Коридорный с трудом сглотнул слюну.
— Сэр, вы сами это сделали. Обычная описка.
Вейн впервые улыбнулся ему в лицо и возвратился к креслу.
Коридорный прислонился к стенке кувшина и уперся ногами в противоположную сторону. Он давил изо всех сил — мышцы у него на спине вздулись. Керамические стены казались тверды как скала.
Он совсем взмок. Потом расслабился, тяжело дыша, уткнулся лицом в колени и попробовал поразмыслить. Парню и раньше приходилось слышать о скверных землянах, но такого он еще никогда не встречал.
Коридорный поднял голову.
— Сэр, послушайте!
Кресло скрипнуло, и Вейн с бокалом в руке подошел к кувшину.
— Сэр, — серьезным тоном произнес коридорный. — А если я смогу доказать вам, что я не марак — тогда вы меня выпустите? Ведь тогда вы обязательно должны будете меня выпустить, разве не так?
— Ясное дело, — согласился Вейн. — Валяй, докажи.
— Тогда, сэр, может, вы слышали о мараках еще что-нибудь, на проверку?
Вейн, судя по всему, задумался: его подбородок опустился на грудь, а глаза словно покрылись пленкой.
— Насчет того, что могут и чего не могут мараки, — подсказал коридорный. — Если я вам скажу, сэр, вы, наверное, решите, что я сам все выдумал.
— Да погоди! — буркнул Вейн. С полузакрытыми глазами землянин слегка покачивался взад-вперед. Галстук-веревочка по-прежнему был аккуратнейшим образом повязан, а полосатый пиджак оставался в идеальном порядке. Наконец Вейн сказал: — Я кое-что припомнил. Кажется, охотники на мараков частенько этим пользовались. Мараки не переносят спиртного. Их сразу рвет.
— Вы уверены, сэр? — возбужденно спросил коридорный.
— Еще как. Для мараков это просто отрава.
— Тогда попробуем, сэр!
Вейн кивнул и отправился к столу за бутылкой «Десяти звездочек». Бренди в нем оставалось еще на две трети. Прихватив ее, землянин вернулся к кувшину и потребовал:
— Открой рот.
Коридорный широко разинул рот и зажмурился. Он страшно не любил спиртное землян, особенно бренди, но все же рассчитывал, что сможет его выпить. Только бы выбраться из кувшина.
Бренди плеснуло ему в рот одной плотной струей — полилось по щекам — затекло и в нос. Коридорный поперхнулся. Спиртное обожгло носоглотку и дыхательное горло — у парня перехватило дыхание — слезы ослепили его. Когда спазм отошел, коридорный с трудом выдавил:
— Сэр… сэр… это была нечестная проверка. Вам не следовало так лить в меня спиртное. Дайте мне немного в бокале, сэр.
— Ладно, теперь будет по-честному, — сказал Вейн. — Попробуем еще разок. — Он взял со стола пустой бокал, плеснул туда на два пальца бренди и вернулся к кувшину. — Потихоньку да полегоньку, — проговорил он и вылил бренди тонкой струйкой в рот коридорному.
Парень глотнул, голова его так и кружилась в коньячных парах.
— Еще малость, — сказал Вейн и наклонил бокал. Коридорный проглотил. Спиртное собралось у него в желудке раскаленным шариком. — Еще. — Парень глотнул и на этот раз.
Наконец Вейн отстал. Коридорный открыл глаза и блаженно посмотрел на землянина.
— Видите, сэр? Никакой тошноты. Я выпил, и меня не вытошнило!
Вейн озадаченно хмыкнул. Потом задумался на некоторое время.
— Ладно, тогда предположим следующее: мараки могут пить спиртное.
Победная улыбка коридорного медленно растаяла. Он недоверчиво посмотрел на Вейна.
— Сэр, не шутите так со мной, — попросил он.
Вейн презрительно фыркнул.
— Если ты думаешь, что это шутка… — с мрачным сарказмом проговорил он.
— Сэр, вы обещали.
— Дудки. Ни черта я тебе не обещал, — возразил Вейн. — Я сказал — если докажешь мне, что ты не марак. Ну так валяй, докажи. Вот тебе, между прочим, еще одна проверочка. Один мой знакомый анатом, увидев тот скелет, сказал мне, что он как-то стиснут в плечах. Марак не может поднять руку выше головы. Так что теперь мы начнем с того, зачем ты вставал на стул, когда снимал ту связку… а еще лучше — просто высунь руку из кувшина.
Ответом было молчание. Из портсигара, обтянутого кожей зеленой ящерицы, Вейн извлек еще одну сигару, обрезал кончик осмиридиевым ножичком и закурил, не сводя глаз с коридорного.
— Теперь тебя опять следует остерегаться, — заметил он. — Начинается самое интересное. Замышляешь. Ломаешь голову, как бы прикончить меня сидя в кувшине и не пользуясь способностями марака. Валяй. Думать не вредно.
Землянин затянулся едким дымом и наклонился к кувшину.
— У тебя еще пятнадцать минут.
Никуда не торопясь, Вейн закатал остальные сувениры в одеяла и перевязал. Затем забрал со столика туалетные принадлежности и упаковал их в саквояж. Напоследок окинув комнату взглядом, он заметил на полу клочки бумаги и подобрал тот крошечный бумажный шарик. Усмехнувшись, поднес его к горлышку кувшина и показал коридорному, а затем бросил в мусороприемник и сжег. Потом удобно расселся в кресле возле двери.
— Пять минут, — сообщил он.
— Четыре минуты.
Три минуты.
Две минуты.
— Ладно, — выдохнул коридорный.
— Что ладно? — Вейн встал и нагнулся над кувшином.
— Будь по-вашему — я сделаю алмаз.
— А-а, — с некоторым недоверием протянул Вейн. Затем взял кусок графита и хотел было бросить в кувшин.
— Мне не нужно до него дотрагиваться, — равнодушно произнес коридорный. — Положите на стол. Все займет около минуты.
Вейн хмыкнул и положил графит, не сводя глаз с горлышка кувшина. Коридорный опустил голову и закрыл глаза; землянин видел только блестящую черную макушку.
Голос парня звучал теперь приглушенно.
— Если бы не воздушный сорняк… — угрюмо произнес он.
Вейн усмехнулся.
— Кроме воздушного сорняка, есть еще дюжина способов разделаться с тобой. Вот это лезвие, — он поднес к горлышку осмиридиевый ножичек, — сработано из местной стали. Режет все подряд. А мелкие кусочки можно спустить в канализацию.
Бледное лицо коридорного с широко распахнутыми глазами обратилось вверх.
— Впрочем, нет времени, — успокоил его Вейн. — Так что в дело пойдет воздушный сорняк.
— И вы именно так собираетесь меня выпустить? — спросил коридорный. — Разрежете кувшин ножом?
— А? Ну, ясное дело, — ответил Вейн, наблюдая за куском графита. Меняется он или нет? — Все-таки я разочарован, — сказал затем землянин. — Думал, ты будешь биться. Видно, вас, мараков, переоценивают.
— Готово, — произнес коридорный. — Пожалуйста, возьмите алмаз и выпустите меня.
Вейн прищурился.
— По-моему, ничего не готово, — возразил он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
