Я хочу домой! Мамочка, пожалуйста! Отвезите нас домой! - Сэди плакала.
Хотя это разбило ей сердце, Молли не ответила им прямо. Она просто продолжала говорить.
Исаак задавался вопросом, слышит ли она вообще, о чём они говорят? Если она не отвечала им напрямую, он знал, что всё, что говорила его мать, должно быть, было важным.
Исаак приложил палец к губам и посмотрел на сестру.
- Ш-ш-ш! Просто послушай секунду, - сказал Исаак.
- Слушайте внимательно, эти брусья смазаны. Посмотрите внимательно, какие они блестящие. Не пытайтесь свисать с них и перепрыгивать, вы сразу соскользнёте. Посмотрите, сможете ли вы забраться на них сверху и… и, может быть, вместо этого вы сможете перелезть через них. Но что бы вы ни делали, не хватайтесь за брусья…
Динамик, транслирующий голос Молли, отключился.
- Они всё ещё живы, - прошептал Исаак.
Вздох облегчения вырвался у Исаака, когда он крепко сжал сестру. В тот момент он чувствовал себя эгоистом. С тех пор, как они вышли на игровую площадку, всё было настолько хаотично, что он не уделял времени размышлениям о своих родителях и их благополучии. Внезапно эта мысль потрясла его до глубины души, как удар в автокатастрофе. Его родители, как и Сэм, могли уже быть мертвы.
- Мама! - Сэди плакала.
Ответа не последовало.
- Я хочу к мамочке!
Снова поднялась новая волна слёз.
Исаак посмотрел в слезящиеся глаза сестры.
- Мы найдём способ вернуться к ней, обещаю.
- Почему она пропала?
Этот вопрос также озадачил Исаака. Но горе и страх в голосе его матери не звучали многообещающе.
- Я не знаю, но я уверен, что они пытаются вернуться к нам, так же, как мы пытаемся вернуться к ним.
Исаак дал сестре обещание, но сможет ли он сдержать его, будет вне его контроля. Но какое, чёрт возьми, это имеет значение? Так или иначе, они все были в ловушке. Не то чтобы Сэди могла его укорить за это, если они окажутся мёртвыми. Для Исаака это было ещё бóльшим маслом в огонь, обещанием бóльшей потенциальной энергии и мотивации.
Си-Джей подошёл к Бобби и осмотрел разноцветные брусья. Он заметил, что на всех них были нанесены толстые капли полупрозрачной смазки.
- Твоя мама права, все эти штуки скользкие, - сказал Си-Джей.
- Дерьмо, - ответил Исаак.
Таня снова встала рядом с Си-Джеем.
- Тогда она права. Нам нужно будет перебраться по ним сверху, - сказала Таня.
- Чёрт! - крикнул Бобби.
- Что? - спросил Си-Джей.
- Я самый большой, мне будет тяжело.
- Мы разберёмся, не волнуйся. Мы никого не оставим позади.
Лёгкое объявление Си-Джея, когда он произносил слово "мы", было тонким способом показать брату ошибочность его пути.
Бобби был готов оставить кого угодно, но теперь он искал товарищей, которые могли бы поднять его тяжёлую задницу на вершину конструкции. Тем не менее, он стиснул зубы, раздражённый тем, что ему вообще приходилось от кого-то зависеть.
- Но поскольку мы с тобой самые большие, нам придётся сначала всех поднять. Тогда я смогу добраться до вершины и сам помочь тебе подняться.
- Я должен подняться последним?! Ни хрена!
- Ну, а как ещё ты это сделаешь, Эйнштейн?
Бобби на мгновение задумался. Искривлённые, неуклюжие колёса, вращавшиеся в его большой голове, вскоре могли стать его погибелью.
- Хорошо, - сказал он.
Си-Джей снова обрёл улыбку. Он знал, что его брат не был рад поступить правильно, но, по крайней мере, он согласился это сделать. Это было примерно всё, о чём он мог просить.
Си-Джей кивнул головой в сторону Бобби.
- Вот это настрой.
СОВЕСТЬ ИЛИ СОВПАДЕНИЕ?
- Откуда эта маленькая шлюха узнала, что мы смазали брусья?! Я знаю, что она ещё довольно молода, но её зрение не может быть чертовски хорошим, не так ли?! - Джеральдин взревела.
- Эти брусья уж очень блестящие, - ответил Фукс.
Он прищурился на монитор и сравнительно легко увидел мерцание. Фукс наблюдал, как Бобби и Си-Джей сначала подняли Таню на перекладину, а затем перешли к Донни.
- Но она была чертовски уверена в этом. Это удивляет…
- Что именно удивляет, миледи?
- Вы не думаете… нет, он бы не…
- Что такое?
- Вы же не думаете, что Рок мог бы рассказать им какие-либо подробности, имеющие отношение к детской площадке?
- Он повиновался вам с тех пор, как вы привели его в свой дом. Я в этом очень сомневаюсь.
- Есть ли способ получить звук из шпионской комнаты?
- Боюсь, что нет. Мы можем слышать только то, что передаётся через громкоговорители на детской площадке. Здесь будет историческая запись криков и плачей, которую вы можете посмотреть для удобства в будущем, но у нас нет возможности слушать их вживую.
- Чёрт возьми!
Она прищурилась на Фукса. Не было ничего на свете, что Джеральдин ненавидела больше, чем когда ей говорили "нет".
- По крайней мере, один из них должен был умереть здесь! Я не хочу, чтобы слишком многие из них дошли до конца! Это просто лишает всего удовольствия!
- Мне кажется, вы недооцениваете остальную часть игровой площадки. Нам повезёт, если хоть один останется.
- Я могу согласиться с одним или двумя, но что-то бóльшее - это провал. И мы просто не можем смириться с такими неудачами. Не сегодня.
- Понял. Сегодня будет день триумфа, - согласился Фукс.
Он снова перевёл взгляд на монитор и панель управления перед ним.
Джеральдин наблюдала за детьми на мониторе. Хотя она и не была рада видеть, что все они благополучно переправились, был один человек, которому она была благодарна.
Таня уже спустилась в безопасное место на другом конце брусьев. Она продолжала скрупулёзно изучать её в течение всего дня, и по мере осмотра её впечатление только становилось всё сильнее.
Девочка сыграла роль винтика в выживании группы. То, как она продолжала разрабатывать стратегии и дёргать за ниточки своих сверстников, само по себе было зрелищем.
Вид девочки подавил её гнев и заменил его смутным чувством, казавшимся чуждым. Ткань, покрывавшая её вагинальную область, стала намокшей, пока она размышляла о будущем своей потенциальной новой игрушки. Непристойные мысли о том, что она могла бы сделать с такой блестящей перспективой, заставили её руку соскользнуть вниз по переду платья.
Рассматривая изображение Тани, Джеральдин осторожно потрогала свою старческую "киску" подточенным ногтем.
Обычно желание не проявлялось с такой силой. Если бы не разочарование вроде Рока, или статичное царство фантазий вроде зеркального зала, особого смысла в этом не было. Эти средства привели её только к определённому результату.
Но Таня могла быть другой.
К концу дня она выяснит, есть ли смысл в её невыразимых предчувствиях.
Джеральдин убрала руку с платья и потянулась
