мобильность получалась никакой. Скорость вряд ли станет выше скорости идущего человека, а это слишком мало. Во-вторых, дистанция уверенного поражения огненной струи незначительна. По его прикидкам может получиться два десятка метров, максимум. Старинное фитильное ружье времен Колумба стреляло дальше.
Поэтому, из-за низкой мобильности и невысокой дальнобойности бороться танком против пехоты это пустой номер. Пехота и конница с лёгкостью уйдут их зоны поражения, обойдут с тыла и нападут оттуда. Танк пригодится лишь при штурме крепости. Огнеметом можно сжечь к черту ворота, поджарить защитников на стенах. Наконец, в нем можно спрятать с десяток воинов из штурмовой группы.
— Это хорошо, Димон, очень хорошо… Только что-то совсем про ракеты забыл. Целую повозку наштамповал и забыл. Нехорошо
Ухмыльнулся при этих словах. Действительно, некрасиво. Мучился, делал. Наконец, зачем добру пропадать? Надо и ракеты пустить в дело.
— А ведь мощные штуки вышли, — бормотал он, вспоминая их первое испытание. — Сам, честно говоря, не ожидал. Воронки почти по десятку метров оставались. Таким взрывом можно и башню с землёй сравнять…
По его прикидкам внутри можно было разместить не больше шести ракет и два десятка гранат. Не так уж и мало, учитывая какая взрывчатка внутри них находилась. Взрывчатая гадость из 21 века давала такую мощь, какую этот мир и время даже вообразить себе не могли.
— Ну, Васятка Голицын такую штуку завтра сварганю, что охренеешь! Плакать от радости будешь… Или от ужаса. Короче, посмотрим, как вести себя будешь…
[1] Иблис — в исламской религиозной традиции джин. Изначально, благодаря своему усердию, был приближен к Господу. Позднее из-за своей гордыне был низвергнут с неба и стал предводительствовать дьявольскими существами. Неимоверно сильное магическое существо.
[2] Эни — мама, здесь — свекровь.
19. Вдарил б…ь, аж искры из глаз полетели. И моих глаз тоже!
Дмитрий в неизменном сопровождении двух увешанных оружием мордоворотов рассматривал крепость, оседлавшую пару холмов и крепко-крепко перекрывшую проход в долину. Тот самый грозный Перекоп, которым его недавно пугали выглядел, честно говоря слабовата. Взгляд парня скользил по низким глинобитным стенам, квадратным приземистым башням и расползающемуся валу. На стенах виднелись редкие воины, угрожающе размахивавшие оружием. Рядом с воротами гарцевала полусотня всадников.
— Если это и есть Перекоп, то мои дела явно лучше, чем я думал, — бормотал парень, не скрывая своей радости. — Или может ничего не понимаю в этом деле…
В голову ему вдруг пришла одна мысль, от которой тут же испортилось настроение. Ведь, на самом деле крепость представляла собой весьма непростой орешек, об который с лёгкостью можно было обломать все зубы. Просто его взгляд, жителя другого времени, был сильно избалован видами грандиозных замков и крепостей. Чего только стоили исполинские стены и башни легендарного Министириса, от одного вида которых захватывал дух. В памяти крепко сидели и образы других сказочных и реально существующих, что сильно искажало его восприятие. Может все дело именно в этом?
— Эй, двое из ларца! — Дмитрий решил спросить у местных. Те должны были точно знать, насколько сильны оборонительные сооружения Перекопа. — Что про это скажете? Оглохли что ли? Крепость сильная или на раз возьмем?
— Э-э… господине, — неуверенно начал первый, рыжий детина с конопушками во все лицо. Он был явно посообразительнее, чем второй. Тому лишь бы подраться с кем-то. Кулаки чесать любил, чего не отнять. Головой же соображать не любил, предоставляя эту обязанность своему товарищу. — Дык, это как посмотреть.
Он скосил на Дмитрия опасливый взгляд. Побаивался, чего греха таить. Видно, боярин Голицын им такого наговорил, что парень теперь казался маленьким монстром. Отсюда и обращение «господине», низкие поклоны. Как говориться, лучше поклониться, спина не отвалиться, а то вдруг в жабу превратят.
— Крепостица, конечно, неказиста, неухожена. Ров вона давно не обновляли, края все обвалились. Вал тоже старый. Кое-где на стенах трещины, — рыжий сопровождал свою речь тычками указательного пальца. — Токмо все это мелочи. Нам и этого с лихвой хватит, чтобы кровушкой знатно умыться. Коли у них огнебои на стенах, то с тараном к воротам будет сложно подобраться. Лучники тоже спать не будут, многих повыбивают. А как подберемся к стенам, то снова встанем. Лестницы нужны. Мычай, не птицы, крыльев не имаем. А где тута дерево взять для лестниц? С собой тока везти.
Воин обвел руками совершенно пустынные степи и скорчил выразительную гримасу. Мол, иди найди хоть одну доску, а мы посмотрим, как тебе это удастся.
Рыжий еще что-то рассказывал, правда, Дмитрий его уже особо и не слушал. Того, что уже услышал, было более чем достаточно. Вывод один: несмотря на внешний «слабенький» вид, недооценивать Перекоп не стоило. Для своего времени, да еще усиленный артиллерией, он представлял собой довольно крепкий оборонительный пункт на пути в исконно крымские земли.
— Господине, воевода тебя кличет. Поспешать надо, а то он осерчает, — из задумчивости парня вывел тревожный голос одного из охранников. — Сидай на коня.
Бросив последний взгляд на крепость, Дмитрий взобрался на своего конягу и пришпорил его. Скотина, получив удар шпорами, тут же повернула в его сторону морду с огромными жалостливыми глазами, полными слез. Сделала несколько шагов и захромала. Мол, что ты делаешь изверг? Не видишь, что я охромел! Сразу же захотелось спрыгнуть на землю и идти пешком, лишь бы не видеть этих глаз.
— Не верь, господине! — буркнул оказавшийся рядом рыжий, неожиданно резко ткнувший коняге сапогом в зубы. — Больно ты жалостливый, а коняга то особо чует и пользуется тем. В морду ей дайте, а после плеткой по брюху, чтобы не баловала.
Сработало. Бедный жеребец, получив плеткой, тут же ожил и понесся вскачь. За пару минут домчал его до шатра воеводы.
— Явился, — буркнул ему Голицын, даже не поднимая головы. Сидел за столом и корпел над какими-то бумагами. Вид у него был не очень радостным. Видно, пришли какие-то нехорошие вести. — Садись рядом. Видел крепость? Что думаешь? Осилим? — и не давая ему ответить, сразу же продолжил. — Поспешать нужно. Вести пришли, что Порта крымчаку на помощь войско шлет. Проклятье! Как все не вовремя! Ляхи же обещали, что османы ни единого воина не смогут дать. Кругом одна лжа…
Словом, угрожающая складывалась ситуация, с каждым днем становившаяся еще хуже и хуже. Русская армия действовала в безводной степи, в которой хозяйничали крымчаки. К самому Перекопу «на всех порах» спешила армия во главе с крымским ханом, а где-то на побережье скоро должны были высадиться подкрепления с янычарами и знаменитыми османскими пушками. Можно было запросто оказаться среди двух огней, отхвати и от
