«При Путине все стало еще более жестким, — рассказывает Ирина Хакамада. — В аппарате — какие-то молодые офицеры. Всё дисциплинированно, все навытяжку, всё культурно и всё глухо.
— У меня договоренность с президентом об аудиенции. Назначьте, пожалуйста, время.
— Не назначим. Президент занят.
— Навсегда занят?
— Навсегда.
— А вы можете хотя бы зафиксировать мой звонок?
— И этого не можем. Всего доброго».
Попасть к Путину — трудное дело. Жаловался на это и генерал Геннадий Трошев, который был командующим войсками СевероКавказского военного округа, единственного воюющего округа. Осенью 2000 года Путин прилетел в Ростов-на-Дону, где находится штаб округа. Трошев, как положено, поехал его встречать. Командующего даже не пустили в Донскую публичную библиотеку, где проходила встреча с новым президентом страны! Такая же история произошла в Адлере.
«Простоял я вместе с водителями служебных машин на обочине аэродрома, — вспоминал Трошев. — Они посматривали с сочувствием на меня, а я посматривал в сторону самолета президента… Про меня никто не вспомнил, не протащил сквозь охрану… В Ростов я улетел с неприятным осадком в душе. С верховным так и не встретился, хотя устав к этому обязывает, да еще и кучу керосина спалил зря».
К моменту прихода в Кремль Путин слишком мало проработал в Москве, чтобы обзавестись собственными кадрами. Обратился к друзьям и сослуживцам по Петербургу. Это была кузница кадров.
Даже отмечать день рождения в октябре Владимир Владимирович ездил в родной город.
«В 2004 году, — писал “Коммерсант”, — день рождения господина Путина на праздник был не совсем похож: всю ночь перед президентским кабинетом в Константиновском дворце стояла очередь из гостей. Каждый из них по очереди заходил к Владимиру Путину, поздравлял, попутно решая насущные вопросы, и выходил, уступая место следующему гостю».
Судя по всему, сам Владимир Владимирович был потрясен своей популярностью в стране. Но еще не исполнился уверенности в собственных силах и возможностях. Поэтому задача номер один вырисовывалась такой: захватить командные высоты, расставить на ключевые должности доверенных людей и устранить тех и то, что угрожает власти.
— Путин привел с собой два десятка соратников по прежней службе, — рассказывала журналистам Ольга Крыштановская из Института социологии Академии наук, автор книги «Анатомия российской элиты». — Те в свою очередь привлекли во властные структуры сослуживцев-единомышленников. А потом это начало расти в геометрической прогрессии.
Каковы были критерии отбора? Кого из людей в погонах приглашали в аппарат?
— Главенствует принцип личной преданности, — поясняла Ольга Крыштановская. — В политику мобилизуются люди надежные и предсказуемые. В коридорах власти они циркулируют из ведомства в ведомство… Люди из обоймы готовы на любой участок работы, который необходимо закрыть своим человеком… Не странно ли выглядит офицер спецслужб на посту замминистра в Минпечати, Минэкономразвитии или в Госкомимуществе? Но и там схема «комиссар при командире» исполняется неукоснительно.
А с какими настроениями спецслужбисты приходили на высокие должности?
— Настроения реваншистские. Пришедшие в политику люди в погонах, которые еще десять лет назад готовы были пережидать смутные времена едва ли не в подполье, снова ощущают себя в силе. Они опьянены перспективой неограниченной власти, в основе которой всеобщий страх… Они чувствуют себя членами некоего клана посвященных, где главное — верность государству, которое для них олицетворяет Владимир Путин…
Принцип кадровых дел: высшие посты тем, кого знаешь и кому доверяешь. Заметно, что Владимир Владимирович нуждается в комфортном окружении. Рядом должны быть знакомые лица, иначе ему не по себе. Так, министром внутренних дел стал Борис Вячеславович Грызлов — он был абсолютно чужим для милицейского аппарата, не имел в министерстве никакой опоры, потому полностью ориентировался на президента, собственной игры не вел и ничего от него не скрывал. Главная задача министра состояла в том, чтобы органы внутренних дел были выведены из-под контроля губернаторов, вообще местной власти и полностью подчинялись Москве.
Сразу стало ясно, что Путин требует беспрекословного исполнения своих приказов и что в его команде ценится полная преданность первому человеку. Зато открылись пути для чиновников, прежде казавшихся серыми, невыразительными, незаметными. Они преобразились — не узнать. Обрели власть, которой у аппарата давно не было. Один из руководителей аппарата «Единой России» в своем кругу уверенно сказал:
— Мы — политработники.
Они ощущали себя комиссарами, которые наводят порядок. Но не забывали о себе.
Ощутимым стало присутствие на руководящих должностях работников спецслужб, чекистов. Сам Путин не раз говорил, что полагается на своих недавних коллег по ведомству госбезопасности. Они верят в то, что жесткое управление, жесткий контроль из центра — залог успеха. Это люди сравнительно молодые, современные.
Они хотят наслаждаться той жизнью, о которой, поездив за границу, хорошо осведомлены. Недовольство старой командой, стремление убрать ее и поставить повсюду своих людей было продиктовано желанием самим получить в руки управление финансовыми потоками, самим распоряжаться богатой государственной собственностью.
Самым близким к Путину человеком поначалу считался Сергей Борисович Иванов. Они практически ровесники. Оба ленинградцы. Оба начинали жизнь в трудных материальных условиях. Сергей Иванов, как и Путин, тоже жил в коммунальной квартире. Отец Иванова рано умер. Мать работала инженером-оптиком на заводе. Она отказалась переезжать в Москву, так что сын пользуется любой возможностью, чтобы побывать в родном городе.
Дядя Сергея Иванова был моряком торгового флота. Сергей Борисович тоже мечтал о флоте, читал морские рассказы Виктора Конецкого и исторические романы Валентина Пикуля. Но победили другие увлечения. Иванов способен к языкам, хорошо запоминает на слух. Учился в английской спецшколе, увлекался песнями «Битлз» и к шестому классу знал весь их репертуар. Играл в футбол и хоккей, увлекался баскетболом, но для профессиональной игры не вышел ростом.
Иванов окончил переводческое отделение филологического факультета Ленинградского университета. В 1974 году студента Иванова послали в Лондон в один из колледжей поучиться на четыре месяца по обмену. Это была редчайшая по тем временам возможность не только выучить язык, но и познакомиться с заграничной жизнью. Это означает, что уже в студенческие годы Сергей Иванов был на хорошем счету у начальства.
