ее улучшить, пока жива.
Пейтон подавил желание пожать плечами. Абсолютная неподвижность заставляла процессы работать быстрее, и он мог лучше изучать их, пока они работали.
— Я не жаловался, док… на самом деле нет. Это было больше похоже на упоминание факта. Моя текущая ситуация лучше, чем моя жизнь была в течение многих лет. Теперь я в этом уверен.
— Это так? — Кира прошептала вопрос и ждала ответа.
Пейтон приказал процессору остановиться и отметить, с чего начать в следующий раз. Он подошел к кровати и сел рядом с Кирой.
— Да, док. Это не идеально, и не то, что обещали «Cyber Soldiers», но это лучше. Я много думал об этом в те дни, когда ты была без сознания.
— Как ты думаешь, другие киборги смогут думать об этом так же?
Кира знала, что это говорит ее страх, но она все еще хотела услышать, что думает Пейтон. Если они продолжат реставрацию, она вполне ожидала найти других киборгов, которые отреагируют так же, как Маршалл и Алекс. Они не будут благодарны. Они будут возмущены. Некоторые могут даже попытаться ее убить. По крайней мере, они будут ненавидеть ее за то, чего она не сделала этого раньше… даже если Пейтон чудесным образом не будет.
— Каждому придется принять собственное решение по этому вопросу, — сказал Пейтон. — Разве это не твоя конечная цель?
Кира кивнула. Пейтон всегда предлагал рациональную логику в отношении иррациональных вещей, и у этого человека была внушительная память.
— Да. Это цель, но это не облегчает принятие моей ответственности за их боль. Я никогда не собиралась изобретать способ порабощать людей, но таким оказался мой код для протезов.
— Что ж, давай посмотрим на твои действия с другой точки зрения. Если бы ты не передумала и не сделала то, что сделала для меня, несмотря на все трудности, я бы до сих пор был в программе «кибермуж» без какой-либо свободы. Ты бы предпочла, чтобы какая-нибудь другая жена прямо сейчас лежала рядом со мной, согреваясь? — спросил Пейтон.
Вопрос о том, как они оказались вместе, застал ее врасплох, но ее удивленная реакция стала настоящим шоком. Кира протянула руку, качая головой, и Пейтон, не теряя времени, потянул ее на себя. Ее губы оказались на его губах прежде, чем она смогла дать себе больше времени, чтобы проанализировать, почему она не хочет, чтобы это делала какая-либо другая женщина.
— Мне очень нравится, как ты меня целуешь. Я не хочу целовать ни одну другую женщину, док. Как насчет того, чтобы попробовать поверить в это на какое-то время? — прошептал Пейтон между вдохами.
Стон капитуляции Киры, был как для нее, так и для него. Ее рука скользнула к штанам, которые все еще были на нем. Она гладила свидетельство его желания и искала страх внутри себя. Может быть, наконец-то прошло достаточно времени, потому что она абсолютно ничего не чувствовала. А может быть, просто Пейтон не был похож ни на одного другого мужчину.
— На тебе слишком много одежды, чтобы это можно было сделать эффективно, капитан Эллиот. Я предлагаю удалить ее как можно быстрее, если ты хочешь, чтобы это произошло.
Кира быстро опустилась на подушку, а Пейтон снял с себя всю одежду. Она тяжело сглотнула, потому что ее горло сжалось от нервного ожидания. Дело было не в том, что она боялась секса с Пейтоном. Она больше боялась, что не сможет ответить достаточно, чтобы насладиться тем, что между ними происходит.
— Хорошо, я голый. Теперь твоя очередь, — приказал Пейтон, помогая ей стянуть рубашку через голову. Но он не снял ее шорты и прижал ее обнаженную грудь к своей, потому что не мог больше ждать настоящего контакта с кожей. Ранее он даже не заметил отсутствия лифчика под ее рубашкой. Не в его характере было упускать такие детали. Вероятно, ему нужно было изучить еще одну аномалию, но он будет беспокоиться об этом позже… намного позже.
Он прижал ее мягкую грудь к своим твердым мышцам, а потом вспомнил, что у Киры все еще слабое запястье. Разрыв частично зажил, но он не хотел снова причинять ей боль, заставляя опираться на больную руку. Он отпустил ее и перекатился, пока частично не оказался над ней. Ее руки тут же поднялись, чтобы исследовать его плечи. Это заставило его почувствовать себя даже крупнее, чем он сам себя воспринимал.
— У тебя было такое же тело до улучшений? — спросила Кира.
Его некибернетическая рука провела по ее мягкому животу и почувствовала, как он пульсирует под его прикосновением.
— Я был по-военному поджарым, но сильнее, чем выглядел. Меня до сих пор удивляет, что мне не нужно тренироваться, чтобы таким оставаться. Я пришел к выводу, что кибернетические импульсы воздействуют на мои мышцы так же, как и упражнения.
— На самом деле, это правда. Твой интеллект намного превосходит то, что, согласно твоим записям, было для тебя возможно. Рада, что ты так много знаешь о том, что происходит. Я вдвойне рада, что ты сделал выводы сам. Это означает, что все ученые ошибались в том, что кибернетика способна полностью контролировать человеческий разум. Я в экстазе и искренне этому рада, — прошептала Кира.
— Опять к науке, док? Посмотрим, смогу ли я отвлечь тебя чем-нибудь более интересным. — Он прижался к ее губам, просунув руку ей в пижамные шорты. Найдя аккуратные кудряшки, он провел по ним костяшками пальцев, пока Кира стонала и беспокойно ерзала.
Осторожно, чтобы не порвать материал немногой доступной им одежды, он сдернул шорты с ее бедер, пока они не сползли к коленям. Чтобы сдвинуть одежду ниже по ее ногам, потребовалась бы остановка, а он не собирался этого делать. Вместо этого он вытянул руку, на которую не опирался, чтобы обхватить ее грудь. Должно быть, он правильно надавил, потому что Кира снова застонала и сама скинула шорты.
Пейтон поднял голову.
— Скажи мне, если я делаю что-нибудь, что тебя смущает. Меня учили быть терпеливым и не торопить женщину, но мое желание быть с тобой продолжают преобладать над моей программой.
Кира поднесла руку к лицу.
— Я пробовала встречаться после того, как потеряла Алекса. Однажды я даже дошла до такого же момента, но в итоге не смогла себя преодолеть. Не думаю, что у меня будет такая проблема с тобой. Меня поражает то, что я к тебе чувствую.
Пейтон усмехнулся, ощущая ее руку, которая снова начала исследовать. На этот раз она была на животе и медленно опускалась ниже. Он улыбался в темноте.
— Даже не
