— Не выполняя точных директив, вы проявляете излишнюю торопливость, а сейчас конец ноября 1944 г. Наши войска освободили весь Советский Союз. — Затем продолжил: —Куда же вас направить? Все должности заняты. Партизанской войной вам заниматься уже нечего. Штабы сокращаются. Есть запрос Главного дорожного управления на опытных минеров, которые должны заниматься разминированием в тылу наших войск. Короче, наши войска ушли вперед, а в тылу осталось большое количество немецких мин. Они продолжают взрываться и наносить урон. Вот организуйте себе такую команду и идите в распоряжение начальника Главного дорожного управления.
Так поздней осенью 1944 г. Старинов получил назначение в Главное дорожное управление Красной Армии для организации разминирования дорог на территории Германии.
Это было не самое лучшее назначение, но довольно ответственное и хлопотное.
По мере освобождения советской территории от врага усилилась минная война. Гитлеровцы минировали железнодорожные пути, мосты, станционные устройства, другие железнодорожные объекты, а также устраивали завалы. На каждом шагу наших воинов, особенно восстанавливавших пути сообщения, подстерегала опасность.
Очищение от мин освобожденных железных дорог и близлежащей полосы от устроенных противником заграждений стало одной из важнейших задач советских войск.
Старинову же, кроме этого, в 1945–1946 гг. пришлось заниматься вопросами извлечения уцелевших замаскированных МЗД в условиях активного действия националистических банд. Фактически сложилась ситуация, аналогичная началу 20-х годов, когда на территории собственной страны приходилось бороться с активно действующим врагом, не исключая возможности установки националистами противопоездных или автомобильных мин. Создать сплошную оборону в зоне действия националистических банд было невозможно. Поэтому пришлось возвратиться к опробованным в 20-е годы методам. Советские саперы не только обезвреживали мины, но по ночам устанавливали мины-ловушки против националистов на подходах к станциям и водокачкам. Утром эти мины снимались или приводились путем отключения от питания в безвредное состояние.
Перед тем как Старинову было приказано лететь на 1-й Украинский фронт, его попытались назначить начальником автодорожных войск фронта, которыми командовал маршал Р. Я. Малиновский. Когда же он явился в распоряжение фронта, оказалось, что генерал Вострухов — начальник тыла, — не согласовав этого с начальством, назначил на эту же должность другого человека. Получилось нехорошо. Старинову выделили машину, и он отправился обратно в Москву, а затем на 1-й Украинский фронт.
Командующего 1-м Украинским фронтом Маршала Советского Союза Ивана Степановича Конева Илья Григорьевич знал еще с Калининского фронта. Он его узнал и поразился: «А вы все еще полковник? Вы были подполковником в 1941 г., а сейчас уже 45-й. Многие уже генералы».
Саперы Старинова приступили к разминированию железных и шоссейных дорог в полосе предстоящего наступления наших войск на Берлин.
Работа была очень трудная. Немцы устанавливали мины замедленного действия, причем мины с зарядами морских бомб. Морские мины они превращали в МЗД и устанавливали их на шоссейных дорогах, вблизи небольших мостов или виадуков, устанавливали так, чтобы их нельзя было объехать. Находить их было очень трудно. Немцы ставили их немного. Зато противотанковых и противопехотных было полно.
Всего саперами под руководством Старинова в Берлинской операции в полосе 1-го Украинского фронта с 16 апреля по 2 мая 1945 г. было обезврежено несколько десятков МЗД, более 10 тысяч противотанковых и 6 тысяч противопехотных мин.
Участвовал Илья Григорьевич в разминировании Берлина и его пригорода Потсдама.
В Германии ему довелось увидеть многое. Он видел обгоревшие трупы в бункере Гитлера, видел разрушенный союзниками Дрезден. Разрушения, произведенные союзниками, поразили Илью Григорьевича. Города были разрушены без военной надобности.
4 мая 1945 г. Старинов расписался на стене поверженного рейхстага, но до этого еще 25 апреля наши войска соединились с союзниками на реке Эльба, куда спешили минеры Старинова со своими отрядами по разминированию. На Эльбе Илье Григорьевичу довелось встретиться с американцами. Встреча была радостной.
Наконец 9 мая было объявлено днем Великой Победы. Этот момент застал Старинова в Германии.
Войска и партизаны, вошедшие в Берлин, ликовали, а минеры продолжали работы по разминированию.
В середине мая Илья Григорьевич, успешно выполнив свою миссию на 1-м Украинском фронте, вернулся в Москву.
Вместо эпилога
В июне 1945 г. началось резкое сокращение армии. Старый друг Ильи Григорьевича Павел Алексеевич Кабанов — заместитель министра путей сообщения по железнодорожным войскам — предложил ему должность начальника военной кафедры в институте путей сообщения Новосибирска, но Старинов отказался. Затем по его рекомендации в МВД ему предложили должность заместителя министра внутренних дел Молдавии. Это ему тоже не подошло.
Тогда П. А. Кабанов предложил ему должность заместителя начальника 20-го управления военно-восстановительных работ по войскам. В этой должности Илья Григорьевич проработал более года, до лета 1946 г., и занимался руководством войсками, которые производили восстановительные работы.
А восстанавливать было что. В руинах лежали сотни городов, тысячи сел, огромное количество заводов, фабрик, шахт, железных дорог. Пришлось при весьма ограниченных средствах буквально на одном энтузиазме бойцов, командиров, рабочих и служащих поднимать страну из пепла.
В июне 1946 г. Илья Григорьевич по рекомендации одного из работников Центрального штаба партизанского движения встретился с генерал-лейтенантом Григорием Григорьевичем Соколовым, бывшим начальником охраны тыла Западного фронта, с которым Илья Григорьевич был знаком еще будучи начальником службы заграждений Западного фронта в 1941 г. В то время Г. Г. Соколов занимал должность начальника Главного управления учебных заведений МВД СССР. Он предложил Старинову должность начальника кафедры тыла вновь открывавшегося Военного института МВД (позже МГБ) СССР. Старинов принял предложение с радостью, так как наконец появилась возможность заняться обобщением опыта Великой Отечественной войны и внедрением его в учебный процесс. Илья Григорьевич спросил генерала:
— А можно ли будет заняться на кафедре организацией и тактикой партизанской борьбы?
Немного подумав, генерал ответил, что этот вопрос заслуживает внимания и его надо изучить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
