найти одарённого человечка, способного вычислить крысу, явно применявшую некий дар. Вот Кац и решил, что я могу помочь его хорошему знакомому, а он в ответ, меня оденет, накормит и предоставит угол.
Услышав адрес торгового павильона и хорошо известную фамилию директора известного гастронома, я понял, что тот точно сможет мне всё это предоставить. Так что кочевряжиться не стал, тем более что пока с информацией о Кукловоде у меня был затык и что дальше делать я попросту не знал.
— Геннадий, так если вы согласны, то я ему в течении часа позвоню и о вас сообщу.
— Меня это всё вполне устраивает — проговорил я и внезапно вспомнил про призрачные осколки и их весьма впечатляющие свойства, проявляющиеся в аномалиях. — Доктор, а где вы храните осколки призрачных зеркал? — спросил я.
— Основная часть в гараже, а россыпь самых мелких кусочков сейчас наверху. Если они нужны, я могу отдать — тут же предложил Кац. — Тем более что перед комиссией мне всё равно придётся всё тщательно подчистить.
На том и порешив, мы вошли в лифт и поехали наверх. Где в палате меня ждал очень странный сюрприз. Едва док открыл двери и вошёл внутрь, я почувствовал, как мой затылок покрылся нервными мурашками.
А когда я прошёл вслед за Кацем, то увидел следующую картину, вызвавшую резкое желании стать призраком и уйти в тень. Сева лежал в кровати, сложив руки на груди, и по его отрешённому взгляду было видно, что ему страшно неудобно сейчас здесь находиться. А с двух сторон от него стояли Наташа и Рыжая, которые весьма откровенно буравили друг дружку неприязненными взглядами.
Глава 25. На грани фола
Мы плыли, плыли и приплыли — именно так я охарактеризовал бы свои первые ощущения.
И вот ради этого момента я пересёк пешком половину Москвы.
«Важная встреча через три часа» — Чёртова Златовласка! Могла бы и предупредить с кем именно состоится эта встреча.
Мысли, совершенно разной направленности, табуном пронеслись в голове. И как показалось, в какой-то момент, само время меня предало и приостановило свой бег, дав ощутить на себе в полной мере, наполненные претензией взгляды девушек. Эти взгляды тут же придавили мою тушку, словно лягушку сапоги охотника.
А может просто поднять руки и сказать, что сдаюсь? — Нет уж не дождетесь, я в своей прошлой жизни и не в таких передрягах побывал. Однажды целый месяц, раненый и контуженный, просидел в Афганском зиндане, а потом забил камнем охранявшего его душмана и сбежал.
В другой раз, будучи прикомандированным к подразделению Рижского ОМОН, в 1991 году, в одиночку отбивался, с помощью пистолета Макарова и саперной лопатки, от двух десятков местных националистов, пытавшихся пробиться в то крыло общежития, где жили семьи сослуживцев.
А через пять лет, в Чечне, я горел заживо в БТРе, после попадания выстрела из РПГ-7, а потом умудрился вытянуть раненого мех-вода, выбрался сам и застрелил гранатомётчика.
И что теперь я не справлюсь с двумя особами женского пола, у которых возникли ко мне вполне обоснованные вопросы?
Взяв себя в руки, я переключил внимание на Севу и подошёл к кровати. Сева, сразу всё понял, по моему поплывшему взгляду, и до того, как кто-либо задал вопрос, с кряхтение уселся, при этом заставив кровать яростно скрипеть.
— А вот с тобой то дружище мне как раз и надо обстоятельно побеседовать. Причём наедине — неожиданно настойчиво пробасил он и тут же едва не обмякнув, затравлено посмотрел по сторонам, где слева, в милицейской форме прапорщика, стояла Рыжая, уперев кулаки в бока, а с права замерла Наташа, скрестившая руки на груди.
— Да конечно братик, сейчас поговорим — сказал я, не зная, что делать дальше и в этот миг на помощь пришёл доктор Кац.
Подойдя к Наташе, он зашептал ей что-то не ушко, и судя по тому, что та сразу переключилась, речь шла о внезапном решении её проблемы.
В результате док с Наташей быстро удалились из палаты, правда перед этим она успела кинуть на меня, весьма грозный взгляд.
— Кто она? — неожиданно требовательно спросила Рыжая, как только дверь закрылась, и я увидел, как в её глазах заплясали безумные огоньки.
— Это Наташа. Очень хорошая медсестра. Если бы не она я бы точно не выкарабкался — ответил я, немного подрагивающим голосом.
— Значит просто медсестра? — не унялась Рыжая.
— Ника, так ты же сама видела. Белый халат. Красный крестик на чепчике. Вон капельницу Севе только что поменяла. А это значит, что она действительно медсестра. — проговорил я и указал на свежую склянку с лекарственным составом, висящую на стойке, прямо над головой Севы. — А вообще, что за допрос? Может мне тебе ещё и отчёт дать где я эти дни пропадал?
— Не мешало бы — ответила Рыжая явно не сдавшись, но менторский тон немного прикрутила. — А то я гоняю по всей Москве, сначала ищу для него информацию, а потом ищу его самого разыскиваю и нигде не могу найти.
— Ты узнала о том, о чём я просил? — неподдельно заинтересовавшись, спросил я.
— Да, узнала и мне это досталось очень дорогой ценой — с претензией проговорила Рыжая и надула пухлые губки.
— Вот и молодец. Ника, знай, я точно в долгу не останусь — вполне искренне пообещал я и она явно почувствовала, что я не вру.
— А это мы посмотрим — пробурчала девушка и поправила отлично сидящую, форменную юбку.
— Ника, давай так, я сейчас со своим раненым товарищем немного пообщаюсь, а ты пока меня внизу подождёшь. Кстати, ты где машину поставила? — спросил я, стараясь ещё больше её отвлечь от ненужных мыслей.
— С той стороны где стоянка скорой помощи — ответила девушка и только в этот момент я наконец заметил, что злой огонёк исчез из её глаз.
— Как только поговорю с Севой, сразу подойду — ещё раз пообещал я и Рыжая нехотя кивнула.
— Хорошо буду ждать. — Импульсивно пройдя мимо, она задела меня огненными кудрями, и я почувствовал, что от них идёт жар. На пороге девушка неожиданно остановилась. — И смотри, долго я ждать не буду — предупредила она не оборачиваясь.
— Ну ты брат и попал — едва не шёпотом констатировал Сева, как только дверь захлопнулась, а затем коротко хохотнул. —
