После сготовленного на скорую руку завтрака Конан и Маэль ушли, забрав с собой все привезенные из города веревки в крючьями и продолжая вполголоса переругиваться. Деррик и Ди Блайи остались караулить лошадей и дожидаться их возвращения.
С того времени не случилось ничего примечательного, и Блайи уже начинал подумывать, что охота на чудовищ – не больно-то увлекательное занятие. Вполне можно было остаться в городе, а потом выспросить все подробности у словоохотливого Монброна. Однако донна Агнесса наверняка заметит, что в числе людей, вызволивших ее из рук… то есть из лап ужасного змея был и он, Ди Блайи. Такое никогда не забывают и не оставляют без достойного вознаграждения… Впрочем, бард искренне беспокоился за судьбу юной и беззащитной девушки, невольно оказавшейся пленницей небывалого чудища. Баллады балладами, но лучше бы зверюгу поскорее отыскали и прикончили.
– А если они все-таки не найдут, где прячется дракон? – рискнул предположить Блайи. Деррик не ответил, и бард предпочел сменить тему разговора, мечтательно протянув:
– Я слышал, если плыть все время на полдень, встретишь какую-то сказочную землю…
– Много соленой воды – вот что ты встретишь, – буркнул Деррик. – А в ней кое-где для разнообразия воткнуты острова. Если тебе интересно – попробуй порасспросить капитана. Говорят, он забирался в те края.
Деррик оторвался от созерцания морских просторов, повернулся и сполз с камня. Бард обиженно замолчал – ему казалось, что тайны Закатного океана заслуживают более уважительного отношения.
Некоторое время Деррик бесцельно бродил вокруг потухшего костра, не обращая внимания на настойчивые попытки собаки втянуть его в игру. Блайи терпеливо ждал, подозревая, что ничем хорошим это хождение туда-сюда не кончится.
И оказался прав.
– С меня хватит! – решительно заявил Деррик, описав десятый или пятнадцатый по счету круг возле черного пятна кострища.
– Надеюсь, ты не собираешься… э-э… тоже пойти поискать дракона? – опасливо спросил Ди Блайи.
– Угу, – кивнул Деррик. – Хочешь со мной?
Блайи не хотел. Его совершенно не привлекала мысль о лазанье по ненадежным скалам, каждая из которых может оказаться прибежищем страшного огнедышащего змея. Но и оставаться в одиночестве на пустынном берегу было тоже… несколько неприятно.
– А как же лошади? – попытался увильнуть Ди Блайи. – Кому-то нужно присмотреть за ними…
– Чинкуэда отлично справится, – отмахнулся Деррик. – Да и убегать им некуда. Чин, перестань валять дурака, брось палку и иди сюда!
Блайи понял, что отвертеться от затеваемого Дерриком рискованного предприятия не удастся. Похоже, судьба решила как следует испытать его, выбрав местом своих замыслов именно этот уютный город на зингарском побережье. Что ж, если ему суждено быть съеденным драконом – против этого ничего не поделаешь.
– С чего ты вообще решил, что дракон живет именно здесь? – недовольно ворчал Блайи, плетясь вслед за Дерриком по рассыпчатому белому песку. – Сам говоришь, его и без нас отыщут…
– Он неподалеку, – убежденно сказал Деррик. – Я следил за ним, он всегда летит к этому участку побережья, а потом исчезает. Он где-то здесь… и я его найду!
– Ну хорошо, найдешь, а дальше? – Блайи зацепился носком сапога за торчащую из песка корягу и чуть не упал. Прогулка под раскаленным солнцем Побережья с каждым шагом нравилась ему все меньше и меньше. – Полезешь его убивать?
– Главное – разыскать зверюгу. Потом что-нибудь придумаем, – с этими словами Деррик взбежал на каменный откос и исчез из виду. Ди Блайи тяжело вздохнул, подумал, что путешествия до добра не доводят, и тоже начал карабкаться вверх по сыпучему склону. На полпути он оглянулся – лошадей уже давно не было видно, а цепочку их следов постепенно заливало наступающим приливом.
По приблизительным расчетам барда, они преодолели уже около трети лиги. Никаких признаков жилища дракона на глаза не попадалось, а дорога стала заметно хуже. Скалы подступали все ближе к полосе прибоя, кое-где приходилось идти по щиколотку в воде, однако Деррик не собирался останавливаться или поворачивать обратно.
Ди Блайи как раз обдумывал маленькую, но в высшей степени пламенную речь, призванную заставить Деррика образумится и перестать носиться по берегу в поисках неизвестно чего, когда до него долетел смутно знакомый звук. Бард тряхнул головой, остановился и прислушался.
Кто-то пел.
Низкий, раскатистый голос долетал откуда-то сверху – то ли со скалистых обрывов, то ли прямиком с бледно-синего неба. На миг Блайи показалось, что звучат сами утесы или в них причудливо отдается эхо прибоя. Однако Деррик тоже стоял с крайне недоуменным выражением лица, медленно поворачиваясь и пытаясь определить местонахождение неведомого певца.
«Значит, он тоже слышит, – с облегчением подумал бард. – Не померещилось. Только кому могло придти в голову петь на безлюдном берегу?»
По привычке Ди Блайи отметил, что голос у незнакомца не слишком хорошо поставленный, зато на редкость сильный. Вот он запел чуть погромче, и бард отчетливо различил каждое слово. Прозвучавший куплет заставил Блайи озадаченно поднять брови – песня была ему совершенно незнакома, да и слова были довольно необычны:
Болтая ножкой, на краю земли,Сидели вы над океанской бездной.За горизонт скрывались корабли,Срываясь в ночь, надеждой бесполезнойВ пучины моря падала звезда,Отдав весь блеск величью небосклона,Последний луч оставив навсегдаВ холодном сердце спавшего дракона…
– Вон там! – неожиданно зашипел Деррик, тыкая рукой куда-то вверх. – Видишь большую глыбу? Ну, рядом с ней еще кустик торчит? А теперь посмотри вверх и налево! Вот он где прячется, мерзавец чешуйчатый!
Ди Блайи старательно уставился в указанном направлении. Над ним поднимался почти отвесный склон, высотой не менее тридцати – тридцати пяти локтей. Затем виднелся еле выступающий из скалы карниз, на котором чудом пророс цепкий вьюнок, а далее снова тянулась наклонившаяся в сторону моря стена. Над карнизом темнело неправильной овальной формы отверстие высотой в два-три человеческих роста, прикрытое плетями вьюнка и выступами скалы.
– Это что, дракон поет? – бард попытался представить себе огромного ящера, проникновенно исполняющего чувствительную балладу, и отказался от этой мысли. С равным успехом можно было бы воображать сухопутную рыбу или стигийца, уверовавшего в Митру. Тут Блайи невольно вздрогнул: – Деррик, а Агнесса, наверное, тоже там?
– Скорее всего, – Деррик прикинул высоту скалы и с сожалением признал: – Не взобраться…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
