— Так что я должна делать? — тихо спросила Лекси. Сама идея потрясла ее до глубины души. Происшедшее казалось несчастным случаем. Однако это было преступление. Только теперь она поняла, сколько всего ей придется вынести, и перспектива ее ужаснула.
— Будем бороться.
— Бороться? Но ведь я села за руль пьяной.
— Это была не ваша машина, к тому же в вашей крови нашли меньше алкоголя, чем у тех двоих, — сказал Скот. — Тут не нужен особый специалист, чтобы восстановить всю картину. Вы решили, что безопаснее всего машину вести вам. Присяжные тоже, бывает, пьют. Они поймут, что такое может случиться с любым. Мне придется нанять детектива, но вы определенно заявите в суде, что невиновны. В прошлом году я защищал человека, убившего в подобной ситуации двоих, но с моей помощью его оправдали. Битва не проиграна, пока не проиграна.
Оправдали. Невиновна. Как же она сможет посмотреть в лицо Заку в суде и заявить, что невиновна? Как она сможет посмотреть в лицо любому на острове и произнести эти слова?
— Но ведь Миа мертва. Я не могу делать вид, что я не виновата.
— Тюрьма — это не выход, Лекси. Поверьте мне. — Он сложил несколько документов, запихнул их в конверт. — Вот план: выступить перед школьниками и поделиться своей историей. Я все устрою. Это произведет хорошее впечатление, если вы возьмете на себя ответственность за свои действия. Докажите обществу и СМИ, что вы способны повлиять на подростков, оставаясь на свободе. — Он печально улыбнулся. — Я знаю историю вашей жизни, Лекси. Люди не останутся равнодушными к тому, через что вам пришлось пройти.
— Вы о чем?
Он открыл папку и заглянул в нее.
— Ваша мать, Лорена Бейл, в первый раз попала под арест в восемьдесят шестом, когда вам было три месяца от роду. Вы сменили семь приемных семейств за первые четырнадцать лет жизни. Каждый раз, когда ваша мать выходила из реабилитационного центра или тюрьмы, она возвращалась за вами. Суды все время предоставляли ей шанс. — Он поднял взгляд. — У вас была тяжелая жизнь, Лекси. И вы находились с матерью, когда она умерла от передозировки.
Лекси с трудом сглотнула. К этому воспоминанию она старалась никогда не возвращаться.
— Да.
— Присяжные проникнутся к вам сочувствием. Поверьте, я о вас позабочусь. Договорились?
— Сколько вы стоите? — поинтересовалась тетя Ева.
— Я работаю один, Ева. И я не могу себе позволить заниматься этим делом на общественных началах. Не стану вам лгать. Расходы будут большие. Но я постараюсь беречь ваши деньги, где только возможно.
От этих слов Лекси стало нехорошо. Тетя и так работала по пятьдесят часов в неделю, чтобы оплачивать обычные счета. Как же она заплатит еще и адвокату?
— У меня есть накопления, — сказала Ева. — Страховка мужа.
— Нет, — сказала Лекси. — Эти деньги тебе на старость.
— Не спорь со мной, Алекса, — возразила Ева. — Это мои деньги, и я потрачу их как захочу.
Адвокат протянул через стол пару визиток.
— Если с вами свяжется полиция, или кто-нибудь из офиса прокурора, или еще какой-нибудь юрист, ни на какие вопросы не отвечайте, а просто дайте мой номер. Ничего не говорите. Повторяю это снова! Я сообщу им, что являюсь вашим представителем, и выясню, какие к вам вопросы. Если нам повезет, они не выдвинут против вас обвинения. Если нет… — Он пожал плечами.
Ева поднялась со стула, собираясь уходить.
— Благодарю вас, мистер Джейкобз.
— Обращайтесь ко мне по имени. Прошу вас. И не волнуйтесь, Лекси. Мы защитим вас от тюрьмы.
* * *
— Ты уверена, что должна пойти? — спросила Ева.
Лекси стояла у окна, глядя на улицу.
— Разве я могу не пойти на похороны моей лучшей подруги?
— Тебе придется нелегко.
— Я убила ее, — тихо произнесла Лекси. — Мне и не должно быть легко. — Она подумала, что теперь все для нее будет трудно, причем навсегда. Но это сделать нужно. Она обязана прийти туда, сгорая от стыда, и позволить своим друзьям увидеть результат пьяного вождения. А еще она должна взглянуть на Зака и его родителей в последний раз и сказать им, что и ей больно и горько.
Она ушла в ванную, присела на край ванны. Закрыла глаза и почувствовала рядом Мию. «Хочешь поехать ко мне домой после школы? Увидимся у флагштока… Она просто подошла ко мне, Madre, и спросила, нельзя ли присесть рядом… Подвинься, Зак-атака, ты притесняешь мою лучшую подругу…»
Лекси плакала, пока не выплакала всех слез. Потом набрала в легкие побольше воздуха и, медленно выдохнув, поднялась.
Чувствуя себя опустошенной и слабой, она переоделась в простые черные брюки, черные туфли без каблуков и голубой свитер из ангоры с короткими рукавами, подарок Мии.
В гостиной она увидела Еву, всю в черном, с встревоженным взглядом. Ева поглощала кофе, как делала всегда, если нервничала; это была одна из тех привычек, о которых Лекси теперь знала. Если Ева не могла закурить, а очень хотелось, она пила черный кофе, пока желание не пропадало.
— По-моему, плохая мысль. Что, если там будут репортеры?
— Рано или поздно все равно придется с ними столкнуться.
Ева с тревогой на нее взглянула, хотела что-то сказать, но потом передумала. Плотно сжав губы, чтобы не прорвались невысказанные слова, она вышла из трейлера и направилась к старенькому «форду».
Весь путь до острова они ехали молча.
Проезжая мимо школы, Лекси заметила доску объявлений. Теперь там висело: «Мемориальная служба по Мии Фарадей. Церковь Благодати. 16:00 сегодня».
На парковке перед церковью было много машин.
Ева заехала на свободное место и выключила двигатель.
Лекси вышла из машины. Сломанная рука болела, внутри все сжалось.
— Ты справишься, — сказала Ева, взяв Лекси за здоровую руку.
Внутри церкви собралось много подростков, родителей и учителей. У алтаря висела афиша. На ней Миа в костюме из «Однажды на матрасе». В расшитом бисером голубом лифе, со сценическим гримом, подчеркнувшим зеленые глаза, она выглядела сияющей и красивой молодой девушкой с блестящим будущим.
Лекси споткнулась, Ева продолжала идти.
Двигаясь по проходу, Лекси слышала, как перешептывались люди.
— …Лекси Бейл… надо же…
— …если она была лучшей подругой…
— …бедняжка…
— …какая наглость…
— Привет, Лекси, хочешь присесть сюда? Лекси!
Она оглянулась и увидела бывшую подружку Зака Аманду Мартин, сидевшую на скамье справа.
Аманда подвинулась, заставив своих родителей потесниться, освобождая место для Лекси.
Лекси села рядом с Амандой. Она взглянула в печальные глаза девушки, и они внезапно обе расплакались. В школе они не дружили, но теперь это не имело значения; вся шелуха отпала.
