Путин объяснил: это преграда на пути сепаратизма, терроризма и продвижения во власть криминальных элементов. Этим целям отмена губернаторских выборов мало помогла. Громкие террористические акты продолжились, в том числе в Москве. А назначенных президентом губернаторов снимают и привлекают к следствию и суду за преступные деяния… Губернаторы-назначенцы не ощущают никакой ответственности перед жителями области и края, которые их не избирали, зато полностью зависят от московских чиновников.
В порядке компенсации образовали Государственный Совет. Губернаторы, которых лишили мест в Совете Федерации, надеялись, что кресло в Госсовете окажется не хуже. Мэр Москвы Юрий Лужков говорил, что Госсовет и должен взять на себя решение основных проблем жизни страны. Но сразу стало ясно: это чисто совещательный орган при президенте, в отличие от Совета Федерации, который по конституции наделен очень большими полномочиями. Многие губернаторы намекали, что надо эти полномочия у Совета Федерации отобрать и передать Госсовету. Но ведь президент Путин убрал губернаторов из Совета Федерации как раз для того, чтобы лишить их этих полномочий. Зачем же ему вновь наделять полномочиями тех же людей?
Место в Госсовете — утешительный приз. Правда, губернаторы все-таки получили возможность регулярно встречаться с президентом, просить помощи, подавать какие-то бумаги. Это очень важно, губернаторов в стране восемь десятков, и лишь самые заметные из них могут достаточно легко попасть в Кремль.
Многие месяцы ушли у президента на выстраивание вертикали власти, на приведение в норму «разболтанной и расхлябанной государственной системы». Любопытно, что это оказалось не так уж сложно. Думали: как заставить губернаторов подчиниться? А никто, собственно, и не сопротивлялся. Достаточно было слегка их припугнуть, и прежней вольницы как не бывало. Все охотно присягнули президенту на верность, построились и колоннами двинулись вперед.
«Помню, вызвали нас как-то к Ельцину, — рассказывал кинорежиссер Алексей Юрьевич Герман. — Вошел Ельцин — половина присутствовавших встала, а половина нет, они, видишь ли, были оппозиционные. А однажды попал к Путину: он вошел — как пробки взлетели все! И прыгали еще несколько минут».
— Все тихо и незаметно «легли» под Путина, — говорил тогда журналистам Борис Ефимович Немцов, который быстро прошел путь от первого заместителя председателя Совета министров до непримиримого оппозиционера. — Президент и его администрация провели зачистку политического поля, которое теперь выглядит как безликая равнина, а в центре возвышается бесконечно высокий монумент под названием «президентская власть». Госдума стала филиалом администрации президента, Совет Федерации — мелким подразделением Кремля. Губернаторы помалкивают, боясь высунуться. Большинство политических сил страны подобострастно поддакивают власти…
«Расширение компетенции президента приняло чрезвычайный характер, вышло за пределы конституционных задач главы государства и не соответствует Конституции, — пришел к выводу судья Конституционного суда в отставке Анатолий Леонидович Кононов. — Баланс полномочий ветвей власти нарушен… Вся система сдержек и противовесов, включая самое главное — контроль над властью со стороны общества, поставлена под угрозу…
Чрезмерные полномочия президента заложены в Конституции изначально… Непонятно, зачем бесконечно наращивать и без того безмерные президентские полномочия. Тут роль сыграла порочная для нашего правосознания идея усиления государства, сильной власти и так далее. Это приводит к обратному эффекту — измельчанию и ослаблению центральной власти, взявшей на себя ручное управление и единоличное решение всех проблем, от космоса до ремонта конкретной крыши…»
Во время беседы с президентом депутаты Думы от существовавшей тогда агропромышленной группы спросили его, что больше всего ему мешает? Путин ответил: чиновничество. Диагноз точный. Вопрос в том, как избавляться от всевластия аппарата. Принято думать, что надо объявить очередное сокращение, скажем, из четырех министерств сделать одно, вместо пяти вице-премьеров иметь двух. Это само по себе полезно.
За десять лет — с 2000 по 2010 год — число государственных служащих выросло в полтора раза. И это при сокращении населения России! А в США на тысячу населения приходится в четыре раза меньше налоговиков[4]. По карману ли нашей стране такая орда?
И дело даже не в количестве чиновников, а в том, какую роль государственный аппарат играет в нашей жизни. Без чиновников обойтись нельзя, важно, чтобы всевластию аппарата что-то противостояло.
Но за последние годы роль главного врага нашего президента — чиновничества — только росла по мере того, как теряли свое значение другие институты общества: парламент, политические партии и независимые средства массовой информации, которые перешли в надежные руки.
Политическая власть обычно опасается генералов, которые становятся излишне самостоятельными и рвутся в политику. Кроме тех случаев, когда сама власть все еще ощущает на своих плечах погоны, когда власти кажется, что военный порядок и есть необходимое условие процветания страны. По крайней мере на первом этапе, когда нужно провести глубокие экономические реформы.
Многие генералы врывались в политическую жизнь в ореоле воинской славы, гипнотизируя избирателей блеском золотых звезд и погон. Но первый успех почти всегда оказывался обманчивым.
Попытки генерала Александра Ивановича Лебедя въехать в Кремль на белом коне успехом не увенчались. Ему-то казалось, что он на пороге власти, а ловкие московские политики, штафирки, которые ни танк не умеют водить, ни с парашютом прыгать, ловко скрутили бравого генерала и выставили из Кремля. Лебедь стал губернатором в далеком Красноярске. 28 апреля 2002 года он погиб при крушении вертолета: в условиях плохой видимости машина зацепила линию электропередачи и рухнула на землю. Столь самостоятельного и оригинального политика трудно представить себе в современной политической жизни.
Отличившегося в Чечне мрачного генерала Владимира Анатольевича Шаманова, Героя Российской Федерации, избрали ульяновским губернатором. При губернаторе в области, по мнению Министерства финансов, разразилось настоящее бедствие: учителям и врачам не могли выплатить зарплату. Генерал покинул пост губернатора и вернулся на военную службу — возглавил главное управление боевой подготовки и службы войск Вооруженных сил России. В конце мая 2009 года генерал-лейтенант Шаманов был назначен командующим воздушно-десантными войсками.
