полковником Ефимовым. Корнет Пикулев, офицер Воткинского дивизиона, рассказывает: «Была еще глубокая ночь, когда постовой, выставленный на запад от хаты, занятой дивизионом, обнаружил колонну, двигающуюся по большой улице в восточном направлении. (Корнет Пикулев под колонной, видимо, подразумевает группу разведчиков 2-го отряда.) Люди шли свободно. Переговаривались, пересмеивались и, видимо, совсем не подозревали о том, что им осталось всего несколько десятков саженей до встречи с конным отрядом белых. Кто бы это мог быть? Конечно, только красные, так думалось воткондивцам. Они сели уже на коней, и дивизион приготовился отходить, но уходить, не выяснив того, кто подходит, было неудобно. Отчаянный подпрапорщик Юсупов с двумя солдатами выскочил навстречу колонне. Крутясь на своем коне, он стал выкрикивать: «Кто идет? Какая часть?» Идущие насторожились, но продолжали идти вперед. На вопросы конного они давали самые неопределенные ответы и сами запрашивали: «Кто такой?» Они сами хотели выяснить, с кем имеют дело. Колонна быстро надвигалась. Открывать огонь и оказывать сопротивление было бесполезно – поздно, да и неизвестно, сколько их там идет. Кондив намеревался смотаться, но в этот момент от колонны отделились два стрелка и побежали к Юсупову. Хотя было темно, последний успел рассмотреть, что бегущие к нему офицеры – свои. Это были добровольцы 2-го отряда. Подошедшая колонна была невелика. Как выяснилось из коротких перекрестных вопросов и ответов, эта колонна вошла в деревню с юга и прошла деревню без труда, почти не встретив сопротивления. С другими частями у этой колонны связи никакой не было. Итак, воткондивцы узнали, что деревня свободна от красных.
Узнав от конных, присланных полковником Аргуновым, что части 2-го отряда уже в деревне, полковник Ефимов приказал ижевцам и воткинцам также идти в деревню и сам поехал туда же. На улице полковник Ефимов встретил цепи 2-го отряда, проходившие деревню по направлению к сопке. С красными, занимавшими сопку, завязалась перестрелка, о которой уже упоминалось выше при описании действий добровольцев 2-го отряда. Через полчаса все уже было спокойно, и части 2-го и 3-го отрядов разошлись по квартирам.
Красные с сопки ушли на север.
В «Вестнике штаба повстанческих войск» № 3 от 12 января 1922 г. приведен протокол старосты пос. Волочаевка, рисующий картину смерти А. Серикова:
«1922 г. 8 января я, староста пос. Волочаевка, Тунгусской волости, Хабаровского уезда, в присутствии моего помощника и крестьянки той же деревни Матрены Глаголевой произвели допрос об убийстве крестьянина Александра Серикова. Опрошенные посему показали нижеследующее.
Отец убитого, Иван Сериков, показал: Александр, сын мой, был в обозе одного белого повстанческого отряда 8-й роты. Вечером часов в 5 пришел домой ужинать. В это время началась стрельба, а через некоторое время заходят красноармейцы, которые настойчиво потребовали указать дорогу до Ольгохты. Сын мой отказался от этого. Когда командир батальона Отдельного Амурского полка сделал распоряжение взводному командиру дать встрепку. Сын мой, не дожидаясь этого, стал одеваться, одел тулуп и вышел из избы. Стрельба в это время прекратилась.
Труп убитого обнаружен солдатом повстанческих войск утром часов около девяти. Труп лежал за огородом на дороге сажен 50 от избы, когда нашли, труп был опознан нашего сына Александра, который сейчас поднят и перенесен в избу. Раздели, рана обнаружена через левую руку под мышку и вышла за лопаткой спины. (Личность командира 3-го батальона Отдельного Амурского полка, которого могу опознать.) Больше показать ничего не могу, в чем и расписуюсь. Иван Сериков.
Остальные члены семьи показали то же самое.
Показание и подпись свидетельствую.
Староста И. Артеменков».
В газете «Приамурский край» в № 2 от 13 января 1922 г. под заголовком «Вести с фронта» вышеприведенная история освещена так:
«ЗВЕРСТВО
В бою у Волочаевки 5 января красные ворвались в западную часть деревни и, когда их стали вытеснять белоповстанцы, они схватили местного крестьянина Александра Серикова и заставили его указывать дорогу так, чтобы уйти от повстанцев незаметно. А. Сериков сказал, что он дорог на запад, кроме идущей рядом с полотном железной дороги, не знает. „Проучи его", – сказал командир батальона Особого Амурского полка. Красные вывели неповинного крестьянина и расстреляли в 20 саженях от родного дома».
Встретив около полуночи полковника Аргунова, полковник Ефимов приказал ему преследовать противника, так как части 2-го отряда были более свежими. Цель преследования – отбросить противника в сторону Ольгохты, чтобы обеспечить ночлег белым частям в Волочаевке. Полковнику Александрову в Дежневку полковник Ефимов послал приказ присоединиться к утру 6 января к главным силам в Волочаевке. Для очистки ближайшего тыла от партизан полковник Александров должен был выделить один полк, который северным путем, через Даниловку, должен был пройти в Волочаевку.
Полковник Ефимов ночью отправил также донесение командующему, которое повез на санях один больной офицер. Это донесение было перехвачено Шевчуком, который после полуночи вновь вышел к железнодорожной линии у Образцового поля, но вскоре скрылся на север. В своем донесении полковник Ефимов говорил о всем ходе боя и выражал уверенность, что в следующий раз красные не уйдут от белых и будут разбиты. Если это донесение достигло красных командиров, то оно могло понудить их к большей осмотрительности и осторожности в ближайшем будущем и заставить прекратить операции по овладению Хабаровском до подхода сильных подкреплений.
О действиях Воткинского конного дивизиона после подхода 2-го отряда, корнет Пикулев показывает: «По главной улице деревни, совсем пустой, шел на запад Воткондив. С сопки стали обстреливать редким огнем, но из штаба имелась инструкция: оставив в покое сопку и засевших на ней красных, спешно выяснить месторасположение других красных сил. Не обращая внимания на этот огонь, почти не причинявший вреда, Воткондив осторожно продвигался вперед. Прошли уже почти всю деревню, приближались к станционному выселку, а красных все не было. Начинало сереть. Вот и станционные здания. У одного из домов стоят привязанные кони. Несколько воткинцев быстро бросаются к хате, спешиваются, влетают в избу. Она битком набита людьми. Утомленные бойцы спят лежа вповалку. Винтовки стоят у стен. Оказалось, что здесь расположились добровольцы 2-го отряда. Воткинцы встречают здесь подпрапорщика Кудрина, ранее служившего у воткинцев и позднее перешедшего к добровольцам. От него узнают, что эта часть, также потеряв всякую связь со своими соседями, вышла на эту группу домов, никого здесь не встретила и решила остановиться. Где же красные? – встает вопрос перед воткинцами».
Некоторое представление о том, что происходило на запад от Волочаевки на заре 6 января, также дает показание корнета Пикулева: «После встречи в станционном выселке с добровольцами 2-го отряда Воткондив пошел вперед, за село, в сторону водокачки. Дорога здесь скоро входит
