– Положить коробочку на место, миледи?
– Нет, пусть останется здесь. Она мне еще понадобится.
– Нет, миледи! Нет!
Маркиза уставилась на нее:
– Ты слышала, что я тебе сказала, дуреха? Оставь ее на месте.
Марта отошла и застыла от ужаса. Хэриет улыбнулась, довольная собой. Приятная слабость разливалась по всему телу, рассеивая подавленное настроение. Она чувствовала, как оживлялся мозг, ощущала само движение крови в сосудах. Ей было лучше. Более того, ей было хорошо.
Она снова вытянула руку, взяла стакан с бренди и выпила до дна. Хэриет засмеялась. Сейчас она была сама собой. Слава Богу, порошок был под рукой, и она могла употреблять его, когда хотела. Маркиза вспомнила человека, который дал ей этот порошок.
Однажды летом ее любовником стал русский наследный принц. Он приехал с визитом в Англию. Они любили друг друга бешено и страстно, порой почти до смертельного истощения. Именно тогда он рассказал ей о волшебном порошке, который можно употреблять, если чувствуешь разлад между желаниями мозга и возможностями тела.
– Дай мне немного, дай немного, – жадно говорила Хэриет, а тот, умиляясь настойчивости своей возлюбленной, посвятил ее в искусство потребления порошка через вдох крошечными порциями. «Вдох страсти», – шутливо называл он. Маркиза так долго просила его дать ей хотя бы немного, что он наконец уступил.
– Порошок опасен для тех, кто, как вы, любимая, слишком пылки и страстны, его нужно употреблять с большой осторожностью и только изредка.
– Понимаю, – прошептала Хэриет, – я сохраню его для таких минут, как эта.
Она откинула голову, а ее распущенные огненно-рыжие волосы рассыпались по плечам. Принц наклонился, чтобы поцеловать ее лебединую шею.
– Для таких минут, как эта, моя прекрасная любовь, – отозвался он нежно.
Позже он еще раз предупредил маркизу:
– Порошок сделан учеными аптекарями при дворе царя. Мало кому можно доверить хотя бы десятую часть унции, так как он очень сильный, и малейшая передозировка или неосторожность при вдохе не восстановит сил, а более того, вызовет помешательство. Ты сойдешь с ума, Хэриет. Я не смогу уберечь тебя, поэтому предупреждаю заранее. Порошок обостряет все чувства. Если ты любишь и вдыхаешь порошок, то будешь любить с такой страстностью, перед которой отступят даже самые сильные порывы фантазии. Если ты ненавидишь и принимаешь порошок – возненавидишь с такой же силой.
– Я буду вдыхать его для любви, – нежно произнесла Хэриет.
Возлюбленный посмотрел на нее, лежащую в прозрачном одеянии. Ее полуприкрытые глаза жаждали любви, ее алые губы призывно раскрылись, он улыбнулся и протянул ей заветную коробочку.
Долгие годы Хэриет сдерживала свое обещание. Она пользовалась порошком лишь изредка, когда к этому располагала романтическая обстановка. Сегодня же утром маркиза успокаивала себя тем, что у нее было оправдание и она имела право употребить порошок. Хэриет не припоминала случая, когда чувствовала себя хуже, чем сейчас, но именно в эту минуту она должна была ясно мыслить.
Она стала сосредоточенно размышлять, заставляя себя из последних сил. Хэриет считала, что нельзя пренебрегать ничем, что поможет прояснить мозг. Ей нужно было все тщательно продумать.
– Ваша светлость, поешьте немного.
– А что, это идея, который час?
– Уже полдень, миледи.
– Ну, закажи чего-нибудь повкуснее.
– Прекрасно, миледи. А выпить?
– Бутылку шампанского и прямо сейчас.
Марта хмыкнула, не скрывая своего недовольства, но маркиза не обратила на это никакого внимания. Она снова откинулась на подушки, забыв посмотреться в зеркало, которое Марта положила рядом с ней. Нельзя было терять времени, надо было думать, и думать быстро.
К счастью, в эту минуту ее мозг работал четко, как никогда, и порошок помог рассеять чувство страха, которое не оставляло ее с прошлого вечера. И все же, за что ее винить? Джастин мог нагнать страх на любого человека, каким бы мужественным и сильным он ни был.
Маркиза стала вспоминать события прошлой ночи. Она старалась не упустить ни малейшей подробности, напряженно анализируя все с такой точностью, которая могла бы помочь найти какую-нибудь лазейку или упущение в обвинениях, высказанных ей сыном.
Ни секунды Хэриет не сомневалась в успехе своего плана. Ведь она видела, как Серина выбежала из гостиной вслед за лакеем после того, как тот говорил с ней. Она почувствовала легкость и возбуждение, как будто те десять тысяч гиней, которые Хэрри Ротхэм ей обещал, уже были у нее в кармане. Она играла в эскарте с богатым, но бестолковым молодым человеком, которого в Мэндрейк привезла герцогиня Фортхэмптон. Впервые за несколько недель маркиза начала выигрывать, и немалые суммы – двести гиней, четыреста, а затем и тысячу. Она была так взволнована, что не могла скрыть своей радости. «Звезды изменили свое положение, – сказала она себе. – Я знала, что мне повезет сегодня вечером, и сейчас все пойдет как по маслу».
Негритенок уселся в угол, где обычно ожидал приказаний госпожи. Она взглянула на него, мальчик кивнул. С победоносным видом Хэриет сделала ставку и в конечном счете снова проиграла.
– Ты потрясающе здорово выглядишь сегодня, дорогая Хэриет, – прошептал кавалер, стоявший рядом. Она рассмеялась, подняв стакан в молчаливом тосте за него и одарив его искрящимся взглядом.
В таком настроении маркиза без труда собрала вокруг себя поклонников. Хэриет блистала остроумием и наслаждалась восхищением, которым они ее окружили, а это действовало на нее сильнее вина. Она проиграла еще пять тысяч гиней и, вставая из-за стола, воскликнула:
– О, что-то сегодня у меня душа не лежит к игре.
– Пойдем поговорим, – предложил ей один из давнишних поклонников. Хэриет взяла его под руку и позволила ему увести себя в альков.
Однако маркиза была слишком обеспокоена и не могла долго оставаться в обществе одного и того же человека, и вскоре она вернулась к гостям, переходила от одного столика к другому, от игры к игре, заключала пари, делала ставки.
Прошло часа три, и все это время Хэриет не могла успокоиться. Она много выпила, но вино на нее не действовало. Маркиза была сильно возбуждена, острила и развлекалась вместе со своими поклонниками. Вдруг к ней подошел Джастин. Он еще не успел заговорить, как она почувствовала, что произошло нечто неприятное. На ее плечо легла тяжелая рука, холодная и властная. Она обернулась и взглянула в лицо сыну, и то, что она в нем прочитала, заставило ее сердце затрепетать от страха.
– Мне необходимо поговорить с вами, мама, – спокойно сказал Джастин, – сделайте одолжение, пойдемте со мной в библиотеку.
