— У нас есть все права, и вам это прекрасно известно, — прищурился первый. — Полагаю, вам ни к чему отягощать свое положение сопротивлением сотрудникам Управления, не так ли?
— Хорошо, — сквозь зубы выдохнул Ринн, разжимая пальцы, но тут уже я сама вцепилась в него:
— Нет! Что происходит?!
— Леди, вам лучше отпустить своего спутника и вернуться в университет, — посоветовал мне один из «серых».
— Санни, все в порядке. Иди к себе, — поддержал его Риннар. — Ни о чем не волнуйся, уверен, что это недоразумение скоро разрешится.
— Нет! — упрямо повторила я, и не думая подчиняться.
Меня начинало трясти от острого осознания, что стоит лишь мне его отпустить, как непременно случится что-нибудь плохое. Очень плохое, чему я уже не сумею помешать.
— Леди, — устало вздохнул «серый», — мне бы не хотелось задерживать вас за препятствование нашей работе. Возьмите себя в руки, если не желаете провести эту ночь в камере.
— Санни, прошу! — Риннар оторвал-таки меня от себя и умоляюще посмотрел в глаза. — Не нужно, так будет только хуже. Завтра я вернусь, обещаю.
— Ты не выполняешь обещания, — в отчаянии прошептала я.
— Для этого сделаю исключение, — беззаботно подмигнул он и, воспользовавшись моей растерянностью, шагнул к мужчинам. — Иди к себе, золотко, и не вздумай волноваться, я разберусь.
Не волноваться? Да я дышать не могла от ужаса! Меня словно парализовало, пока я смотрела, как он садится в карету, как следом в черном ее нутре исчезают «серые» мужчины, как кучер понуждает лошадей тронуться… И лишь когда карета скрылась за пеленой взметнувшейся метели, я наконец-то обрела возможность двигаться и дышать.
— Ринн!.. — прошелестела я непослушными губами, понимая, что случилось страшное.
Сердце билось как сумасшедшее от нарастающей паники. Что могло понадобиться серым «теням» Управления правопорядка от Риннара? За что могли задержать наследника древнего рода?
Лишь за одно.
Задохнувшись, я подобрала полы пальто и кинулась в университет.
Время позднее, да еще и преддверие выходных. Куда бежать, к кому обратиться? Мало кто из преподавателей остается здесь на выходные дни, а декан Росслин, который без раздумий бросился бы на выручку своему студенту, и вовсе на выездной практике.
Ко всему прочему двери главного корпуса оказались заперты, что и неудивительно: занятия давным-давно закончились, а кто по доброй воле будет проводить вечер пятницы за работой? Я в отчаянии подергала за ручку и даже стукнула пару раз кулаком по створке. И что мне теперь делать?! Бежать в преподавательское общежитие и требовать помощи?
А и побегу!
Но не успела я отойти от двери, как по моим ногам мазнул призрачный хвост.
— Мррр? — вопросительно прищурилась прозрачная кошка.
Кошка. Она снова кошка! И превращаться в человека по-прежнему не желает… Ну хорошо, может, все равно поможет.
— Леди Геллея! Мне нужен кто-нибудь из преподавателей. Срочно нужен! — сложив руки в молитвенном жесте, попросила я. — Пожалуйста, помогите!
Кошка мотнула головой и исчезла, будто растворившись в метели, оставляя меня гадать, услышана моя просьба или же нет. Я не была уверена, что леди-кошку волнуют чьи-то проблемы, что она не утратила разум, как того опасалась. Помявшись на крыльце с десяток минут, я потеряла терпение и решила все же взять ситуацию в свои руки, но не сделала даже нескольких шагов, как в очерченном светом фонаря круге появился мэтр Вилгош в наспех застегнутой куртке. На его плечах, воинственно выгнув спину, восседала леди Геллея.
— Что случилось?! — с ходу спросил некромант, заметив меня.
— Ринн! — выдохнула я. — Его забрали. Сказали, что из Управления, ничего не объяснили, а я ничего не сумела сделать…
Я вновь задохнулась и беспомощно посмотрела на мрачнеющего с каждым мгновением мэтра.
— Мы должны ему помочь! — справившись с дыханием, выпалила я. — Сейчас же, пока не поздно!
Меня уже вовсю трясло, и мир перед глазами плыл и туманился.
— Так, Санни, успокойся. Успокойся, слышишь? — Некромант сжал мои плечи и хорошенько тряхнул, приводя в чувство. Я судорожно вздохнула и кивнула. — Вот и славно. Сейчас нет никакого смысла идти в Управление, нас все равно никто не пустит и даже слушать не станет. Завтра с утра — другое дело.
— Но вы же его преподаватель!
— Риннар совершеннолетний и по закону не нуждается ни в чьей опеке. Возьми себя в руки, пожалуйста. Послушай, никто в здравом уме не причинит вреда наследнику рода. Ему предоставят возможность связаться с защитником, а он у Шариденов такой, что за малейшее нарушение закона съест любого и не подавится. Санни, что бы ни случилось, Ринн в безопасности. Завтра я пойду туда…
— Я с вами, — взмолилась я, страшась, что мэтр запретит, но он лишь вздохнул и продолжил:
— Мы пойдем туда. С самого утра. А сейчас успокойся и иди к себе. Постарайся уснуть, не выдумывай лишнего. Хорошо?
Я кивнула. Доводы некроманта были просты и разумны, и они с трудом, но пробивались сквозь кокон паники. Я и сама понимала, что ломиться в двери Управления правопорядка на ночь глядя — глупейшая затея из возможных. В лучшем случае до нас просто не снизойдут. В худшем же упекут в камеру за нарушение спокойствия и установленных правил.
Леди-кошка, тревожно мяукнув, прыгнула с плеча мэтра прямо мне в руки. Несмотря на призрачность, она имела вес и плотность, и я перехватила ее поудобнее, прижимая к себе и пытаясь унять нервную дрожь.
До общежития я дошла в сопровождении некроманта, который, кажется, не особо поверил моим обещаниям вести себя благоразумно. Поручив меня заботам согласно мурлыкнувшей леди Геллеи, мэтр Вилгош ушел, а я побрела в комнату, жалея, что Ритта уехала домой. Мне придется коротать ночь в полном одиночестве — не считать же кошку полноценной заменой подруге! — и сходить с ума от неизвестности и волнения. Некромант настаивал, чтобы я поспала, но разве я могла уснуть, когда не знала, что с Ринном?
Не знала… Но могу узнать!
Под пристальным синим взором я села на кровать, прикрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь расслабиться. Но на сей раз прогнать хоровод жалящих мыслей не вышло, и даже верный веник оказался бессилен. Я никак не могла сосредоточиться, что уж говорить об отрешении от эмоций. Меня колотило от страха, и возникающие перед глазами образы лишь подпитывали его.
Рано я радовалась своим успехам — в по-настоящему серьезной ситуации от них оказалось ничтожно мало пользы.
Я свернулась клубком и тихо заплакала, обняв встревоженно мурлыкающую леди-кошку, да так и заснула, утомленная тревогой, бессилием и невозможностью что-либо изменить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
