не знал, что могу сделать. В школе нам говорили: «Учитель подводит к двери, а входишь ты сам». Я дал им возможность, но не мог возвышаться за них.
Мне бы подумать о своём возвышении. Духовной силы вокруг так много, что в ней можно раствориться.
Дао — это вода.
Мои карпы гадили в воду. Я схватился за лоб. Зачем я об этом подумал?
Я пошёл вдоль берега пруда.
Ночь вступила в свои права. Круглая луна озаряла мир серебристым сиянием. В вышине мерцали россыпи звёзд.
Я вспомнил о покинутом доме. В старом мире я не видел такой огромной луны, чистой и яркой.
«Подняв голову, любуюсь полной луной над горами. Опустив голову, вспоминаю о покинутой родине[1]» — всплыли в памяти давно забытые строки.
Почему я это вспомнил? Меньше всего я хотел возвращаться обратно в пустую квартиру.
В старом мире даже луна была мелкой и серой, с пыльным, усталым лицом. Отчего на сердце вспухла тоска?
Одиночество легло на плечи ледяным одеялом.
Оторвав взгляд от луны, я уставился на чернильную воду пруда. Над водой текли лёгкие облака тумана.
Я вдруг понял, что в воде нет отраженья луны. Только звёзды.
Я любил гулять среди звёзд.
За прудом я заметил фигурки учеников. На чёрных камнях белел шёлк одежд, подсвеченный лунным сиянием. В призрачной дымке ученики казались далёкими и чужими.
Стало ещё холодней.
Я не мог дотянуться до звёзд.
Сознание спуталось. Сколько раз я бежал в темноте? Всегда один. Только один.
Небо тёмно и темна вода. Впереди — холодный свет звёзд.
Шаг. Другой.
Дао — это вода. Мой путь подобен воде — всеобъемлющий и бесконечный. Полы ханьфу тонули в туманной дымке.
Я растворился в мире. Я не шёл среди звёзд, я был звездой, и был миром, и водой, и ветром, и глубиной бездонного пруда. Сила Неба и земли вливалась в меридианы, текла мощным и ровным потоком.
Впереди раздался приглушённый возглас.
Я моргнул. Вспомнил, что у меня есть глаза. Я стоял на поверхности пруда. От сапог по воде расходились круги.
— Учитель! — восторженно пискнул Ли Ю.
Я не умел ходить по воде! Так и не научился! Вспомнив это, я рухнул в ледяную воду пруда Тысячи звёзд.
Из лёгких выбило воздух. Холод обжёг. Сердце испуганно сжалось. Ноги запутались в складках халата. Я задёргался, словно рыба, попавшая в сеть.
Взмахивая руками, я попытался всплыть. Тяжесть одежд тянула на дно.
Если я так глупо погибну, Небо будет смеяться надо мной целую вечность.
Ерунда. Такие как я не тонут.
Мой элемент — вода.
Мысль согрела. Сердце забилось ровно. Тишина и покой снизошли на меня. Я парил в темноте, ощущая под собой бездонную бездну.
Я раскинул руки, медленно погружаясь ниже. Вода — тёплая и мягкая, как колыбель. Уютный мрак не пугал больше.
Мой элемент — вода.
Во время медитаций я впитывал духовную силу. Мог ли я вобрать в себя суть элемента? Меридианы болезненно сжались, не принимая стихию.
Сосредоточившись, я выделил два духовных канала, что относились к элементу воды. Из точки «Просветлённого взгляда»[2] к точке «Достижения» протянулись голубоватые ручейки. Ян перешёл в инь, ещё немного, и круг замкнётся.
Вода вскипела, повреждая меридианы. Ослепительная боль вспышкой прошла сквозь тело. Духовная сила бесконтрольно рассеялась, закрутилась безумным потоком.
Я забарахтался в давящей толще ледяной воды. Изо рта вырвался сонм пузырьков. Я рванул вслед за ними.
Кто-то тянул меня, помогая выплыть наверх.
Вынырнув на поверхность, я задышал шумно и жадно. Холодные мокрые волосы прилипли к лицу. Отфыркиваясь, я оглянулся по сторонам.
Чжан Син вынырнул рядом со мной.
— Учитель, — маленький злодей тихо выдохнул. — Вам нужно выбираться на берег.
[1] Ли Бо, Размышления тихой ночью. Вариант художественного перевода (Стручалина Г. В.):
Передо мною лунный свет — как иней на земле.
Поднимешь голову — луна сияет в вышине,
Опустишь голову — тоска под ясною луной,
И мысли грустные придут о стороне родной.
[2] Названия акупунктурных точек приводятся с искажением. И автор всё ещё за доказательную медицину.
Глава 54
Су Сяолин яростно лупила Ли Ю.
— Разве не знаешь, что нельзя прерывать медитацию?!
Ли Ю закрывался руками и огрызался в ответ.
— Учитель не медитировал, а только шёл по воде!
Я выбрался на берег, мокрые тряпки тянули к земле. Рядом Чжан Син выжимал подол ученического халата.
Меня колотило. Бросало то в жар, то в холод. Злые мысли накатывали жгучими волнами, от них в голове стучало.
Чжан Син, маленький идиот! Зачем ты полез за мной в воду? Я почти сделал шаг вперёд. Уверен, я мог возвыситься.
Худая фигурка Чжан Сина вызвала приступ ненависти.
Спокойней. Спокойней.
Оттолкнув Су Сяолин, Ли Ю бросился передо мной на колени.
— Учитель! Простите! Этот Ли не помог! Этот Ли не умеет плавать!
Су Сяолин фыркнула.
— Хватит, — я стучал зубами, но говорил спокойно.
Изнутри распирала холодная ярость. Я аккуратно выжимал волосы. Нельзя поддаваться злости. Ци бушевала, её рваное течение отзывалось болью в теле.
Некого винить, только себя. Сначала я потерял контроль и ушёл в медитацию. А после отвлёкся на возглас Ли Ю.
Начал совершенствование, находясь под водой в пруду Тысячи звёзд.
Просто безумие.
Я сам во всём виноват. Чжан Син только хотел помочь.
Ци стала спокойней. Ярость сменилась недовольством собой.
— Вы, — я оглядел учеников. — Что с вашей духовной силой?
— Всё в порядке, учитель, — ответила за всех Су Сяолин.
Цай Тай сидел поодаль, не шевелясь. Его лицо было безмятежным, события последних минут не коснулись Цай Тая. Этот ребёнок недавно взошёл на пик Накопления ци. Неужели ему доступна глубокая медитация?
Вот с кого нужно брать пример.
Я идиот. Что если бы я навредил ученикам в их возвышении? Меня замутило.
— Сяо Ли, хватит обнюхивать камни. Помоги мне отжать халат.
— Учитель! Этот Ли виноват! — жалкая гримаса на лице Ли Ю исчезла, уступив место недоумению. — Учитель! Сейчас! Сейчас!
В руке Ли Ю показалась деревянная пластинка, обожжённая по бокам.
— Он сказал, — затараторил Ли Ю, — «он поможет высушить одежду»! Он сказал…
— Старший брат, хватит болтать, — подгоняла Су Сяолин. — Скорее ломай пластинку!
Ли Ю взял пластинку двумя руками. Я схватил за плечо Чжан Сина и дёрнул его к себе, выставив впереди. Под моей ладонью мальчишка окаменел.
Раздался сухой треск дерева.
Волна жара окутала тело. Густое облако горячего пара поднялось в воздух. Одежды стремительно сохли, кожу стянуло. Волосы отлипли от лица и шеи, стали сухими
