и керосин тоже будут находиться в ведении Вольфовича, который отвечает за автопарк барона. А Вольфовича хитростью не возьмешь. Нам бензин с запасом нужен, понимаешь? До границы с Маньчжурией на автомобиле не меньше недели добираться. Я планировал спрятать бочку где-то в пригороде рядом с трактом, чтобы во время побега загрузиться топливом под завязку. Рассчитывал на то, что если погоня и будет, то только конная. А конная погоня нам на автомобиле не страшна. Теперь же, если автопарк вооружат пулеметами и горючего будет достаточно, за нами в погоню отправят автомобили! Представь, что у нас по дороге спустит колесо или, того хуже, случится неприятная поломка…
– Даже думать об этом не хочу.
– Ладно, посмотрим еще, сколько горючего удастся собрать у населения, торговцев и промышленников. На весь автопарк не меньше десятка сорокаведерных бочек топлива нужно, по моим расчетам, а нам для побега и десятка ведер может хватить, пожалуй. Если соберем всего бочки три, то вопрос с реорганизацией автопарка уйдет сам собой.
– Скажи мне, Рерих, а ты пути побега уже продумал? Тут, наверное, карта нужна хорошая, чтобы не заблудиться.
– Да, с картами пока туго. Местность на востоке малоизученная. Лисовский рассказывал, что был картографом в экспедициях по тем краям, вот с ним рассчитываю пообщаться аккуратненько по этому вопросу. По документам и деньгам вопрос тоже пока остается открытым. Вот об этом у меня сейчас голова болит. Весна на носу, нам до летней жары отсюда уходить нужно. Еще неизвестно, куда Унгерна к лету потянет. Он может и в Тибет отправиться, и на Русь войско двинуть, в Урге он уж точно отсиживаться не станет. Поэтому бежать нужно как можно скорее!
Скупка горючего шла совсем туго. Собрали две полные бочки керосина, а бензина и вовсе несколько ведер. Унгерн созвал офицеров в штаб и сильно шумел по этому поводу:
– Я очень четко поставил задачу перед тобой, Рерих, и тобой, Торновский! – При этих словах он ткнул Торновского в грудь ташуром, отчего тот побледнел. – Мне не нужны оправдания! Мне нужно топливо для автомобилей. Сумели же придумать стеклянные пули, сумейте теперь обеспечить дивизию горючим! На решение вопроса сроку даю три дня! Торновский, спрошу с тебя лично!
Опять собрались в мастерских у Лисовского. Рерих привез кристаллов и гашиша. Торновский заметно нервничал.
– Думаю, у нас остается лишь один вариант со скипидаром. – Лисовский вопросительно посмотрел на Рериха, тот утвердительно кивнул. – Так вот, можно пойти по пути создания скипидара из живицы. Это очень трудоемкий путь, требующий также затрат на строительство дистилляционной установки и печи. Еще нужно будет найти значительные хвойные массивы для сбора смолы, которая и служит сырьем при производстве скипидара.
– За три дня что-то сделать сможем? – угрюмо спросил Торновский.
– Ну, сможем рассчитать материалы и количество человеко-часов на заготовку живицы и последующий выгон из нее скипидара.
– Где взять хвойные массивы? – Рерих затянулся папиросой и на некоторое время задержал в легких дым.
– Самый ближайший хвойный массив расположен прямо в Урге. Гора Богдо-Ула вся покрыта хвойными деревьями. – Лисовский бросил взгляд на Рериха, который задумчиво выпускал в потолок кольца дыма.
– Это священная гора, там запрещено срубать деревья, – отрицательно замотал головой Рерих.
– Ну, рубить их и не придется. Нужно лишь сделать насечки, по которым смола будет стекать в контейнеры. Насечки ведь не повредят дереву. Сбор живицы с одного дерева может осуществляться годами, так что теоретически ничего кощунственного тут нет.
– Теоретически… – Рерих улыбнулся и передал папиросу Торновскому.
Тот взял ее и сделал мощную затяжку, отчего папироса уменьшилась практически вдвое.
– Хорошо, я поеду в Манджушри и поговорю с настоятелем о возможности сбора смолы. – Рерих окинул взглядом присутствующих. – Лисовский, мне почти наверняка откажут, поэтому наметь, пожалуйста, на карте, где еще есть хвойные леса.
– На карте? Ее сначала нужно составить. У нас нет в дивизии карт местности, достаточно достоверных.
Я посмотрел на Рериха и слегка улыбнулся. Он заметил мою улыбку. Похоже, удача наконец повернулась к нам лицом.
– Ну ты же бывал в экспедициях и картографом работал, тебе будет несложно составить карту.
– Я был в восточных районах, кое-что, конечно, смогу нанести, но недурно бы еще проштудировать труды Потанина и Певцова. Без этого карта будет изобиловать слепыми пятнами.
– Штудируй, Лисовский! – Рерих был неумолим. – У тебя есть еще два дня. Потом нам держать ответ перед Унгерном.
– А где я, по-вашему, найду эти книги?
– Я тебе их достану, – пообещал Рерих. – На немецком, правда, но ты ведь расшифруешь?
– На немецком смогу, конечно, – заверил Лисовский.
Я вспомнил наш недавний разговор с Рерихом, когда он описывал богатую библиотеку генерала Чэнь И, теперь было понятно, откуда Рерих планировал позаимствовать книги.
Торновский после раскура стал поспокойнее. Он даже улыбнулся и неожиданно бодренько хлопнул в ладоши:
– Ну, может, и вынесет нас нелегкая! Скипидар… кто бы мог подумать! И много скипидара можно получить из этой смолы?
Лисовский поглядел на Рериха, который, судя по всему, знал о технологии производства скипидара больше, чем он сам.
– Процентов тридцать можно выгнать из сырья, много побочного продукта остается.
– Что за побочный продукт? – уточнил Торновский у Рериха.
– Канифоль. На ведро скипидара пуда три канифоли выйдет.
– Ее можно в дело пустить или продать?
– Если получится продать, то нам будет полегче у Унгерна людей на сбор смолы выпросить, но кому такая прорва канифоли нужна, даже и не знаю.
– С китайцами пообщаюсь на Захадыре, – пообещал Торновский. – Есть у меня там торговые связи, если будет большой объем, наверняка и покупатели найдутся.
– Из канифоли можно делать дымовые шашки! – Мозг Лисовского неутомимо работал в новом направлении. – Для нашей дивизии, думаю, пригодятся. Я попробую кассеты с шашками установить на автомобили сзади. Если, к примеру, будет погоня, дым собьет врага со следа.
Я бросил взгляд на Рериха, тот идею немедленно одобрил:
– Давай, братец, думаю, дымовые шашки лишними тоже не будут, только не увлекайся второстепенными проектами. У тебя стеклянные пули уже в производстве? Я их Казагранди для его военной школы обещал в ближайшее время, вот Торновский тоже ждет их.
– Да, уже дня через два отливку начнем, сейчас песок завозим в мастерскую.
– Что по снарядам с синильной кислотой? Обещал вроде, что испытывать будем.
– Я изготовил несколько штук, можем испытать.
Назначили испытания на следующий день. Торновский пригнал табун лошадей, привезли два орудия разного калибра. Лисовский в сопровождении Рериха и Дубовика принес снаряды. Для каждого из них он соорудил специальный деревянный ящик, объясняя необычную конструкцию тем, что снаряды нельзя переворачивать или трясти. Торновский посчитал это
