– З-з-заткнис-с-сь!.. – прохрипел Илья и, остановившись, привалил громоздкого Костю к покатой стене ангара. – Все… Не могу больше!
– Ну, давай, я! – отважно выступил вперед Зава, выпятив грудь завсегдатая библиотек и встопорщив плечи, на которые никогда не ложилось ничего тяжелее ответственности за самого себя.
– Нет, Вадим. Мы по-другому сделаем! – Илья все никак не мог выровнять дыхание. Безучастный ко всему Костя сполз по стене вниз и теперь лежал возле ангара на боку, словно спящий.
Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, Илья ткнул Заву пальцем в грудь:
– Ты… Ты это, давай, дуй назад и подгоняй «троллер» к воротам, мимо которых мы сюда шли. А я Костю туда подтащу, тут уже рядом совсем, и щеколду открою. Погрузим – и ноги делаем. Понял?
– Ага, – Зава шмыгнул, огляделся. – А если повяжут вас тут? На, баллончик хоть возьми…
– Иди, иди, только осторожно! Как к воротам подъедешь, отзвони мне на мобильник, что ты на месте и что все чисто.
– Хорошо, Илюха! – и Зава, придерживая рукой сумку с железяками, умчался.
Илья сел рядом с Костей, попытался заглянуть другу в глаза, но не смог – взгляд Житягина все время ускользал куда-то, словно бы он смотрел внутрь себя.
Под грязными спутанными волосами на голове Кости угадывались многочисленные, кривые шрамы – результат аварии. Левая щека бугрилась, нос, распухший и свернутый набок, тоже, видимо, изрядно пострадал. Илья представил, как выглядело лицо друга тогда, в ноябре, и содрогнулся. Испытания, выпавшие на долю Кости, вызывали у него такую жалость, что слезы наворачивались на глазах. Жил-был здоровый, веселый парень-жизнелюб, и вдруг р-раз – и вот сидит перед ним вроде и человек, а вроде и нет…
Тяжело вздохнув, Илья закурил, достал мобильник, выставил функцию вибровызова, чтобы звонок не привлек ненужного внимания, и принялся ждать.
* * *
– Ф-фух, даже не верится, что мы сделали это… А ведь сделали, Илюха! Ай да мы! – Вадим радостно подпрыгивал на водительском сиденье, отчего «троллер» совершал опасные зигзаги, по вполне понятным причинам искренне возмущавшие других участников дорожного движения.
– Ладно, ладно. Ты давай, хватит куролесить, нам еще гаишников только не хватало. Заметут – что будем говорить про Костю? – Илья покосился на заднее сиденье, где, задрав заросший подбородок, лежал Житягин.
– Все-все, ты прав – веселиться потом будем, – мигом посерьезнел Зава. – Еще неизвестно, что с Костей и чем все закончится. Кстати, а куда мы сейчас? К родителям его повезем?..
«Троллер» выехал на пересечение Свободного проспекта с шоссе Энтузиастов и встал на светофоре.
– М-м-м… – донеслось с заднего сиденья. Илья обернулся и тут же получил сильный удар в лицо.
– Ай, ептвою, ты что?!
– Очухался, – Зава повернул лицо к Косте и тоже огреб плюху. Очки слетели с его лица и завалились куда-то под сиденье.
Оправдывая свое школьное прозвище, Костя-Рама заполнил своими плечищами весь салон «троля», с жутковатой настойчивостью безумца пытаясь пролезть вперед. Илья, привстав и отчаянно матерясь, изо всех сил отталкивал могучего друга.
Пока Зава искал очки, пока заводил неожиданно заглохший джип, цвет светофора поменялся. Сзади забибикали недовольные.
Костя мычал и все норовил отодрать спинку сидения и протиснуться на водительское место.
– Зава, я не удержу его! М-м-мать-перемать, здоровый, гад! Да помоги же! – Илья уперся плечом в обтянутую свитером Костину грудь и принялся отдирать грязные руки от затрещавшей уже спинки.
– Ага, ага, я сейчас… – вместо помощи Вадим тронул «троллер» с места и принялся лавировать среди заполнивших перекресток машин. В итоге ему не удалось повернуть налево, на шоссе Энтузиастов, ведущее к центру, и «троль» поехал прямо.
– Костя! Костя! – орал Илья в ничего не выражающее заросшее лицо друга. – Это же мы, Костя! Это – я, Илья, Илюха Привалов, а это – Вадька Завадский! Ну, вспоминай же, вспоминай, су-ука!
Джип, наконец, минул перекресток, выехав на Большой Купавинский проезд. Тут машин стало поменьше, и Зава решил все же помочь Илье справиться с Костей. Полуобернувшись, он несильно хлестнул открытой ладонью буйного друга по щеке.
Эффект оказался удивительным – Костя вдруг обмяк, завалился набок и рухнул вниз. Грязные пальцы с обломанными ногтями, под которые набилась земля, отпустили спинку сиденья.
– У-ф-ф… – Илья вытер пот, перегнулся в салон и потрогал лежащего на спине Костю. – Вадим, он не дышит! Вадим!!
– Врача надо! – немедленно отреагировал Зава, вжимая педаль в пол. – У них, у психов, такое бывает. Кататония называется… Сперва возбуждение, агрессия. А после него – ступор…
– Да иди ты на хрен со своей кататонией! Он же помрет сейчас! Тормози, дыхание будем делать искусственное!
«Троллер» вильнул, прижимаясь к обочине. Илья, опустив спинку, вытащил неповоротливое тело Кости из машины, уложил на траву. Зава присел рядом на корточки, потрогал пульс:
– Ничего не чувствую. Надо вместе с искусственным дыханием массаж сердца сделать.
– Ну так давай, делай! – Илья заскрипел зубами, вдохнул поглубже, зажал Косте нос и, как учили, принялся вдувать воздух в обслюнявленный рот друга. Зава, положив одну ладонь на другую, начал ритмично нажимать на Костину грудь, вслух считая толчки.
– Раз, два, три, четыре…
Неожиданно впавший в ступор Костя зашевелился, задергал руками.
– Ну слава Богу! – Илья, отплевываясь, сел рядом, нашаривая в кармане сигареты, и тут же напустился на выпрямившегося Вадима: – Ты Скорую вызвал? Нет?! Так, а что же ты, мудвин?
– Сам ты!.. – внимательно глядя Косте в лицо, отозвался Зава. – Я куда тебе Скорую вызову? К третьему столбу от знака «Осторожно, пьяный водитель»? Видишь же – очнулся он.
– Слушай, – Илье вдруг пришла в голову блестящая мысль. – А давай-ка мы его к Шуваловым отвезем, это ж рядом совсем. Туда и врача вызовем, а?
– А это – идея! – Зава улыбнулся разбитыми губами и принялся помогать другу сажать уже вполне ожившего и даже вертящего головой Костю в машину.
* * *
Несмотря на то, что Костя начал двигаться, идти он все равно отказывался наотрез, и Илья мысленно поблагодарил всех богов за то, что они организовали Шуваловым квартиру на втором этаже.
– Первым делом его надо помыть! – объявил Зава, едва они втащили Костю в прихожую и Илья дрожащей рукой запер дверь. – А потом позвонить его родителям. Если Костя предстанет перед ними в таком виде… Ну, и врача вызвать надо, конечно. Ты давай, раздевай его, а я пошел звонить. Где тут телефон?
– Где-где… В… – Илья чуть не ответил в рифму, но сдержался. В сущности, Заве приходится намного труднее, чем ему. Вадим впервые столкнулся с той стороной жизни, в которой друзей приходится нести на себе и спасать им жизнь, забыв о себе и, уж тем более, о таких мелочах, как брезгливость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
