В то время в Англии давным-давно была учреждена военная служба, которую проходил каждый мужчина в возрасте от шестнадцати до шестидесяти лет. Во Франции регулярной армии не было, войско состояло из рыцарей, считавших идеальным для себя храбро сражаться, но не признававших командования. Мысль о создании дисциплинированной, хорошо укомплектованной армии у них вызывала улыбку. К тому же у рыцарей была любопытная манера ведения боя. Как только соперник показывался в поле их зрения, они все одновременно устремлялись на него, и каждый норовил первым с ним сразиться. Из-за этого возникала большая давка, и часто «цвет французского рыцарства» оказывался на земле, еще даже не достигнув врага…
Короче говоря, только Филипп VI виновен в том, что французская армия была плохо подготовлена к сражению. Но, при желании, короля можно и понять. Ибо в тот момент, когда он вынужден был сосредоточить свое внимание и приложить все усилия для защиты королевства, его угнетали семейные проблемы. Жанну Бургундскую летописцы недаром называют «скверной королевой Франции».
* * *
Филипп VI женился на Жанне Бургундской, родной сестре знаменитой Маргариты. Это была женщина своевольная, злая, сварливая, безобразная, — в общем, невыносимая. О ее жестокости Фруассар откровенно написал: «Она беспощадно губила всех, к кому испытывала ненависть, а ненавидела она многих. Поэтому король влачил жалкое существование, препятствуя жене совершать различные преступления… Приведу лишь несколько знаменательных примеров. В „Нормандской летописи“ Пьер Кошон сообщает о том, что королева ненавидела по необъяснимым причинам рыцаря Роберта Бертрана, которого очень любил король. Как только он приехал в Париж, Жанна решила от него избавиться. Она написала письмо на имя прево Парижа, приказав „немедленно, безотлагательно и без специального распоряжения повесить Роберта Бертрана“.
Вечером, ложась спать, она стала потягиваться как кошка, давая понять супругу, что расположена к тому, чтобы заняться сотворением наследника. Ничего не подозревавший Филипп был с ней весьма галантен. Семь раз она возбуждала в нем половое влечение, и столько же раз король проявлял к ней свою нежность. Наконец, когда он был полностью изнурен, она бесшумно поднялась с постели, порылась в шкафу мужа, взяла королевскую печать и, наложив ее на письмо, отправила на заре свое послание прево. Последний, поддерживавший дружеские отношения с Бертраном, был очень огорчен, получив это поручение. С глазами, полными слез, он отправился к рыцарю, который удивился, увидев приятеля со столь скорбной физиономией.
— Я привез вам очень грустную весть, — объяснил прево и показал письмо. Прочитав его, Бертран на мгновение оторопел.
— Я уверяю вас, — сказал он наконец, — меня не в чем упрекнуть. Прошу, будьте так любезны, прежде чем вести меня на казнь, отведите к королю, я хочу, по крайней мере. знать, за что меня хотят повесить.
Через полчаса они прибыли в Лувр и Филипп их очень радушно принял.
— Что вам нужно от меня в столь ранний час, друг Бертран? — удивленно спросил он.
Вместо ответа рыцарь протянул письмо, полученное прево. Филипп побледнел:
— Это ошибка, за которую виновный будет наказан. Сразу догадавшись, кто был автором этой подлости, он ворвался к королеве и сильно ее избил.
Этот случай, впрочем, не послужил уроком для Жанны: через некоторое время она попыталась избавиться от другого друга короля, епископа Бове, но тоже плохо продумала свои действия.
Когда прелат гостил у Филиппа, королева обратилась к нему с такими словами:
— Милости просим к нам. Для начала я приказала растопить для вас баню.
Епископ прекрасно знал об отношении к себе Жанны и с подозрением отнесся к этому предложению. Он разыскал старшего сына короля и поделился своими опасениями.
— Мы поступим просто, — ответил ему молодой принц Иоанн, — я сейчас пойду купаться вместе с вами, и мы посмотрим, что она придумала.
Потом он попросил, чтобы растопили баню и для него. Когда все было готово, взволнованная королева стада прохаживаться недалеко от бань.
В это время принц специально очень громко сказал. епископу Бове:
— Святой отец, я вам предлагаю поменяться. Вы идите в баню, растопленную для меня, а я пойду в вашу.
Услышав эти слова, королева в испуге подскочила к сыну, не давая ему войти в баню для епископа.
— Что случилось? — спросил принц Иоанн. — Неужели эта баня опасна?
И в то время как королева, сраженная таким вопросом наповал, искала подходящий ответ, он схватил собаку, которая всегда следовала за королевой, и бросил ее в шайку, приготовленную для прелата. Животное взвыло от боли и через несколько секунд в страшных конвульсиях скончалось.
Королева скрылась в своей спальне. Но король, который тотчас узнал обо всем, ворвался к ней и так отлупил, что в течение нескольких недель она не могла покинуть свою комнату.
Вполне понятно, что в таких условиях Филипп не мог спокойно и серьезно подготовиться к битве с англичанами. Именно поэтому французский флот был полностью уничтожен в Эклюзе, когда верный своему слову Эдуард III вторично высадился во Франции в день Святого Иоанна.
Именно поэтому наше рыцарство потерпело жестокое поражение несколькими годами позже в Креси.
Во время этого сражения английская пехота, вооруженная легкими скорострельными луками, показала свое превосходство над французскими пехотинцами, сгибавшимися под тяжестью громоздких арбалетов. Пока солдаты Филиппа снимали с себя эту тяжесть, солдаты Эдуарда III успевали выпустить в них по семь стрел. Кроме того, английский король, судя по словам Фруассара, в помощь лучникам выставил «бомбардов», которые маленькими ядрами не только пугали, но и истребляли коней, а их выстрелы производили такой шум и грохот, что казалось, это Бог выражает свое несогласие этой людской бойне. Первое применение артиллерии очень напугало наших солдат, сильно отстававших в области вооружения…
Через два года после сокрушительного поражения под Креси глубокое несчастье потрясло королевский двор Франции: у Иоанна, старшего сына короля, умерла жена, нежная и очаровательная Бонна де Люксембург. Немедленно Филипп стал искать новую супругу для сына и остановил свой выбор на Бланке Наваррской, чья красота очаровывала всех европейских принцев. Добившись согласия на брак, он направил за молодой девушкой своих послов. Она уже ехала в Париж, где ее с нетерпением ожидал принц Иоанн, когда от бубонной чумы скоропостижно скончалась Жанна Бургундская. Даже не пробив для приличия слезу, Филипп поспешно похоронил эту сварливую, надоевшую супругу и стал ожидать прибытия будущей снохи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
