Очевидно, Уильям планировал разговор для двоих, из которых только один сможет уйти. Да, Парис хотел сделать тоже самое.
– Подобное всегда с тобой происходит? – спросил он, вернувшись к Сиенне и указав большим пальцем на распоротого от шеи до пупка парня. Потому что из-за того, что находилось в крови Сиенны, существа сошли бы с ума. Они бы все ринулись к ней и не оставили в покое, пока не осушили до последней капельки.
Ответа не последовало.
– Сиенна. Что... – Парис осознал, что её взгляд остекленел, а глаза светятся ярко красным.
– Наказать, – прошептала она.
Гнев завладел её разумом и телом.
– Я должна наказать их, – повторила Сиенна голосом, каким никогда не разговаривала раньше с Парисом: сплошная серьёзность, никакой страсти. Секунду спустя из её спины вырвались крылья, раскрываясь полуночным облаком с фиолетовым обрамлением. Она взмахнула ими вверх, вниз, расправляя во всю длину и царапая стены и пол.
– Сиенна, – окликнул её Парис. Спокойствие, он должен сохранять спокойствие. В противном случае, Гнев обратит своё внимание и желание наказать на него. Он пощёлкал пальцами перед её лицом. – Детка, мне нужно, чтобы ты послушала меня, хорошо?
– Наказать. – Её крылья задвигались быстрее, и Сиенна вспорхнула в воздух.
– Сиенна.
Не говоря ни слова, она устремилась к единственному окну, разбила стекло и растворилась в ночи.
Парис бросился за ней, но промахнулся, и половина его тела оказалась в свободном парении, готовое пролететь огромное количество этажей этого замка и шлёпнуться в пенное озеро гибели. Проклятье. Разве он не просил её принять в себе ублюдка? Придурок. И даже заикаться страшно о том, куда Гнев поманил её или что собирался заставить её сделать.
Так или иначе, он пойдёт за ней.
Никогда он столько не охотился за женщиной. Парис подтянулся назад и приступил к изучению наклонной плоскости замка, пытаясь найти самый лучший и быстрый путь вниз, не привлекая внимание горгулий. И знаете что? Существовал только один путь. Ему придётся спрыгнуть с пятидесятифутовой высоты и молиться о том, чтобы при ударе не сломались ноги.
Проблема в том, что приблизившись к порогу займись-сексом-или-умри, он причинит себе боль и не сможет быстро исцелиться. Плевать. Сиенна в опасности. Он сделает всё необходимое. Парис перенёс ногу через подоконник.
– Оставайся здесь, – бросил Парис через плечо. – Помоги чем сможешь бессмертным.
– Она далеко впереди, – донёсся приглушённый ответ Уильяма.
Перенеся вторую ногу, Парис начал обратный отсчёт: "Три. Два. Как же глупо. Один..."
И внезапно появился Захариил, грациозно размахивая в воздухе белыми крыльями. Вокруг него витали снежинки, составляя идеальное сочетание с безэмоциональными чертами его лица. Ангел выгнул чёрную бровь.
– Хочешь прокатиться?
– Где тебя носило, когда сюда нагрянули тени? – грубо спросил Парис.
– Я могу тратить время, отвечая на твой вопрос, или могу тебе помочь.
"Как же тошнит от его манипуляций, но чего уж тут отрицать, мне нужна его помощь. И разве я сейчас не похож на симпатичную девицу в бедственном положении?" Раз или два Аэрон нёс Париса по небу, и воин знал, что в этом нет никакой сексуальной подоплёки. Парис лишь надеялся, что Захариил не воспримет его эрекцию на свой счёт.
Ангел обнял Париса за талию.
– Ты поймёшь, что хорошие дела как бальзам на душу.
– Просто потрясающе. – Для большего чувства уверенности, Парис обхватил Захариила за шею. Твёрдые мышцы, ледяная кожа. Каким бы нуждающимся и разгорячённым Разврат не был, на это прикосновение он не среагировал. – Но можем мы это сделать без разговоров?
– Можем ли мы? Да. Будем ли? Определённо, нет. Пока ты мой пленный слушатель, хочу обсудить твою нездоровую одержимость мёртвой девушкой и тот факт, что ей будет лучше без тебя.
Глава 21
С рук Сиенны капала кровь, которая пропитывала её одежду, и от которой тенниски девушки издавали отвратительно хлюпающий звук при ходьбе.
С каждым разом, когда Гнев овладевал её телом и увлекал из замка, он заставлял её следовать в убежище теней, чтобы там причинить этим существам боль, во много раз превышающую ту, что они причиняли другим.
Тёмно-красный взгляд Гнева просвечивал сквозь глаза Сиенны, врезаясь в кожу... или грязь... или что там, у теней было, и сжигал это, снова и снова смеясь.
Тени были слишком насытившимися, чтобы дать отпор. Их беспомощность действовала на Гнев как афродизиак, заставляя его желать всё больше и больше жертв, и к тому моменту, как с тенями было покончено, взор демона обратился на остальных существ, живущих в этом убежище, и он продолжил восторгаться уже их криками боли.
Когда Гнев удовлетворил голод, он попытался вынудить Сиенну вернуться в замок. Впервые она осознавала его действия в момент их совершения. Её разум отказывался проводить параллель с Парисом, и она боролась с этим... причём изо всех сил. В конечном счёте, так как демон был пресытившимся, он сдался и забился на задворки её сознания.
Теперь Сиенна оказалась "у руля автобуса".
К сожалению, её борьба ещё не подошла к концу. Между Сиенной и замком существовала невидимая связь, которая притягивала её ближе и ближе.
Сиенна не знала, сколько ещё сможет этой связи противостоять. Её крылья были искромсаны – не то, чтобы она знала, как летать без помощи Гнева – и несмотря на то, что через несколько часов они восстановятся, сейчас крылья были не в состоянии держать её вес.
Сиенна успокоилась, упёрлась пятками в землю и заставила себя замедлиться. Кости вибрировали от боли. Она съёжилась, поворачиваясь... поворачиваясь... и наконец, устремилась в противоположном направлении.
"Да. Да!"
Возвращение, даже чтобы увидеть Париса, попрощаться, поцеловать его в последний раз, заняться с ним любовью, запрёт Сиенну в замке.
И хотя это был соблазн, да ещё какой, Сиенна ему не поддалась. Ради Париса. Ради Скай. Она исчезнет, пока Кронос не узнал о её побеге, не задумал наказать Париса и не начал снова вить из неё верёвки.
Если бы она смогла добраться до Галена, допросить и убить его прежде, чем Кронос заметит её отсутствие, ей бы не пришлось соблазнять хранителя Надежды, и война между Повелителями и Ловцами подошла бы к концу.
Даже если Гален никогда не расскажет Сиенне, где находится её сестра, он не сможет причинить ей вред, когда будет мёртв. И этого достаточно.
Послышавшиеся шаги вырвали Сиенну из мыслей.
Она осознала, что её преследуют, и не нужно было оглядываться, чтобы понять, что это мужчины с пустыми глазами, отвисшей сероватой кожей и острыми как бритва клыками в четыре ряда.
