— Нет, не летяги, а планирующие белки, — поправил его фон Свиттер.
— Да какая разница?
— Планирующая белка, Сергий — очень редкий зверек. Почти вымерший, — охотно пустился в объяснения Иван. — И получила она свое название от того, что все всегда планировала заранее. А высоты она вообще боялась.
— А чего же она тогда вымершая, раз она такая предусмотрительная?
— Геопод считает, что этот вид погубил разрыв сердца.
— ?!
— Да, абсолютно правильно, мои юные друзья — мир полон неожиданностей, и маленькое сердечко нежного зверька, рассчитавшего все заранее, не выдерживало, когда что-то нарушало его планы, — подтвердил виконт и, остановившись, указал на двери красного дерева, инкрустированные бирюзой:
— Вот мы и пришли. Его величество Шарлемань Семнадцатый изволит вас принять в бирюзовом зале сию же минуту. Прошу ваше высочество и вашу светлость пожаловать, — и лакеи распахнули тяжелые створки.
— Страна дальтоников, — пробормотал князь Ярославский, переступая порог.
Малиново-бирюзовое многообразие дерева, камня, ткани, ковров, витражей и канделябров било по глазам. С особой изощренностью. Иногда даже ногами.
У противоположной стены небольшого зала (если бы мини-футбол уже изобрели, лукоморцам было бы с чем сравнивать) на троне угадайте какого цвета восседал Шарлемань. По правую руку от него стоял кардинал Маджента, елейно улыбаясь и пряча руки в рукава балахона одноименного цвета. По левую демонстративно чистил ногти загорелый молодой человек с щегольскими черными усиками, одетый с такой потрясающей безвкусицей, что вполне мог бы быть самим кронпринцем. В нишах за гобеленами охранники с пиками делали вид, что их там нет.
Серый безукоризненно исполнил па придворного приветствия. Изобразил смесь камаринской с лезгинкой и Иван.
— Дозвольте приветствовать ваше королевское величество, пожелать вам доброго утра и сообщить, что свою часть нашего уговора мы выполнили, и четыре мешка золота прибыли ко двору вместе с нами, — церемонно проговорил царевич, одновременно пытаясь незаметно помассировать сведенную
судорогой от непривычного упражнения ногу.
Шарлемань сделал знак рукой, и слуги развязали мешки, один за другим, и высыпали деньги прямо на ковер. Матово-желтое пятно явилось приятным разнообразием в общем цветовом решении помещения.
Кардинал охотно вынул руки из рукавов, быстро подошел к желтой горе и загреб несколько пригоршней монет.
— Чистое золото, ваше величество, — развел он руками. При этом несколько крон нечаянно провалились прямо в его широченные рукава, но Маджента, будучи, наверное, человеком всецело посвященным религии и поэтому рассеянным, по-видимому, даже этого не заметил.
— Юные друзья мои, — пророкотал король. — Вы пришли в назначенный день и, видит Памфамир-Памфалон, ваши деньги пойдут на благое дело — защиту мирной страны от вероломного агрессора. Хороша ложка к обедне, как гласит ваша поговорка. Ха-ха-ха. Вы свое обещание выполнили. Что ж, свою часть уговора я также не премину исполнить. Рори, — обратился он к смазливому юноше, — принеси сюда жар-птицу.
Кронпринц оторвался от своего увлекательного занятия, небрежно сунул пилочку в карман и вяло щелкнул пальцами:
— Эй!
Мгновенно подскочили два лакея и застыли в поклонах. Не обращая более на них никакого внимания, Рори подошел к одной из огромных панелей за спиной у отца и нажал сверху вниз на голову хищно оскалившегося бирюзового льва с глазами из красного дерева. Панель со вздохом отъехала в сторону, и в бордово-бирюзовую пыльную муть ворвался ослепительный солнечный свет, запах листвы и земли после дождя и голоса птиц.
Это были знаменитые висячие сады Мюхенвальда.
Предводительствуемые принцем, лакеи скрылись из глаз, но ненадолго. Через минуту они вернулись, неся вдвоем просторную золотую (забудем злые языки) клетку, изукрашенную драгоценными (мы же договорились — забудем!) камнями. А в клетке…
Через несколько минут лукоморцы пришли в себя, но отсвет неземной красоты* [*хотя на некоторых планетах стандарты прекрасного таковы, что все-таки с такими выражениями лучше было бы поостеречься. Во избежание необратимых сдвигов в психике. — сноска] все еще играл в их расширившихся восторженных глазах.
— Ты-то чего пялишься, ты же до этого ее уже видел, — украдкой сердито шепнул смущенный Волк царевичу.
— Красота-то какая… — блажено улыбаясь во весь рот, отозвался Иван.
— Красота. У кота, — сочинил стихотворение Серый. — Давай, откланиваться пора. Дома мамка с пирогами ждет.
— Она не любит пироги, она любит пель… Кхм, — замотал головой покрасневший Иванушка и стушевался.
— Приятно было с вами познакомиться, — раскланялся перед Шарлеманем Волк. — Ваша замечательная страна произвела на нас неизгладимое впечатление. Мы провели здесь незабываемое время, увидев и узнав так много нового, интересного и необычного, что принцу Ивану-царевичу, наверное, на целые мумеары хватит. Мы надеемся, что когда-нибудь мы вернемся сюда. Не смеем больше задерживать ваше величество и отвлекать вас от важных государственных дел.
— Империя зла — полюбишь и козла, — чуть не прослезился от речи князя Ярославского король. — Мальчики мои, Иван, Рори — подойдите друг к другу — пожмите друг другу руки в знак вечной дружбы. Вот на таком уровне и завязываются в зародыше прочные международные контакты интернациональной дипломатии. Рори — кронпринц, и принц Иван — старший…
— Младший, — подсказал кардинал.
— А. Кхм. Да. Ну все равно — пожмите друг другу руки — и нам действительно пора.
Не отрываясь от подпиливания своих ухоженных ногтей, кронпринц походя проигнорировал Волка и снисходительно протянул руку только помрачневшему Ивану.
— Прощайте, — выдавил набычившийся царевич.
— Прощайте, — издевательски повторил Рори, и с высокомерной ухмылкой впервые соблаговолил поднять на лукоморца глаза.
Их взгляды встретились — и вся гамма эмоций от узнавания до изумления, негодования, гнева и неприкрытой мстительной радости промелькнула на лицах обоих принцев в одно короткое мгновение.
— Так это был ты!!! — выдохнули они в один голос.
— Что случилось? — вторил им дуэт Шарлемань-Серый.
— Отец — это тот самый мерзавец, который напал на меня и моих друзей полторы недели назад! Он не принц! Он — подлый разбойник и грабитель! Стража!!!
— Но сын мой! Это еще ни о чем не значит! Может, ты оши… — не подумавши, начал было король, но внезапно его посетило озарение в лице кардинала и шепнуло, что если бы эти гости оказались и в самом
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
