— Не останавливайтесь, — попросила она.
— Я никогда не остановлюсь, — сказал он, поднял ее на руки и быстро положил на кровать.
Лизи, близкая к развязке, посмотрела на его искаженное желанием лицо. Не в силах себя сдерживать, она обхватила его голову и притянула к себе, ища его губы своими губами. Он испустил резкий, отрывистый звук. Лизи было все равно, она хотела ощутить Тайрела на вкус. Разочарованная его замешательством, она укусила его и снова поцеловала.
— О нет! — в небрежном удивлении проговорил он, оторвался от ее губ, прижал свое бедро к ее животу — это движение позволило ей заметить степень его возбуждения.
Он разорвал ее платье пополам и улыбнулся ей.
Лизи застыла, пораженная.
Его глаза потемнели, от брови потекла тонкая струйка пота. Он сжал грудь и начал ее мягко, без спешки гладить, хотя его челюсть дрожала, а виски пульсировали.
— Ты напоминаешь мне Венеру Боттичелли, — прошептал он, — и очень скоро я окажусь внутри тебя.
Их взгляды встретились. Ощущая на себе его руки, она попросила, как просила раньше:
— Поторопитесь, милорд, поторопитесь, поторопитесь сейчас, пока не поздно!
Он наклонился поцеловать ее, его язык глубоко проник в ее рот.
Разгоряченная Лизи изогнулась, тщетно попыталась прикоснуться к нему. Она заплакала от отчаяния и желания.
— Моя милая, — прошептал он, поднимая ее нижние юбки.
Она не видела, что он делает, но всхлипнула:
— Да поторопитесь же!
Он стал быстро ласкать ее ладонью.
Лизи широко раскрыла глаза, и их взгляды встретились.
Его лицо выражало дикое удовлетворение. Но Лизи больше не видела его — ее возбуждение стремительно нарастало. Наконец напряжение ушло, и Лизи почувствовала, словно взрывается, и закричала, потому что ее стремительно куда-то уносило.
Когда Лизи наконец вернулась на землю, она, тяжело дыша, лежала на огромной кровати с балдахином, которая ей не принадлежала, ее платье было разорвано пополам, юбки задраны до талии, а Тайрел расстегивал рубашку; его лицо напряглось от желания и страсти.
Лизи пришлось закрыть глаза; она все еще была не в состоянии восстановить ровное дыхание.
— Ты всегда такая или это только для меня? — сухо поинтересовался он.
Она не поняла, что он имеет в виду.
— Прошу прощения?..
— Ты слышала меня! — воскликнул он и припал к ее рту, глубоко просунув язык.
Поцелуй был таким долгим, что у Лизи снова закружилась голова от желания. Он навис над ней и небрежно сказал:
— Я знал, что так будет.
Лизи не могла понять его — не сейчас, не при таких обстоятельствах.
Он наклонил голову, но на этот раз не поцеловал ее.
— Я буду целовать каждый дюйм твоего тела, Элизабет. Я не собираюсь торопиться. Я возьму все, что хочу. А то, что я хочу от тебя взамен, достаточно просто, — твердо произнес он. — Я хочу всю страсть, что у тебя есть, а потом еще, чтобы больше никому — включая отца Нэда — ничего не досталось.
До нее с трудом доходило сказанное: его бедра были между ее, и в ней пульсировало новое желание. Она просто смотрела на него, думая, сколько раз он может доставить ей удовольствие, если займется с ней любовью так, как описал.
— Да, — только и удалось сказать ей.
Его глаза заблестели.
— Итак, ты наконец-то согласилась со мной, — довольный, сказал он.
И он в этот момент был так похож на Нэда!
Лизи словно окатили холодной водой. Она попыталась сесть.
— Я еще не закончил с тобой, — предупредил он, не давая ей встать.
— Ваша матушка придет в любой момент! Вы хотите, чтобы она застала нас врасплох? Есть же вечер, милорд!
Его рот сжался, он сжал ее плечи, чтобы она не могла двигаться. Тело Лизи предало ее, взрываясь возбуждением. Он мог с легкостью сделать с ней то, что хотел; она была в таком уязвимом положении. Казалось, он угадал ее мысли, поскольку его глаза потемнели.
— Мы хорошо подходим друг другу, ты и я, — пробормотал он. — И я невероятно искушен.
Лизи готова была упасть в обморок. Внезапно все потеряло смысл, кроме любви.
Раздался стук в дверь гостиной.
Тайрел среагировал быстрее, чем Лизи смогла услышать стук, спрыгнув с кровати и застегивая рубашку, почти одновременно. Он поднял сюртук, который валялся на полу, повернулся и хмуро сказал:
— Я порвал твое платье.
Лизи села, опустив юбки и пытаясь стянуть вместе части корсета, встревоженная.
— Это графиня с Нэдом! Что мне делать?
— Я скажу ей, что ты отдыхаешь, — быстро произнес Тайрел. — Я уже отправил слугу в Рейвен-Холл за твоими вещами, но тебе придется подождать здесь, пока не привезут твои чемоданы, прежде чем у тебя будет подходящее платье.
— На это могут уйти часы, — прошептала Лизи. — Что, если графиня позовет меня вниз?
— Я попрошу, чтобы тебя не беспокоили, — успокоил он, окинув ее вожделеющим взглядом.
Лизи отвела взгляд, вспомнив все и подумав о том, что они сделали, что он, по его словам, скоро сделает. Она почувствовала тянущую пустоту внутри, она так сильно, до боли его хотела!
— Я куплю тебе новое платье, — произнес Тайрел и помедлил.
Лизи посмотрела на него:
— Милорд?
— Я сделал тебе больно? — резко спросил он.
Лизи была удивлена.
— Нет. Вы… — Она замолчала, краснея, вновь опустила глаза, понимая, что улыбается, и прошептала: — Было очень приятно, в самом деле.
— Я приду к тебе сегодня ночью.
Тайрел кивнул ей и вышел, закрыв за собой дверь.
Все еще стягивая свой разорванный корсет, Лизи позволила себе улыбнуться. Ее охватило ликование.
Теперь Тайрел де Уоренн ее любовник. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Глава 13
Первые впечатления
— Мисс Фицджеральд, я не знаю, следует ли нам быть здесь, — сказала Рози.
Ее лицо побледнело, и веснушки ярче проступали на коже.
Было нелегко найти кухню, занимавшую целое крыло дома и спрятанную в пыльной его части. Лизи, Нэд и Рози остановились у входа в большую комнату. Лизи поразил размер кухни. Она стояла перед четырьмя главными отсеками, где персонал готовил тщательно обдуманное блюдо. В одном отсеке было две большие и четыре маленькие духовки, у смежной стены стояло четыре плиты. Под окнами, из которых были видны амбары и конюшни, а также холмы с овцами и коровами, расположилось полдюжины раковин. С потолков свисали кастрюли и сковородки, а также пучки всевозможных трав. Лизи с унынием поняла, что найти валериану будет не просто.
Внезапно разговор, оживленный и эмоциональный, стал стихать. Лизи поняла, что их заметили и повернулась к ним.
