухгалтера отдельную субсидию выбьем. Чернышу на мышей, а бельчонку на орехи. Но просто прелесть, да, дед? Ты сам-то ожидал что из того заморыша такая лапочка получится?
— Так и ёжик поначалу козявкой был, а теперь только погляди какой важный. Придет, покажу тебе потом, но тихонько — Ататашка ревнивый больно. Обижается и "пусю" не говорит больше. Фекает, он ешшо и фекать презрительно умеет.
Суперский зверь! Затискать бы, но пугать раньше времени не хочется. Вот подружимся получше тогда зацелую прям.
— Лиза, — с улыбкой на лице окликнул Филь, входя в беседку. Я и не заметила, что музыка стихла. — Ататашечка, привет!
С живой природой похоже полуэльф на "ты" раньше меня познакомился с подросшим питомцем деда. Даже имя знает не то, что директриса. Ладно, к чему это самобичевание? Проблем много вот и прозевала. У меня на первом месте дети, документы, расходы… Начала личные дела воспитанников изучать и забросила. Не получается пока. Там такие факты… Мало того что сироты у каждого за плечами личная трагедия. Такие маленькие и столько пережили уже. И плюс акула устроила им вдобавок голодный казарменный режим. Вот ведь… слов нет! Гадина. Читаю, слезы по щекам катятся, и хочется вскочить, побежать, погладить всех по головам, прижать, перецеловать… Но нельзя. Так делать нельзя. Это как запекшуюся корку с чуть поджившей раны сорвать. Заперлась в спальне, наревелась от души, вспоминая своих потерянных навсегда родителей, сестер, брата, племянников, подруг. В этом мире я тоже сиротинушка теперь. Не к кому пойти поплакаться в жилетку. Потом Черныш под руку подвернулся, но его сильно не потискаешь — вырвался, скотина, не любит телячьих нежностей. Буду теперь знать, что есть Ататашка, а если и он надежд на обнимашки не оправдает, котенка заведу специального — тискательного.
