внимание, и когда бы я не посмотрела в сторону Алвина, он все время пялится на меня. Мне все это до безумия не нравится, потому что я, кажется, начинаю понимать, что здесь происходит. Этот козел выбрал себе новую жертву. Меня. И если бы не успокаивающая близость Картера, я бы уже пятнадцать раз слетела с катушек. Но сильнее всего нервирует даже не внимание Алвина. Я постоянно ловлю на себе сальные взгляды собравшихся в зале мужчин. Похоже, план по отвлечению внимания все-таки работает. От этого чувствую себя невероятно грязной. И я жду не дождусь, когда мы вернемся в выделенный нам дом, чтобы залезть под душ и смыть с себя всю эту невидимую грязь.
Вскоре направляемся к рядам кресел, что расставили напротив сцены, где все уже готово к началу аукциона. Садимся в последнем ряду, и я только тут понимаю, что смущает меня во всей этой ситуации. Если Ники и остальным удастся украсть то, зачем мы пришли, то это заметят, и тогда нам конец. Склоняюсь к Картеру и шепотом сообщаю ему о своих переживаниях. Он заверяет меня, что они продумали все варианты, и мне не о чем волноваться. Больше ни о чем спросить не успеваю, да и не решаюсь, потому что поблизости начинают рассаживаться люди. Слева от меня садится тот самый парень, который пытался завести со мной общение из-за забора. Эрик, кажется.
– Привет, – здоровается он, и я киваю. Он косится на Картера, потом негромко спрашивает: – Так ты из Эскамбии?
Мне не остается ничего иного, как нагло соврать.
– Да.
– Ну и каково это – жить там?
Его вопрос ставит меня в тупик. И как его понимать? Что не так с домом Картера, что у меня спрашивают такое? Только тут понимаю, что я ни разу не спросила ни у Картера, ни у его людей о том, где они живут и что там вообще за место. Почему-то не видела в этом надобности. До этого момента. Теперь вижу.
– Так же, как и везде, – как можно безразличнее пожав плечами, сообщаю я.
Получаю удивленный взгляд Эрика, но продолжить тему он не успевает, так как на сцену поднимается Дрейк, а после его короткой речи начинаются торги. Я совершенно не слежу за ними, пока на сцену не выносят то, что нужно нам. Это я понимаю по тому, как оживляются несколько групп мужчин. А также впервые за все время Картер принимает участие в развернувшемся действе. И в конце концов выигрывает лот за баснословное количество местной валюты – семьсот сердец хакатури. От мыслей о том, скольких демонов ему пришлось убить ради горстки предметов, мне становится плохо. Надеюсь, остальные справятся с задачей и нам не придется ни за что платить. Как только со сцены уносят последний лот, мы поднимаемся с места, и я чувствую головокружение, обусловленное разрастающимся в груди волнением. Ники и остальные уже должны были начать действовать. Сейчас или никогда.
– Картер, – шепчу я, – мне надо в туалет.
Он серьезно кивает, оставаясь при этом абсолютно невозмутимым.
– Идем, провожу тебя.
Мне бы его спокойствие.
Покидаем зал и направляемся в нужную сторону. Картер показывает мне, куда идти в тот момент, когда его перехватывает взволнованная Айрис, которая появляется будто из-под земли. Я хотела бы послушать, о чем они будут говорить, но Картер дает мне всего пять минут. Ловлю на себе недовольный взгляд девушки и спешу прочь, не имея никакого желания находиться в ее обществе.
Захожу в туалет, в котором оказывается очередь. Что ж, похоже, Картеру придется подождать. Проходит минут пятнадцать, прежде чем я возвращаюсь в коридор, но присутствия ни Картера, ни Айрис не наблюдаю. Поморщившись от досады, раздумываю, что же делать дальше. Может, вернуться в зал? А если Картера там нет? Встречаться с Алвином один на один у меня нет желания. Неизвестно, как он поведет себя, если обнаружит меня одну. Кроме того, помимо него есть еще толпа похотливых извращенцев. Но и стоять здесь кажется невероятно глупым. Отхожу в сторону и сажусь на небольшой диванчик, расположенный рядом с кадкой с высоким раскидистым растением. Понимаю, что это первая зелень, которую я увидела с момента, как оказалась в этом мире.
Сижу минут десять, с каждой секундой становясь все мрачнее. Ладони потеют от волнения, и я в миллионный раз прокручиваю в голове варианты, что стоит или не стоит предпринять. А что, если Картер в беде, а я сижу тут как идиотка?!
Все давно уже вернулись в зал, поэтому кругом царит тишина. Именно из-за этого я и слышу какой-то подозрительный шум из соседнего коридора. Настороженно вскидываюсь прислушиваясь. А через пару секунд колебаний поднимаюсь на ноги и медленно шагаю в сторону звуков. Они происходят за дверью из темного дерева. Оглядываюсь по сторонам, но никого не вижу. Прикладываю ухо к двери, слышу негромкий стук. Решившись, осторожно нажимаю на ручку и толкаю створку, которая открывается абсолютно бесшумно.
Быстро осматриваюсь. Помещение похоже на склад. Заглядываю внутрь и застываю как вкопанная, встречаясь взглядом с голубыми глазами девушки на вид чуть младше меня. И будь я проклята, если она одета не в то самое платье, в которое пытался нарядить меня Ники. Но главное не это. Ее заперли в большой клетке, что стоит в самом углу комнаты. Кто это сделал? Алвин? Мне становится плохо.
– Помоги мне, пожалуйста, – дрожащим голосом шепчет незнакомка, и я вижу, как в ее глазах дрожат слезы.
Решительно прохожу в помещение и прикрываю за собой дверь. Подхожу к решетке и вздыхаю с облегчением. На ней нет замка. Только засов, который невозможно открыть изнутри.
– Сейчас, – шепчу я и берусь за засов. – Кто посадил тебя сюда?
Открываю дверь и отшатываюсь, когда неожиданно девушка бросается на меня. Слезливое выражение лица сменяется решительным, даже злым.
Какого черта?
Это последнее, что я успеваю подумать перед тем, как она налетает на меня и с силой ударяет кулаком в живот. Боль такая ослепительно яркая, что я едва не падаю. Но на ногах удержаться не получается. Эта сука толкает меня, а в следующую секунду пинает в живот. Вскрикиваю и тянусь к бедру, чтобы достать нож, но она хватает меня за волосы и бьет головой об пол.
На несколько секунд, а может и дольше, выпадаю из реальности. Не чувствую ничего, кроме боли.
Я ведь не слабая. Я могу за себя постоять. Но сейчас я не в состоянии сделать ничего.
С губ срывается тихий стон, голова раскалывается, а
