я, специально напустив тумана.
И сделал я это, преследуя определенную цель. Как я сразу понял, Любовь Михайловна занимала некую должность и была неотъемлемой частью не особо большого, тесного коллектива. А это значит, что обо мне скоро узнают все.
Появление непонятного гражданина рядом с директором, сразу вызовет живейший интерес и пересуды, которые должны насторожить крысу. В результате вор попытается как можно сильнее дистанцироваться от краж. Я же надеялся, используя свои специфические особенности, попытаться этот момент засечь.
В небольшой, светлой приёмной, сидела красивая, молодая секретарша и что-то быстро печатала на машинке. Увидев вошедших, она хотела что-то возмущённо воскликнуть, но откровенно неприязненный взгляд моей спутницы её остановил.
Наконец войдя в кабинет, я увидел весьма серьёзного гражданина, сидящего за тяжёлым столом в кресле директора. Его внешний вид больше подошёл бы крупному партийному работнику, нежели руководителю управляющему гастрономом номер один и несколькими его филиалами.
— Молодой человек, проходите — сходу предложил директор, сделав акцент на слове молодой, а когда я подошёл ближе, он встал и довольно-таки крепко сжал протянутую руку.
Затем директор указал на длинный стол, приглашая присесть. А едва я уселся, он грозно посмотрел на монолитную женщину, в этот момент отодвинувшую соседний стул.
— Любочка. Пока мы будем разговаривать, организуй-ка нам с Геннадием кофейку с коньячком и бутербродики в ассортименте — любезно попросил директор, при этом одновременно и дав задание, и явно намекнув что её присутствие тут лишнее.
— Хорошо, сейчас всё будет сделано в лучшем виде — вроде спокойно сказала Любовь Михайловна, но я уловил в её голосе некую тщательно скрытую обиду.
А после того как она удалилась и притворила за собой дверь, мне пришлось выдержать долгий и оценивающий взгляд директора.
— Геннадий, а не слишком ли вы молоды, чтобы помочь мне в этом весьма щепетильном деле? — наконец поинтересовался он. — Конечно я безмерно доверяю дорогому доктору Кацу, и осведомлён о вашей секретной спецификации, но всё же?
Не став сразу отвечать, я вызвал теневика. Тот мигом выскользнул в приемную, и уставился на секретаршу, которая закончив стучать на машинке, прижала трубку телефона к уху и внимательно нас слушала.
Продолжая за ней наблюдать, я указал сначала на устройство селекторной связи, а затем на своё ухо. Директор сразу врубился и на цыпочках подойдя к двери, резко распахнул её.
— Варвара, ты чего сучка мелкая творишь! — резко воскликнул он. — Быстро вон отсюда! Ещё раз увижу, что подслушиваешь, отправлю назад к мамочке в бухгалтерию!
Красивая девушка мигом покраснела и вскочила с места. Затем пустив слезу и что-то виновато лопоча, начала пятиться, будто боясь получить по оттопыренному заду. Во время стремительного отступления, она едва не опрокинула раскидистый фикус в кадке, выскочила в коридор, и стремительно удаляясь, быстро зацокала каблучками.
— Вот, мать её так, пригрел любопытную девку на свою голову. Теперь маюсь — констатировал директор, возвращаясь на своё место.
— Юрий Константинович, вам бы надо поаккуратнее с молодыми любовницами. Чем ближе вы их подпускает, тем им больше кажется, что они имеют право за вами ежесекундно следить — проговорил я и по задумчивому выражению лица директора понял, что попал в точку.
— Это да. Молодежь, что с них возьмёшь. Девушки нередко тянутся к таким как я, и тут же чёртов бес начинает пилить ребро, сообщая дескать, а давай на старости лет устроим последнюю гастроль — смущённо проговорил руководитель небольшой гастрономической империи.
— Главное Юрий Константинович, вы сам это понимаете, а в остальном будьте осторожнее. Всё-таки разница в темпераменте и молодая кровь может привести вас прямиком к нашему общему знакомцу, доктору Кацу — предупредил я, в этот миг внезапно осознав, что я частично обращаюсь к самому себе. — Ну а теперь Юрий Константинович, давайте приступим к делу. А то сами понимаете, время-деньги.
— Да, да, конечно Геннадий — сказал директор, но тут же осёкся и внимательно посмотрел мне в глаза. — Очень странно, ещё несколько минут назад я видел в вас только юнца, а пообщавшись всего минуту, обнаруживаю в вас вполне квалифицированного специалиста. Так что, пожалуй, действительно приступим. Но перед этим я прошу вас пообещать, что всё что вы сегодня узнаете, останется между нами. Сами понимаете, дело весьма конфиденциальное.
— Понимаю, и конечно же обещаю, любые ваши тайны, будут навсегда погребены в моём сознании. И как только я выйду из этого царства продуктового изобилия, навсегда обо всём забуду.
Выслушав мои обещания, директор удовлетворённо кивнул.
— Геннадий, вы понимаете суть моей работы? — неожиданно спросил он.
— Да безусловно. Хотя советская торговля и довольно-таки закрытая от посторонних структура, но о том, что тут происходит я знаю не понаслышке. Так что, про реализацию неучтёнки, обвес и обсчёт покупателей, усушку и утруску товара, естественную убыль, пересортицу и продажу налево, я знаю даже больше чем хотел бы. Про понятия «ты мне я тебе» и «живёшь сам и дай жить другим», я тоже отлично осведомлён. И если честно Юрий Константинович, я не одно из выше перечисленных явлений не осуждаю, разумеется если действия вовлечённых лиц не приводят к гибели граждан, не вредят всей отрасли в целом и не сводятся к банальному вредительству.
Выслушав меня, директор явно напрягся, но потом взял себя в руки и несколько раз медленно кивнул.
— А вы случайно не из ОБХСС? — неожиданно спросил он и в этот момент, дверь в кабинет отварилась и в комнату вплыла Любовь Михайловна с огромным подносом, уставленным всяческими деликатесными угощениями. При этом она явно услышала упомянутое директором ОБХСС и посмотрела на меня с тревогой.
— Спасибо Любочка — поблагодарил директор и сразу придвинув к себе пустую кофейную чашечку, не скупясь плеснул туда пятизвёздочного коньяка, при этом полностью проигнорировав дымящийся кофейник.
Я же наоборот налил себе, до одури, ароматного кофе и не скупясь, добавил сливок с сахаром. После этого я вооружился бутербродом с чёрной икрой и принялся это всё жадно уплетать, старательно не обращая внимание на призадумавшегося директора.
Перед тем как уйти, Любовь Михайловна, немного постояла в дверях, не сводя глаз с хозяина кабинета, словно преданная собака, ожидающая команду фас. Стоявший рядом с ней мой теневик ухмыльнулся и тут же растаял, как только дверь захлопнулась.
— Нет Юрий Константинович, я точно не из ОБХСС, и хоть и являюсь действующим сотрудником правоохранительных органов, мой профиль работы никак не связан с торгово-денежными отношениями — объяснил я, решив
