рту, а ледяные мурашки пробежали по спине. — Если он окончательно слетит с резьбы, то…
— Он превратит галактику в некрополь, — закончил за обомлевшего подчиненного гранд-адмирал Траун. — Айсард сумела подтвердить имеющуюся у нас информацию. Образец вируса, а так же ключевые ресурсы для его воссоздания у Императора есть.
— Стерилизация целой планеты не поможет против того, что он может натворить, — прошептал Пеллеон. — Они ведь наверняка придумали что-то новое, когда создавали Болезнь и «Черное крыло».
— Именно, — подтвердил Траун. — Но меньшее, что мы можем сейчас сделать — это устранить сам источник заразы. В космосе она не выживает. Только в кислородной среде — по крайней мере исходный штамм и то, что было на «Векторе». Вакуум не просто «замораживает» вирус — он уничтожает его по прошествии некоторого времени в безвоздушном пространстве. Именно поэтому разгерметизация и продувка всех отсеков на «Векторе» позволили Сейту Пестажу захватить корабль — он просто избавился от всех биологических агентов на борту звездного разрушителя и получил корабль.
— Сэр, — Пеллеон тогда посмотрел открыто в глаза своего командира. — А что мы будем делать, если Император воспользуется «Ночным крылом»? Для заражения целой галактики хватит распространить ее на каком-нибудь оживленном мире и… Зараза разлетится по окрестным мирам на кораблях торговцев, путешественников, военных…
— Единственное, что мы можем сделать, чтобы подготовиться к тому, когда, — Траун выделил последнее слово голосом, — «Черное крыло» окажется на свободе — разыскать человека, который создал антидот. И заставить его поделиться секретом. А, еще лучше, работать на нас.
— Но всю галактику мы не сможем спасти, не так ли? — тихо спросил Пеллеон, прекрасно зная ответ на свой вопрос.
В тот момент, впервые за все время, что он знал чисса, на лице гранд-адмирала появилась до боли знакомая эмоция. Чувство собственного бессилия.
— К сожалению, мой друг, это не в нашей власти, — едва ли не шепотом, но с болью в голосе, произнес Траун. — К большому сожалению…
Глава 75
Десять лет, восьмой месяц и тридцать третьи сутки после Битвы при Явине…
Или сорок пятый год, восьмой месяц и тридцать третьи сутки после Великой Ресинхронизации.
(Один год, пятый месяц и тринадцатые сутки с момента попадания).
Планета Антаред-III располагалась в одноименной звездной системе сектора Есстран.
С населением менее одного миллиона разумных, она мало что могла предоставить галактике, чтобы привлечь к себе внимание. Недра ее были скудны и добыча полезных ископаемых, их поставка за пределы хотя бы звездной системы, не оправдывала тех затрат, которые необходимо было понести для развития этого вида отрасли. Некоторые корпорации пробовали сделать это, но… Об их попытках остались лишь ветшающие с каждым годом руины некогда передовых городов и брошенных технологий.
Плодородием почвы Антаред-III так же не отличались и едва-едва могли прокормить обитающих на планете разумных. Здесь не применялись инновационные или хотя бы современные методы орошения или земледелия — все делалось по старинке, как и тысячи лет назад.
Задолго до зари и намного позже заката к бескрайним полям и с них к своим утлым жилищам отправлялись десятки тысяч разумных. Изможденных и не верящих в лучшее будущее или хоть сколько-нибудь благоприятный исход своей жизни.
Образованный разумный при виде этой толпы вынужденных земледельцев, мог бы подметить странный факт: здесь не существовало общин, сформированных по расовым или религиозным, политическим или иным предпочтениям. Сотни и сотни представителей самых различных рас находились здесь.
Они мало общались, мало ели, много работали и спали чуть больше, чем нужно организму, чтобы не свалиться от бессилия. Впрочем, это мало чем помогало разумным. Они умирали от эпидемий, заражений, простейших заболеваний… Все, что могло быть вылечено простейшим дроидом-медиком при наличие стандартного медпака в любом более-менее развитом мире, здесь приводило к смерти.
Как и любое увечье, ранение, недомогание или промедление, которые бы повлияли на исход работы.
Но, если в первом случае бедолаг убивали болезни, то во втором… их владельцы.
Антаред-III являлся главной базой некогда крупнейшей группировки пиратов Йенгара. Здесь производились продукты питания, которые потребляли многочисленные банды и рейдеры во времена между своими завоевательскими походами.
Захваченные в них разумные, если за них никто не мог предоставить крупный и своевременный выкуп, приобщались к массе рабов. За каждой пиратской командой числились определенные угодья, с который кормились как пираты, так и рабы. Первым, само собой, перепадало все самое лучше. А еда рабов, как, собственно, и их существование, мало чем отличалось от таковых у животных, которые подлежали размножению и разведению ради мяса, шкур или внутренностей, шедших на прокорм рабов.
Случалось, конечно, что кто-то из захваченных при абордаже кораблей разумных вливался в ряды пиратов. Но это не более чем слухи. Как и то, что качественный и самозабвенный труд однажды освободит рабов от гнета и позволит им прожить старость без побоев, унижений и работе где-нибудь на базе одной из многочисленных пиратских команд. В качестве рабов-слуг, конечно же.
Десятки тысяч рабов по разным причинам умирали по всей планете каждый день по тем или иным причинам…
Все это промелькнуло в голове старика-родианца, что минуту назад без сил рухнул меж рядами возделываемых клубней. Сегодня у него просто не получилось поднять ногу так высоко, чтобы перешагнуть выпирающую из земли часть огромного камня…
— Эй ты! — раздался яростный окрик. Родианец, пусть и не говорил на общем языке, но прекрасно его понимал. — Живо поднялся! Ты ответишь за каждую каплю пролитой воды!
Старик, заторможенно оглядевшись понял, что два металлических ведра, в которых он нес воду для полива клубней, сейчас валяются на земле. А драгоценная вода, поднимаема из водоносных слоев, залегающих глубоко в почве, сейчас впитывается в истощенную почву. На тропинке между рядами кустов клубней.
Рослый зайгеррианец-надсмотрщик, отвечающий за работу разумных на отдаленном поле своей пиратской команды, быстро двигался навстречу старику-родианцу. Тот попытался подняться, но ноги его уже не слушались.
«Пришло мое время», — без страха подумал он.
— Встать! — заорал зайгеррианец, отвесив ему пощечину. Изо рта родианца вылетели пара сломанных от таких же побоев зубов. — Я сказал встать!
К старику бросились на помощь два молодых забрака, больше похожих на скелеты, обтянутые кожей. Но закричали от боли, когда шоковый кнут рабовладельца поразил их.
— Никакой помощи слабакам! — заявил выходец с Зайгеррии. — Если он не может даже подняться на ноги перед свои господином, то он ничто! Ему
