Поднос с едва тронутыми блюдами стоял на тумбочке с книгами. Брайд мерила шагами комнату, а в то время как в зале проходило Слушание, на котором обсуждалось, как с ней должны поступить.
Становилось страшнее с каждой минутой.
Вдруг она почувствовала какое-то движение сзади. Брайд развернулась и оказалась перед мужчиной, похожим на Вэйна. У него были такие же темные с множеством оттенков волосы, зеленые глаза и до жути знакомое лицо. Он был чисто выбрит, волосы носил более длинными, чем у Вэйна, а одежда состояла из кожи, древней кольчуги и лат. Как и у Брайани, за его спиной висел меч.
Мужчина следил за ней в манере, определенно напоминавшей дикое животное, разглядывающее свою добычу.
– Кто вы? – спросила она его.
Он промолчал, и, подойдя поближе, взял ее руку и посмотрел на помеченную ладонь. В его глазах засверкала ненависть.
Не успела она и глазом моргнуть, как обнаружила себя перенесенной из ее комнаты в центр зала, где ее встретила самая разгневанная толпа людей на планете. Она почувствовала себя раскаленной головешкой в гнезде гадюк.
Когда она появилась, их громкие голоса возросли десятикратно.
– Дэр! – раздался громкий окрик старика. – Зачем ты перенес ее сюда?
Двойник Вэйна бросил злобный взгляд на Брайд.
– Я требую timoria ее избранному.
По толпе пронесся одобрительный гул.
– Нет! – заявила Брайани, прокладывая себе дорогу через толпу по направлению к ним.
– В чем дело, мама? – спросил Дэр, повернувшись к ней. – Твои чувства к тварям, которые охотятся на нас, изменились?
– Ты отлично знаешь, что нет.
– Тогда позволь нам вернуть им то, что они дали нам.
Брайани вытянула свой меч на сына:
– Я приняла присягу Стража защищать…
– Шлюху катагари? – перебил ее Дэр. Он толкнул Брайд к Брайани. – Она воняет ими. Я заявляю, что мы уладим это раз и навсегда.
Послышался возглас одобрения.
Брайд затрясло от ужаса.
– Отец? – обратилась Брайани к старику. – Правильный ли это путь?
Прежде чем повернуться к дочери, старик некоторое время оглядывал толпу.
– Ты должна была посоветоваться со мной, прежде чем приводить ее сюда, Брайани. Ты ищешь зашиты для наших врагов, хотя среди нас нет ни одной семьи, которая не была разлучена катагарийцами. Боги Олимпа, посмотри, что сделали они нашей собственной семье. Я потерял твою мать, лишившуюся рассудка из-за них, и всех своих детей, за исключением тебя. Ты с трудом вырвалась из их тисков, и то только потому, что смогла убежать. А теперь ты просишь о милосердии для одной из них? Они и тебя сделали безумной, дочь?
Он наградил Брайд менее чем сочувствующим взглядом.
– Мы поставим timoria на голосование. Кто среди вас говорит «да»?
Ответный рев был настолько громок, что Брайд закрыла уши.
– Кто говорит «нет»?
– Я говорю, – громко сказала Брайани, но ее голос в толпе был единственным.
Старик схватил свой посох и глубоко вздохнул.
– Значит, решено. Подготовьте эту смертную к timoria.
У Брайд было плохое чувство, что timoria не была чем-то хорошим, особенно, когда вперед вышли три женщины, чтобы утащить ее прочь.
– Что происходит? – спросила она схватившую ее женщину. – Что такое timoria?
– Мне очень жаль, Брайд, – сказала Брайани, прежде чем отвернуться. – Пожалуйста, прости меня.
Простить ее за что?
– Извините? – истерично вскрикнула Брайд, пытаясь вырваться из женских рук. Но бесполезно. – Пожалуйста, скажите мне, какого черта здесь творится?
Самая высокая из женщин с рычанием повернулась к ней.
– Для связанной с катагари существует только одно наказание. Ты будешь отдана свободным мужчинам нашего клана.
– Как это – отдана?
Ей все объяснило выражение лица женщины. Они намеревались изнасиловать ее.
Брайд закричала и изо всех сил начала бороться с ними.
Когда Вэйн прибыл в древнюю Британию, ему потребовалась минута, чтобы определить свое месторасположение. Путешествие во времени всегда дезориентировало его. Для временного прыжка требуется много эенргии.
К тому же, теперь он должен быть осторожен. Если попробовать прозондировать местонахождение Брайд, эти сигналы могут перехватить мать или ее люди. Не то, чтобы он боялся их. Но ему не хотелось вступать в войну без армии.
В этом временном периоде правила устанавливал народ его матери. Его дед – regis[33] одного из наиболее могущественных волчьих кланов, и говорили, что достойный старый предок убил катагарийцев больше, чем любой другой Страж за всю историю.
Припав к земле, Вэйн глубоко вздохнул, закончив изучать деревню по ту сторону изгороди. Они будут ждать его.
Пожалуй.
Вэйн услышал в лесу позади него какой-то шелест. Поворачиваясь, он ожидал увидеть дикое животное, или одного из людей матери.
Но нет.
Это был Фьюри.
Если Вэйн обнаружил бы прямо перед собой мать, то был бы менее ошеломлен. По крайней мере, это он понял бы. Присутствие Фьюри не объяснялось ничем.
Волк мгновенно принял человеческий облик, и во всей своей наготе с открытым ртом в ужасе уставился на Вэйна. Тот быстро отвел взгляд.
– Какого черта ты здесь делаешь? – спросили они друг друга одновременно.
– Набрось на меня какую-нибудь одежду, – раздраженно проворчал Фьюри, прикрываясь руками.
Не прошло и секунды, как Вэйн в качестве одолжения быстро одел волка в черные джинсы и футболку.
– Зачем ты здесь, Фьюри?
Тот проговорил сквозь зубы:
– Я делаю то, что, как я и говорил тебе, собирался сделать. Я увожу тессеру от тебя и Брайд, только вот ты здесь, а они – там. – Фьюри недовольно указал на возвышенность невдалеке. Ты должен находиться в Новом Орлеане, идиот, а не в Британии.
Вэйн нахмурился, не доверяя Фьюри.
– Почему ты привел тессеру сюда?
Фьюри одарил его мрачным взглядом:
– Потому что это самый легкий, известный мне способ разом уничтожить их всех. Я не могу сделать этого один, и подумал, что Брайани кончит, кромсая одну из тессер Маркуса на мелкие кусочки.
Вэйн был поражен, чувствуя к Фьюри еще большее недоверие, чем раньше.
– Ты знаешь о Брайани?
Фьюри закатил глаза.
– Да, знаю. Она с радостью проткнула меня и бросила умирать несколько веков назад. Хочешь посмотреть шрамы?
Вэйн уловил запах Стефана, приближавшегося к ним.
Фьюри схватил его за руку и потащил в лесок.
– Слушай, мы здесь в серьезной опасности. Аркадиане страшно ненавидят нас.
– Знаю.
– Нет, не знаешь, – тон Фьюри был весьма серьезен. – Ты действительно не знаешь, как много они готовы отдать за то, чтобы съесть нас обоих на завтрак. Мы должны вытащить тебя отсюда.
