пор цену устанавливает покупатель? — Я скрестил руки на груди, глядя ему в глаза. — Ты хотел получить всё это? Пожалуйста. Сто миллионов и я согласен. Думаю, что на такие деньги, я смогу, как ты выразился, «пожить в своё удовольствие».
— Безмозглый щенок! Совсем страх потерял? — рявкнул он. — Или, думаешь, что ты бессмертный? Стоит мне только...
— Что? — спокойно спросил я. — Стоит, что? Если бы эти ребята внизу пришли сюда сейчас за моей головой, то напали бы ещё там, на улице. А вместо этого, я сейчас сижу здесь и треплю тебе нервы.
Встав с кресла, я подошел к нему.
— Ты решил, что можешь купить меня? Хорошо, твоё право. Может быть, ты действительно сможешь это сделать. Но за ту сумму, какую хочу я, а не ту, которую готов заплатить ты. Сто миллионов, дядя.
Господи, как же его корёжит. Аж вены на шее вздулись. Это фигня. У меня только что возник очень любопытный вопрос, но об этом чуть позже.
— Так, что? По рукам? — я даже ладонь ему протянул.
— Что же сразу не двести, — не удержался и съязвил он.
— Ну, на ваше благо, слава богу, что я не такой жадный, — улыбнулся я.
— Мне надо подумать, — через пару секунд процедил он.
— Ну, тогда мой номер ты знаешь. А если не знаешь, то... в общем, твои проблемы, дядя. А теперь... — я указал на дверь кабинета. — Пошёл вон из моего дома.
***
Хлопки автомобильных дверей. Рокот мощных моторов. Николай бы точно оценил. Собравшиеся внизу мордовороты уселись в свои машины и двинулись прочь от усадьбы. Блин, катаются так, словно тут проходной двор какой-то. У меня даже охраны нормальной нет! Вообще не дело.
Естественно, что «дядя» Дмитрий уселся в машину вместе с тем шкафом. Отсюда возникает вопрос номер один. Кто именно финансирует моего несчастного родственника?
Вопрос номер два — почему меня хотели убить той ночью в порту? Теперь, очевидно, становится ясно, что Дмитрий к этому делу не причастен. Или нет?
Не, будь это они, то, как я и сказал, эти мордовороты меня попытались бы прямо сейчас с пробега снять. Но, вместо этого попрыгали в машины и уехали.
А, всё почему? Правильно. Потому что просто так сделать они этого не могли. После того случая в порту я проконсультировался у нашего дорогого юриста касательно вопроса... внезапной смертности.
Да, тёрки между аристократами возможны. Более того, наша семья сама пострадала от одной такой. Другое дело, что Империя тщательно следила за подобными конфликтами. А, знаете, кто именно будет участвовать в разбирательстве если один молодой и наглый барон совершенно неожиданно склеит лапки?
Правильно. Имперская Служба Безопасности.
Как я уже сказал, хотели бы они меня грохнуть... нет. Не так. Если бы они не боялись тех проблем, которые могут последовать за моей возможной смертью, то пробовали бы сделать это прямо здесь. А, что? Место отдалённое. Уединенное. Всегда смогут придумать что-то вроде «пошёл на прогулку, по пути упал с лестницы и сломал себе шею». Ну или что-то подобное.
Только вот расследования в таком случае всё равно не избежать. А его, судя по всему, они не хотят. Иначе не предлагали бы деньги...я застонал от собственной тупости. Ну почему я раньше об этом не подумал! Ведь на поверхности же лежало!
Взяв телефон, я быстро нашёл в нём номер Ахмета. Чёрт, знаю, что поздно, но ответ хочу знать прямо сейчас.
Ждать гудков в трубке пришлось почти две минуты, прежде чем на том конце наконец ответили.
— Владислав, ты хоть знаешь, какой сейчас час?!
— Да, прости за это, но у меня вопрос. Точнее, два вопроса.
— Эх, ладно. Слушаю тебя, мой мальчик.
— Кто такие Варницкие?
В трубке повисло молчание.
— А, почему ты спрашиваешь?
— Ко мне только что заявился Дмитрий вместе с бойцами из гвардии Варницккого. Там даже его начальник гвардии был.
— Что?
— Да. Предлагал мне десять миллионов за то, чтобы я передал ему титул и всё имущество рода...
— И? — голос в телефоне прозвучал неуверенно, словно мой собеседник и правда не знал, что именно я выбрал.
— Сказал, что за сто лямов подумаю.
О, кажется, он там поперхнулся.
— Вряд ли твой дядя обрадовался такому повороту разговора.
— Ещё бы. Мы всего за пару минут скакнули от десяти миллионов до ста. Его чуть удар не хватил. Но, меня интересует не это. Что там с Варницкими?
— Довольно богаты и влиятельны. Это всё, что я могу сказать тебе вкратце. И очень, очень злопамятны и опасны. Это, если ты спросишь моё мнение.
— Ну, чего-то такого я и ожидал.
— Если хочешь, то можешь заехать ко мне завтра... то есть, уже сегодня. Я постараюсь собрать побольше информации.
— Да, я и так собирался. Ладно, второй вопрос. При смерти имперского аристократа, не важно, по какой причине, расследованием занимается ИСБ, так?
— Да, Владислав. Даже если это произошло во время законной, скажем так, войны, за происходящим всё равно будут наблюдать люди из ИСБ. Для того, чтобы возможные разногласия не причини вреда интересам самой Империи.
— И в случае с отцом они также провели расследование его смерти, — задал я следующий вопрос.
Ахмет ответил не сразу.
— Теперь ты понимаешь мою осторожность? — вопросом на вопрос ответил он.
— Да. Понимаю. Я хотел бы поговорить с тем врачом, про которого ты мне рассказывал. Сможешь устроить встречу.
— Думаю, что да. Но зачем тебе это?
— Просто сделай это, пожалуйста. Ладно, спасибо тебе за то, что ответил. Я заеду завтра.
Повесив трубку, я ещё пару минут постоял на балконе и думал думы важные.
Это, как же так вышло, что какой-то сторонний врач нашёл следы отравления, а могучая Имперская Служба Безопасности нет?
Глава 17
Нет, с усадьбой реально надо что-то делать. Хожу по пустому дому и едва ли призраков не шарахаюсь...
Вру, конечно. Их тут нет. А если
