— Проклятый фломастер! Он у меня из головы не выходит, — сказал Смилов. — Кто бы мог подумать…
— Сопоставление фактов — высшая математика нашей профессии, капитан. Если помнишь, при первом посещении дачи ты осмотрел сумочку вдовы. Среди прочих безделушек там был и фломастер. Но позже, когда понадобилось записать мой телефон, Даракчиева им не воспользовалась, фломастером-то, а попросила твою авторучку. Тогда я не обратил на этот факт особенного внимания. Затем, когда мы были у нее на квартире, фломастер опять был в сумочке, и снова повторилась та же сцена: я устраиваю примитивный трюк с записью наших мыслей — и вдова опять пренебрегает фломастером. Да, она хранила яд буквально у нас под носом.
— Зачем? — быстро спросил Смилов.
— Возможно, для нового убийства. Или чтобы покончить с собой, как ты сегодня убедился. Она все рассчитала наперед, тонко, хладнокровно. Мы встретились с выдающимся психологом, Любак. Представь, сколько надо коварства и мужества, чтобы в присутствии Даргова заявить мне, что он, Даргов, знает, кто убийца. Теоретически она взяла на себя огромный риск. Но только теоретически. Потому что чувствовала: Даргов не выдаст ее. Даргов, который намеревался возродить консорциум, знал, что консорциум без Даракчиевой и ее заграничных родственников — ничто. Следовательно, он не отрубит сук, на котором сидит, не лишит себя курицы, несущей золотые яйца. И все-таки дамские нервы не выдержали: она похитила пузырек у Паликарова, насыпала туда цианистого калия и подкинула Средкову.
— Вот я и спрашиваю себя в который раз: ну разве место тебе здесь, товарищ Смилов? — улыбаясь, сказал капитан. — Мудрый начальник ответит на любой вопрос по такому запутанному делу, а ты красней, как подмастерье…
Геренский сел в кресло, посмотрел в окно, на серп месяца, и сказал серьезно:
— Увы, не на все вопросы. Одна загадка останется навсегда нерешенной, будь на нашем месте хоть сам Шерлок Холмс…
— Какая еще загадка? — изумился Смилов.
— Загадка, унесенная в могилу Дарговым. Зачем он в тот день бродил возле дачи?
Смилов помолчал, потом хитро прищурился и ответил:
— Я пока еще, конечно, не Шерлок Холмс, но эта загадка — так себе, пустячок.
— А ну выкладывай! — скомандовал Геренский.
— Пока вы были в Варне, я тоже не дремал. И обнаружил в спальне Даргова тайник. А там — несколько сот фотографий, на которых запечатлены Беба и Даракчиев. В разных местах Софии и пригорода. В разное время года. В разных, порою недвусмысленных, ситуациях. Даргов был фотоманьяк. Он вел тщательное фотодосье на свою красавицу жену, потому что любил ее безумно. И стал жертвой этой любви, разделив с Даракчиевым горькую седьмую чашу.
ДЖЕНТЛЬМЕН
Пролог
Я был участником этой истории. В таком случае вроде бы полагается рассказывать от первого лица. Но я от этого воздержусь. Нет, не из скромности и даже не из-за нежелания предстать в ореоле героя. Просто удобнее излагать такие истории от третьего лица, логически (и хронологически) размещая в рассказе факты и обстоятельства, о которых мне довелось узнать позднее, из других источников. Как в кинофильме: каждый предпочитает видеть то, о чем действующие лица могли бы поведать и сами, своими словами. Да и несправедливо приписывать себе заслуги многих моих коллег. Времена Шерлока Холмса давно миновали, сегодня в милиции торжествует коллективизм. (Впрочем, отсюда вовсе не следует, что роль личности в нашем деле умалилась!) Как бы то ни было, никогда не вредно взглянуть на себя со стороны.
7 октября, понедельникНа утреннем докладе, когда совещание уже закончилось, полковник Цветанов задержал старшего инспектора и протянул ему лист бумаги.
— Взгляни-ка. И займись этим… пока не подкину задачку посерьезней.
Так начался первый рабочий день майора Траяна Бурского после возвращения из отпуска. Начался с бумаги, подписанной некоей Верджинией. Собственно, только это и привлекло его внимание: почему Верджиния, а не Виргиния, например?
Весь документ целиком он прочитал уже в своем кабинете.
«Товарищу Начальнику МВД — Здесь
Заявление
от Верджинии Христовой Кандиларовой, проживающей: город София, микрорайон «Младост-V», блок 505, подъезд Е, этаж 5, квартира 13.
Товарищ Начальник,
исчез мой муж! Он отдыхал по путевке в санатории шахтеров на курорте «Милина вода» и должен был вернуться не позже 30 сентября, а его до сих пор нет. Это заставляет меня тревожиться. Прошу начать розыск и найти его. Убедительно Вас прошу!
С уважением — Верджиния Кандиларова.
P. S. Моего мужа зовут Петко Христов Кандиларов».
Странно, с чего бы это на него, на старшего инспектора, шеф возложил такую пустяковую задачу? Впрочем, беря листок бумаги из рук полковника, Траян заметил на обычно невозмутимой физиономии Цветанова выражение лукавства… И потом, что за нелепица: «Начальнику МВД»! Начальник же, долго не раздумывая, начертал зеленым фломастером в левом верхнем углу: «Майору Бурскому — к исполнению».
Один звонок в санаторий — и дельце с плеч долой.
Но именно вслед за звонком и посыпались неожиданности.
Директора, как и следовало ожидать, на месте не было. А секретарша директора, которая, судя по ее амбициям, вершила все санаторские дела, отказалась дать необходимые сведения. «Приезжайте к нам сами, по телефону справок не даем! — отрезала она и, пока Траян приходил в себя, добавила: — Избави бог от любопытных, я вам не справочное бюро». В конце концов, после строгих увещеваний с его стороны, она соблаговолила сообщить, что никакой такой Кандиларов вообще у них не появлялся. Обиженная, она в отместку так долго наводила справки, что Бурский даже начал отчаиваться.
Не появлялся! Что бы это могло означать? Прежде всего то, что Кандиларов, поди знай почему, не явился с путевкой на курорт «Милина вода». Такое бывает, когда, например, есть возможность провести время поинтереснее, чем возле минеральных источников. Но тогда, дабы прикрыть свою авантюру, надо хоть возвратиться домой вовремя, день в день, как указано в путевке.
А внимательно ли просмотрела списки мстительная секретарша? Может, проще самому махнуть на курорт да проверить? Нет, вряд ли игра стоит свеч. Четыре дня прошло после подачи заявления, и кто поручится, что Петко Кандиларов уже не блаженствует со своей законной супругой? Не станет же она подавать заявление, что муженек нашелся.
Бурский раскрыл телефонный справочник. Кандиларовых насчитывалось два десятка, но ни Петко, ни Верджинии там не значилось.
Пришлось опять вернуться к заявлению. Странная формулировка — «Начальнику МВД». Да София, если исключить самого министра, полна «начальников МВД». Странно и то, что дикую эту бумагу занесло в их отдел. Едва ли мадам Верджиния обрадуется, когда узнает, чем именно занимается этот отдел.
Поначалу насторожило, что заявительница не указала имени мужа. Однако Бурский сразу же отмел это подозрение: она свыклась с этим именем, формальностей не знает, а затем все-таки написала в постскриптуме. Но вот как расценивать «убедительно Вас прошу»? Его вроде бы уговаривают исполнить свой долг!..
В это время появился заместитель Бурского, капитан Шатев. Кивнул, даже не спросив насчет проведенного отпуска, и придвинул телефон к себе. Но прежде чем набирать номер, посмотрел на своего озадаченного начальника.
— В чем дело? Отчего такой понурый? Бурский пожал плечами.
— Что-нибудь серьезное? Пришлось ему рассказать.
— Ну, если только этот пустяк тебя мучит — подключи меня. Давай я сварганю кофе, и пока ты будешь им наслаждаться, я свяжусь с кем надо на курорте.
Через два часа с курорта «Милина вода» позвонил старший лейтенант Левков и доложил, что побывал в шахтерском санатории и лично проверил списки отдыхающих. Разыскиваемый гражданин — Петко Христов Кандиларов — в этом году там не отдыхал вообще. Ни в смене с 16 сентября, ни в предыдущие. Левков даже перестарался, он явно жаждал потрафить столичному начальству.
— Каковы дальнейшие указания? — спросил Шатев.
— Да-а… — Бурский задумался. — Это не одно и то же — искать пропавшего три дня назад или три недели.
— Чего раздумывать, нужно немедленно посетить мадам Кандиларову. — Шатев размахивал ее заявлением. — Мы же действуем наугад, вслепую. Ищем человека, не зная о нем ничего. Ни примет, ни даже места работы.
— С чего начинать, во всех учебниках написано. Но вот закавыка: у Кандиларовых нет домашнего телефона. А вызывать ее повесткой, сам понимаешь, не стоит, да и сколько времени еще пройдет. И без того уже потеряно двадцать дней. В нашем распоряжении только адрес заявительницы.
