она просила слишком многого?
Пятнадцать минут спустя Брендан снова крикнул ей, перекрывая шум.
— Беру свои слова обратно… это больше не весело!
Алекс хмыкнула в знак согласия и пнула его ногой. Они практиковали приемы рукопашного боя, так что, по крайней мере, у них не было дополнительной опасности поскользнуться на грязной земле и напороться на свои мечи. Просто великолепно.
— Вот что я тебе скажу, — крикнул Брендан, — почему бы тебе просто не дать мне выиграть, и нам позволят закончить?
Десятью минутами ранее Картер сказал разным парам начать спарринг. Как только одному человеку удавалось одолеть другого, пары могли закончить сегодня занятия. Это было внезапное предложение со стороны Картера, но его снисходительность, вероятно, результат того, что он не мог видеть своих учеников.
— Я? — крикнула в ответ Алекс, уклоняясь от его кулака. — Почему я должна проигрывать? Почему ты не можешь позволить мне победить?
Она услышала его слабое фырканье сквозь какофонию ливня.
— Почему это смешно? — потребовала она, ударяя ногой туда, где, как она думала, располагался противник. Дождь был таким слепящим, что она промахнулась примерно на три фута и услышала, как он еще громче рассмеялся над ее неудачной попыткой.
— Мы оба знаем, что тебе не победить меня, Алекс, и никто нам не поверит, если будет иначе, — сказал он. — Конечно, ты намного лучше, чем раньше, но я учусь на уровне Эпсилон дольше, чем ты. Я подмастерье, в то время как ты всего лишь ученик. Ты хороша, но не настолько.
Обычно Алекс могла справиться с подшучиванием парней, зная, что они используют насмешки, чтобы сбить с толку своих противников. Но насмешка Брендана только подлила масла в огонь, который разгорелся из-за измученного состояния Алекс.
Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы унять растущее раздражение, и ее обретенный покой принес ощущение, которое она испытывала лишь однажды. Алекс внезапно почувствовала все вокруг себя. Когда она открыла глаза, то увидела все гораздо яснее, чем раньше. Она с изумлением наблюдала, как одинокие капли дождя падают с неба, словно в замедленной съемке. Она могла видеть других мальчиков из класса, которые рассредоточены по арене и неловко сражались из-за плохой видимости. Это было похоже на переключение со статического видео на видео высокой четкости; добавленная детализация поразительна. И когда она выбросила руку в сторону Брендана, которого теперь могла видеть с феноменальной ясностью, он не оказался достаточно быстр, чтобы блокировать удар.
Еще один удар, удар локтем в живот, боковой удар ноги и последний, с разворота в спину уложили противника на лопатки, а она стояла, как ангел мщения, над его измученным телом.
— Как… как…? — заикаясь, спросил он, глядя на нее с благоговением, когда дождь падал на его забрызганное грязью лицо.
— Что? Язык отсох, Лабински? — спросила она, протягивая руку, чтобы помочь ему подняться на ноги.
Как будто зная, что их битва закончилась, дождь начал немного стихать. Естественно.
— Как тебе удалось двигаться так быстро? — спросил он, когда снова встал.
Алекс заправила мокрую прядь волос за ухо.
— Ты о чем?
— Ты была как в тумане, — сказал Брендан, понизив голос до более нормального уровня, поскольку дождь продолжал стихать. — Я даже почти не видел, как ты двигалась.
— Это потому, что шел дождь, — сказала Алекс. — Ливень, я тоже тебя не видела.
Но, несмотря на свои слова, она не могла игнорировать мурашки, которые пробежали у нее по спине. В конце их боя она определенно видела его. И она знала, как это сделать.
— Нет, — он покачал упрямо головой. — Я имею в виду, да, дождь сильный, и из-за него было трудно тебя разглядеть, но я говорю о скорости твоих атак. Ты была безумно быстрой.
Алекс почувствовала, как у нее перехватило дыхание от его признания, но она заставила себя сохранять спокойствие, даже когда в ее памяти вспыхнул образ порезов и царапин, которые она нанесла Рока в бою неделю назад. Неужели ей каким-то образом удалось воспользоваться не только улучшенным зрением, но и свойством меярин — скоростью во время боя с Бренданом? Это определенно опасный путь. В будущем ей придется быть очень осторожной.
— Не понимаю, о чем ты говоришь, — сказала ему Алекс, изображая безразличие. — Ты сам сказал: я все еще не такой уж великий боец. Думаю, дождь исказил то, что, по твоему мнению, ты видел, и просто было несколько удачных попаданий.
Брендан, казалось, думал об этом, пока они шли туда, где ждал Картер. Кайден и Деклан уже стояли рядом с ним, но Ник и Себастьян еще не закончили свой бой.
— Да, думаю, ты права, — согласился Брендан, прежде чем они добрались до остальных. — Может, тебе просто повезло.
Алекс постаралась не выдать своего облегчения.
— Лабински, Дженнингс, вы закончили? — хрипло спросил Картер, вытирая капли дождя с лица. Теперь моросил лишь легкий дождик, и Алекс пришлось заставить себя не хмуриться на небо.
— Да, сэр, — ответил Брендан.
— Ты ранена, Дженнингс? — спросил Картер.
Алекс повернулась к нему.
— Ранена?
— Да, ранена, — повторил он. — Порезана. В синяках. Повреждена каким-либо образом.
Она посмотрела на него в замешательстве. Конечно, она часто получала травмы во время занятий по боевому искусству, но Картер редко спрашивал ее лично, все ли с ней в порядке, если только не было очевидно, что она в плохом состоянии. В противном случае просто ожидалось, что она — и ее одноклассники — пойдут и увидятся с Флетчером, если это будет необходимо. После окончания занятий.
— Не больше, чем обычно, сэр, — честно ответила она ему. Как и после каждого занятия, она, вероятно, была покрыта синяками, но ничего серьезного.
Картер нахмурился, как будто она сказала что-то не то, затем повернулся и посмотрел на Брендана. Подмастерье, должно быть, мог прочитать выражение его лица лучше, чем Алекс, так как он тихо пробормотал что-то, чего она не могла расслышать.
— Говори громче, Лабински! — приказал Картер.
— Я сказал, Алекс не пострадала, потому что она не проиграла бой.
Глаза Картера удивленно блеснули, прежде чем его лицо вернуло свое естественное стоическое выражение.
