поддерживал жизнь и даже сознание в шипящем диверсанте, но смерть его вопрос минут, а то и секунд.
— Грызь, что там⁈ — не стал терять время Фома.
— Ткх-х-х… Там….кхвиздец, Фома… Колючего…кх…взяли. И зви…здёж — этот казёл… кхр-р… Одарённый. Шесть пуль уде…хр-р-р…ржал. И мне звиздец, Фома, — вдруг спокойно произнёс парень, дёрнулся и обмяк.
Из многочисленных ран хлынула кровь, а ошарашенный Фома задумался. Выматерился, сплюнул и побежал к фургону.
Провал операции — херово. И, похоже, кто-то и вправду крупно налажал — Грызь вряд ли врал, да кобура на поясе была пуста. Вряд ли он кидался пистолетом в ответ на крупную картечь: попадания на костюме были вызваны именно ей.
Оглянулся на балкон цели и увидел освещённое окно. И парня, опирающегося на покорёженные перила и попивающего что-то из кружки.
Передёрнув плечами, Фома вскочил в фургон и схватился за рацию экстренной связи. Потому что провал операции с двумя дохлыми диверсантами — хреново… Но бывает, это не катастрофа.
А вот что катастрофа, так это взятый живым Колючий. И с данной ситуацией надо что-то решать. Про пьющего на балконе Марка Фома старался не думать.
А через полминуты из рации раздался поток бешеного и злобного мата. Правда, продлился он недолго.
— Сиди там, — послышалось распоряжение. — Я направляю парней. Колючего надо вытащить любой ценой. Или убить, ты понял меня, Фома?
— Я тебя понял, Ян. А этот Марк… — в ответ на это рация разразилась новыми ругательствами.
— Получится — берите живым. Нет — валите наглухо. И это твой косяк, Фома! Если ты его не исправишь, ты будешь завидовать Грызю!
— Ян, это не мой… — начал было Фома, но понял, что связь уже разорвана.
* * *
Я сидел в своём бункере, наблюдая краем глаза за мониторами камер. В уголке валялся всё ещё бессознательный нападающий, избавленный от оружия и снаряжения и закованный.
Кстати, снаряжение редкостно качественное, даже стало интересно, откуда. И появлялись не самые приятные мысли о привете от Барышниковой.
Впрочем, прорвёмся. Запереть меня не смогут, уйду подземными коммуникациями. А дальше… Посмотрим. Может и не придётся уходить.
Но эта парочка. Взглянул я на бессознательное тело. Я первый раз не то, чтобы упустил их прибытие. Просто принимал душ, глянул на мониторы и махнул рукой. Да, снаряжение и прочее, но думал, что ворюги. И решил: режим важнее, тем более, ни черта они из пустой квартиры не упрут. Разве что стулья и кровати с полками.
Даже не отказался бы поглядеть на парочку в высокотехнологических костюмах, прущих недорогую подержанную мебель.
Но когда они вернулись, я в голос ржал. И, признаться, какое-то время рассчитывал на продолжение представления. В смысле, заваляться в квартиру, обыщут, ещё раз свалят. И ещё раз вернутся… И так до полного удовлетворения.
Но разговоры парочки, а, главное, выстрел из парализатора в кровать, привели меня в серьёзное состояние. Второй, конечно, был совсем отбитым придурком. Впрочем, я избавил генофонд человечества от тупиковой линии.
Или нет — чёрт его знает, может и выжил. Но дееспособным вряд ли когда-то станет. Да и на выживание шансы колеблются в пределах двух процентов, при учёте оказания медицинской помощи тотчас после падения.
А подбежавший к телу парень — это тело разве что не пинал. Уж рукой точно тряс, добавляя травм от сломанных ребёр, да и распрощался с телом плевком на землю.
Достойная эпитафия, отсалютовал я фургону на мониторе кружкой кофе, допивая её.
А сейчас, как понятно, я сидел и ждал, какие последствия будут у провала этой парочки. Это покажет, от кого пришли эти «гости», да и прочие небезынтересные моменты. «Взять» или убить меня точно не смогут — даже на текущий момент я смогу уйти даже от полка механизированной гвардии.
Они просто не успеют разнести мой бункер, пока я улизну. А потому мой бункер разнесёт их.
— А ты, оказывается, серьёзная шишка, — присвистнул я, обращаясь к пленнику. — Или знаешь что-то важное, а пославшие тебя — идиоты, — дополнил я.
Дело в том, что рядом с одним фургоном, с дымом от сгоревших покрышек, притормозили ещё четыре. Причём, если первый фургон был укреплённым, но типичным для Нижнего, то четвёрка — новенькие, с лёгким бронированием, откидными аппарелями.
Себе прибрать? Хотя нет, бронирование дрянь, оружия нет, как и возможности толковой установки. Эти фургоны, скорее, доставка отряда в условиях городской застройки, без активного сопротивления передвижению.
Но запомним, не помешают, если что. Конечно, это зависит от того, что будут делать выбегающие из фургонов бойцы. И, кстати, похоже это «привет» от Барышниковой, нахмурился я.
Потому что снаряга и оружия отряда из тридцати человек подходило жандармам, или корпоративным гвардейцам, а никак не банде Нижнего города.
— Впрочем, похрен, — констатировал я. — И вообще, господа: вы идиоты, — отсалютовал я спешащим ко входу в дом нападающим. — На простого инженера без Дара — тридцать бойцов. Это… как-то даже оскорбительно, — покачал я головой.
Отставил кофе и выдвинул панели управления начинкой дома. И стал внимательно наблюдать за проникновением.
КПП эти воины взломали фугасом, откатились от огня Кузнецовых. И, кстати, хозяева дома воспользовались заминкой очень разумно: откатились в бункер, забрав контуженных взрывом. Раненых и убитых у защитников не было, что неплохо.
А сейчас Кузнецовы названивают «крыше», отметил я краем глаза. Тоже правильно, но уже поздно. Эти — моя добыча, пробежал я пальцами по клавишам системы управления защитными механизмами.
Штурмовать второй бункер нападающие не стали, что и логично, а бодро ломанулись через внутренний двор к основному зданию.
Заняли подъезд (управляющая Кузнецова, естественно, скрылась) и…
— Нет, это не жандармы, — закатил глаза я. — Это — дебилы…
Ну реально, КЕМ надо быть, чтобы разделить отряд и часть пустить в лифте⁈ Не захваченного и неконтролируемого здания! Да еще пустить его на мой этаж…
Ладно, сами себе злобный отбитый фарш, мысленно махнул я рукой на шестёрку, набитую в лифтовую кабину. И за секунду до достижения лифта этажа нажал на кнопку, отсоединяя блокираторы и освобождая лифтовый трос.
Можно и оборвать, конечно. Или даже подорвать кабину, благо есть чем. Но зачем портить вещь? И так неплохо получилось: через несколько секунд отбивная из шестёрки валялась на дне работоспособного лифта. Только её нужно от придурков почистить.
— А вы куда это, шустрики такие⁈ — возмутился я, увидев, что спешащие по
