— В крысу! — Клэри не верила своим ушам. — Ты ведь не имеешь в виду...
— Я имею в виду именно крысу, — сказала Изабель. — Маленькая, коричневая, с мерзким хвостом.
— Конклаву такие фокусы не понравятся, — с сомнением в голосе произнес Алек. — Превращение примитивных в крыс наверняка противозаконно.
— С технической точки зрения Изабель не превращала Саймона в крысу, — заметил Джейс. — Самое худшее, в чем ее можно обвинить, — это невнимательность.
— При чем тут ваши законы?! — вскричала Клэри, хватая Изабель за руку. — Мой лучший друг стал крысой!
— Ай! — Изабель попыталась вырваться. — Пусти!
— И не подумаю, пока не скажешь, где Саймон! — Клэри еле сдерживалась, чтобы не врезать Изабель. — Как ты могла бросить Саймона одного? Он наверняка в панике...
— Если, конечно, на него никто не наступил, — вставил Джейс.
— Я не бросала Саймона. Он юркнул под барную стойку, — оправдывалась Изабель. — Да пусти же наконец! Ты сейчас мне браслет помнешь!
— Гадина! — выплюнула ей в лицо Клэри.
Она не стала дожидаться реакции Изабель и понеслась к бару, упала на колени и уставилась в темноту под стойкой. Там виднелись смутные очертания крысиной мордочки: прижатые к голове круглые ушки и острый носик. Она усилием воли подавила отвращение — Клэри терпеть не могла крыс. Жаль, что Саймон не превратился в хомячка.
— Это я, — медленно произнесла она. — Ты в порядке?
Подошли остальные.
— Ну что? Он там? — полюбопытствовал Джейс.
Клэри кивнула.
— Тс-с-с... не пугай его. — Просунув руку под барную стойку, она поманила крысу. — Саймон, выходи! Пожалуйста! Мы попросим Магнуса расколдовать тебя!
Из-под стойки высунулся розовый крысиный нос. Со вздохом облегчения Клэри схватила крысу на руки:
— Саймон! Ты понял меня!
С грустным попискиванием крыса завозилась у нее в ладонях. Клэри с нежностью прижала ее к груди.
— Бедняжка! — ласково приговаривала она, словно обращалась к домашнему любимцу. — Все будет хорошо. Я обещаю...
— Чего ты его жалеешь? По-моему, Саймон впервые в жизни оказался так близко от девичьей груди, — ехидно заметил Джейс.
— Заткнись! — взбесилась Клэри. Однако крысу от груди все же отстранила. Усики Саймона задрожали — то ли от злости, то ли от страха. — Тащи сюда Магнуса! Надо вернуть Саймону человеческий облик.
— Давай не будем торопиться. — Джейс не скрывал ухмылки. Он потянулся к крысе, будто хотел погладить ее. — Ему так очень идет. Только взгляни на его розовый носик!
Саймон оскалил длинные желтые зубки. Джейс убрал руку:
— Изабель, сходи за нашим «великолепным» хозяином.
— А почему я? — удивилась Изабель.
— Потому, что примитивный стал крысой из-за тебя, идиотка! — взревел Джейс. Клэри неприятно удивило, что никто из них, кроме Изабель, не называл Саймона по имени. — Нельзя его здесь бросать.
— Ты бы оставил его без зазрения совести, если бы не она — Изабель вложила в последнее слово столько яда, что им запросто можно было бы убить слона, и удалилась, покачивая бедрами.
— Неужели Изабель позволила тебе выпить тот голубой коктейль? — обратилась Клэри к Саймону-крысе. — Теперь понял, что нельзя быть таким беспечным?
Саймон раздраженно пискнул.
Позади Клэри послышался смешок. Через плечо ей заглядывал Магнус. Рядом с ним стояла Изабель с перекошенным от злости лицом.
— Rattus norvegicus, то есть крыса бурая обыкновенная, — произнес Магнус.
— Мне неинтересно, как называется этот вид крыс, — огрызнулась Клэри. — Я требую, чтобы его расколдовали.
Магнус задумчиво почесал голову.
— Нет смысла, — наконец изрек он.
— Я же говорил, — радостно сказал Джейс.
— НЕТ СМЫСЛА?! — заорала Клэри. Саймон от страха забился под ее большой палец. — Это почему же?
— Потому что через несколько часов он превратится в человека сам по себе, — ответил Магнус. — У коктейлей временный эффект, поэтому нет смысла мучить его трансформационным заклятием. Слишком много магии примитивным противопоказано: их организм не приспособлен к таким нагрузкам.
— К пребыванию в виде крысы организм Саймона тоже не приспособлен! — парировала Клэри. — Вы маг, так снимите с него заклятие.
Магнус задумался.
— Нет, — ответил он.
— То есть вы просто не хотите?
— Я не работаю даром, а мои расценки тебе не по карману, дорогуша.
— Не повезу же я его в метро, в самом деле! — заныла Клэри. — Я его уроню, или меня загребут в полицию за провоз животных, распространяющих заразу. — Саймон возмущенно пискнул. — Нет-нет, Саймон, к тебе это не относится.
В этот момент возле двери начался скандал. Сначала что-то возмущенно выкрикивала одна девушка, потом к ней присоединились еще шестеро или семеро гостей. Их раздраженные голоса перекрыли гул вечеринки и звуки музыки. Магнус закатил глаза.
— Прошу прощения, — извинился он и тут же исчез в толпе.
Изабель, раскачиваясь на каблуках, шумно выдохнула:
— Помог, называется!
— А знаешь, — вмешался Алек, — крысу можно нести в рюкзаке.
Идея была неплоха: одежда Клэри не подразумевала никаких карманов.
Клэри сбросила рюкзак с плеча. Между свернутым свитером и блокнотом для рисования как раз нашлось уютное место для бурой крысы. Саймон свернулся калачиком на кошельке и укоризненно посмотрел на девушку.
— Прости, — с грустью проговорила Клэри.
— Да что ты заладила: «прости» да «прости»? — возмутился Джейс. — Почему примитивные все время просят прощения за то, чего не делали? Просто загадка! Ты ведь не заставляла его пить этот идиотский коктейль!
— Саймон попал сюда только из-за меня, — тихо сказала Клэри.
— Не льсти себе: он пришел сюда ради Изабель.
Клэри рывком застегнула рюкзак:
— Пора уходить. Меня уже тошнит от этой вечеринки.
Оказалось, что у входной двери скандалили вампиры — их отличали особая бледность кожи и мертвенный оттенок темных волос. Они громко возмущались по поводу изуродованных мотоциклов, а также из-за пропажи некоторых своих друзей.
— Скорее всего, напились и валяются где-нибудь в невменяемом состоянии, — произнес Магнус со скучающим видом. — Сами прекрасно знаете: стоит перебрать «Кровавой Мэри», как начинаешь превращаться в летучую мышь или кучку пыли.
— Там, кроме водки, настоящая кровь, — шепнул Джейс.
Клэри вздрогнула, почувствовав его дыхание у своего уха:
— Спасибо, я догадалась.
— Не можем же мы собирать всю пыль в доме на случай, если утром она превратится в Грегора! — возмущалась девушка с угрюмо опущенными уголками рта и подведенными бровями.
