Он выглядел совершенно безумным, когда телепортировался прямо перед ней. Схватив её за горло, он сжал руки ровно настолько, чтобы показать серьёзность своих намерений.
Но Элли отреагировала совершенно равнодушно:
- Или, может, ты бесишься, потому что Саройя не восстала. Учитывая, что ранее они провели вместе несколько жарких минут, Элли подумала, что он жаждет провести время с Саройей, но затем отвергла эту идею. Определённо, у него не могло так стоять спустя столько времени.
Опять же, пять лет без своей подруги.
- Лотэр, почему ты так уверен, что Саройя восстанет? Обычно она этого не делает.
Особенно если ей некого убить или покалечить.
Со сдавленным проклятьем он освободил её и стянул с себя свой грязный плащ.
- Что такого страшного ты намерен обсудить с богиней? План убийства что-то ещё из списка злых дел...? - Элли запнулась, забыв, о чём говорила, и медленно опустилась на кушетку.
Сейчас она отчётливо видела его выпирающую из брюк эрекцию.
Так вот где пожар, вампир.
Наконец, перестав таращиться на его гигантский размер, она подняла взгляд вверх.
Плечи вампира были напряжены, светлые брови сведены над голодными красными глазами.
Вампиру определённо нужно провести с кем-нибудь время! А Саройи-то нет.
Неужели причина лишь в похоти? А не в убийствах и коварных планах?
Похоть как раз была в пределах её компетенции.
И она достаточно имела с ней дело во время всех её "кабинных флиртов"
А повзрослев, она узнала много нового, просто держа ушки на макушке. В конце концов, она выросла в Аппалачи.
Не говоря уж о том, что в её семье женщины позаботились научить Элли тому, как справляться с противоположным полом, поскольку раньше от мужчин зависело всё.
Она вспомнила слова своей бабушки:
- Мужчины - они как паровые котлы. Когда найдёшь подходящего, то придётся каждый день давать ему топливо для желудка, поддерживать внутри огонь и следить, чтобы он регулярно выпускал пар - а иначе он просто не будет работать.
Дьявол, поучиться бы Саройе у бабушки Пирс!
Наблюдая, как яростно Лотэр расхаживает из стороны в сторону, Элли попыталась представить, какую боль он чувствует там внизу. И во рту тоже. Он постоянно проводил по клыкам языком.
Его клыки заострились, но на моей коже нет новых отметин; его член рвётся на свободу, но моё тело по-прежнему нетронуто.
Саройя, эта тупая сука, которая успела вчера выбрать новый гардероб, проэпилировать интимные места и сделать маникюр - облекла своего вампира в на такие мучения?
А потом бросила его в компании другой женщины... женщины, которая выглядит совершенно как она?
- И если она настолько тупа, что оставила его неудовлетворённым, -
полушутливо подумала Элли, - то, может, я должна накормить его и помочь выпустить пар. И перетянуть на свою сторону.
Она замерла.
А что, если получится?
Сможет ли она завоевать его? Заставить предпочесть её Саройе?
Её глаза широко раскрылись. Если был способ избавиться от Элли, то, возможно, верно и обратное. Тогда она сможет уговорить Лотэра изгнать Саройю.
И получу своё тело и свою жизнь назад!
Вампир продолжал расхаживать по огромной комнате, достигая одной стены секунду спустя после другой. Его движения были такими же лихорадочными, как и её мысли, и впервые за много лет она поняла: Может быть... может быть мне не нужно умирать?
Если потребуется, она переспит с Лотэром. Она закроет глаза и претворится, что он - не воплощение зла, которое она ненавидит всеми фибрами души. Определённо.
Ты не была против, когда он лизал твою шею, Элли.
От этой мысли её соски вновь затвердели, но она заставила себя не замечать свою реакцию.
Сможет ли она ему отдаться? Рискуя получить повреждения?
Хлоп...
Какой у неё был выбор? Если кольцо - всё, что требовалось, чтобы избавиться от Элли, то рано или поздно Лотэр его отыщет.
Следовательно, Саройя выиграет.
Ни за что.
Я соблазню Лотэра. Стану для него незаменимой.
Однако она знала, что потребуется нечто большее, нежели просто соблазнить его тело.
Если бы я была древней и бессмертной, чего бы я хотела?
Энергии, сюрприза, возбуждения.
Элли может держать его на грани, гадающего, что будет дальше. Она завоюет и его разум тоже.
Вдвоём они выпнут Саройю под зад, а Элли получит собственные бриллианты!
Мне не нужно умирать. Моё будущее в моих руках.
Её придётся задействовать все средства в своём арсенале, все когда-либо уроки, почерпнутые ею из её "кабинных" дурачеств, из её поражений и побед.
Её сельская смекалка - против его знаний этого и всех других миров.
Моя судьба свелась к тому, чтобы заставить вампира возжелать меня сильнее, чем богиню.
Лотэр продолжал в ярости метаться. Забрезжил и кончился рассвет, с ним закончилась ночь.
А Саройя отсутствовала. Отсюда следовало, что у неё не было ни малейшего желания его видеть.
Даже после того, как он объяснил ей, что его потребности не могут ждать. Даже когда нарастающее давление внутри превратилось в боль.
Сука! Я был прав на её счёт, предвидел это.
Саройя будет выжидать месяц? Пока он будет за них воевать?
А как же преданность и согласие между ними?
Его повреждённый рассудок с трудом мог принять такую ситуацию. Ему надо было ещё вчера уложить её в постель, вместо того, чтобы покупать эту проклятую одежду!
Заревев, он треснул кулаком, разбив старинный сервиз для виски.
Никогда ещё не желал он женщину, которая не хотела его в ответ.
- Лотэр? - промурлыкала Элизабет. - Мне надо тебе что-то сказать.
- Так говори!
- Мне неловко кричать это через всю комнату, - приподняв волосы, она неторопливо завязала их в узел.
Она играла со своими шёлковыми локонами, словно зная, как это на него подействует. C прикованным к девушке взглядом он представлял, как она обнажит для него свою шею.
Обнажит в приглашении. Его член заныл сильнее.
- Скажи мне.
Она поманила пальцем:
- Будь добр, подойди.
Облизав один клык языком, он переместился, оказавшись прямо перед ней.
- Что?
Она поднялась на цыпочки. Затем положила свою нежную ручку ему на грудь, отчего он почти задрожал.
И прошептала ему на ухо:
- Лотэр, должна сказать, ты твёрдый как бревно.
Это было... неожиданно.
И снова почти что дрожь.
- Думаешь, я не заметил?
- Просто хотела тебе сказать, что и другие могут заметить.
- Посмотри туда, Элизабет, - ущипнув её за подбородок он пригнул её голову вниз. - Разве я могу думать, что такое можно не заметить?
