заблокировать выходы и окна, кроме тяжёлой бронедвери для машин. А вход сделать подземными коммуникациями из Гаража.
Неплохо получится, но вот вопрос денег опять становится если не остро, то близко к тому. Две глобальные… Ну глобальные в текущих условиях, скажем так, стройки истощили мои финансы до смешного минимума. И это не дело. Да и трофейные машины, если разобраться, барахло. А если подумать, надо бы для моей мастерской полноценный броневичок.
Танк для Нижнего излишне экстравагантно, нежные нервы местных обитателей будут чрезмерно травмированы. А вот не самый большой броневик, с вместительным багажным отделением, нужен.
Додумать я опять не успел: в дверь зашёл Хром со списком. Поблагодарив парня кивком, я пробежал взглядом список и задумался уже над ним.
— О чём думаешь, Марк? — вдруг раздалось от Косого, который так и сидел в уголочке и мучился от скуки.
— О броневике, — не стал скрывать я.
— О, броневик — это круто! — решительно заявил Косой. — Но даже у тебя, Марк, на него денег не хватит, — уверенно заявил он. — Броневик дохренища стоит.
— Даже? — хмыкнул я.
— Ну так ты у нас в банде самый богатый выходишь, — рассудительно стал выдавать Косой. — Дом Медного переделал. Вон, сейчас — Гараж. Это дохренища денег! Но броневик — дороже. Наверное… — неуверенно протянул он.
— А зачем броневик покупать?
— Эй, Марк, если угнать — так если у людей есть броневик — они серьёзные люди. И придут за броневик спросить, так что можем не отмахаться! Не надо красть броневик!
— И не собирался. Зачем покупать, если можно его собрать? — пожал я плечами.
— Хах… — не слишком уверенно издал смешок Косой. — Марк, ты, конечно, рукастый и до хрена всего делаешь. Но броневик…
— Смотри, — сорвал я брезент с одного недавнего трофея от сборщиков.
— Ого, охренеть! — вытаращился и даже вскочил Косой. — Какой пулемёт! Никогда такого не видел!
— Потому что это не пулемёт. У него снаряды на сантиметр больше любого, самого мощного пулемёта, — уточнил я, разглядывая спаренное скорострельное орудие.
— Пушка выходит⁈
— Да, — подтвердил я. — Как раз на броневик.
Вообще орудие было спаренным. И даже скорострельным… в теории. Три тысячи снарядов двадцать пять на сто пятьдесят миллиметров в минуту. Из которых оно могло послать максимум десять. Электроники у приращенной пушки не было совсем, механика без управления предполагала ручное перезаряжание, да и система подачи снарядов была разбита.
Но, при этом, даже в текущих условиях, я смог сделать кустарную систему, а спусковые механизмы были в порядке. И пусть для авиационно-корабельной пушки десять выстрелов в минуту смешно. Но для броневичка в Нижнем — вполне себе пристойная огневая мощь.
Всё же против механизированных доспехов и авиации надо не воевать, а драпать. Если у тебя нет механизированных доспехов и авиации, конечно.
А против машин, дробовиков, и даже зданий, по крайней мере, тех, что есть в Нижнем — пушки «Клешня» более, чем хватит. Даже с малой скорострельностью, что и достоинство: снаряды, вообще-то, дорогущие. И снайперская стрельбы «Клешнёй» предпочтительнее заливания противника потоком рублей.
— Кстати, Косой, — отвлёкся я от рассуждения о пушке. — Позови Хрома. Он мне, помнится, клялся, что пушку на Свалке не найти, — хмыкнул я.
— Косяк? — аж передёрнул плечами Косой.
— Ну так, скорее, ошибка. Что подчас ещё хуже, — ответил я.
— Понял.
— Погоди, позови Лёню из новеньких.
— Этого пацана?
— Он не младше тебя.
— Но выглядит, как пацан!
— Ну, тут ты прав, — признал я — субтильный паренёк действительно выглядел мальчишкой, если не приглядываться. — В общем, Лёню тоже позови.
— А он тоже врал, что пушку не достать?
— Наоборот. Он и нашёл собирателей с этой пушкой.
— Так ему премия положена?
— Ну да, — кивнул я.
— А что за премия? Охренительный ствол?
— Увидишь, Косой. Зови уже.
— Иду, — вздохнул парень, направляясь из мастерской.
Через пять минут в мастерской был не только Лёня, но и Хром. А также несколько парней из моих: как и ожидалось, Косой про премию растрепал. Впрочем, косяком это не было: хранить тайну я указаний не давал.
А на рабочем столе лежало несколько стволов, несколько планшетов, ноутбук и… деньги. Просто пачка пятирублёвых купюр, тридцать штук.
От парней в дверном проёме послышались восхищённые и, частично, завистливые вопли. Что и неудивительно: я выставил в качестве премии лучшие стволы, что смог привести в боеспособное состояние.
А я их положил не просто так: мне было интересно, правильно ли я понял Лёню, как человека.
— Марк, я могу взять одну вещь со стола? — прикусив губу, уточнил парень.
— Да, — кивнул я.
— Ствол бери! Дробовик! — послышались выкрики.
Которые Лёня проигнорировал, прибрав к рукам купюры и благодарно мне кивнув. Как и ожидалось, впрочем гудение и бурчание парней в стиле «ой, дебил!» прилагалось.
Так что я решил парню немного помочь: точнее, поможет он сам себе, но отвечая мне — это одно. А «оправдываясь» — совсем другое.
— Уверен, Лёня? — уточнил я.
— Уверен, — решительно кивнул парень. — Домашние хоть пожрут нормально, да и вообще получше будет.
Чем не только подтвердил мои мысли, но и избавил себя от возможной, если не травли, то шпыняния парней. Потому как после его слов народ призадумался, и больше оскорблений не звучало.
Даже те, кто из состоятельных, по меркам Нижнего, семей, даже сироты — и те понимали, что и ради чего Лёня сделал. После чего народ рассосался, я только и успел сказать:
— А тебя, Хром, я попрошу остаться!
— Марк! А чё такое? — задержался парень.
— Брезент подними, — указал я на «Клешню».
— Э-э-э… а это не пулемёт, Марк? — с надеждой взглянул на меня Хром, после того, как взглянул на пушку.
— Не-а, — аргументированно убедил его.
— Вот хренотень то… За мной косяк? — вздохнул он.
— Не слишком большой, — признал я. — Притащишь от собирателей что-то полезное, серьёзно полезное — считай, нет косяка. И премия будет.
— Хорошо, сделаю! — повеселел Хром, сваливая от меня подальше.
— Марк, а я? — уточнил Косой.
— А ты — косячник! Пока…
— Пока… что?
