Роджер Мец, находившийся на мостике, конечно, знал, что Кук туговат на ухо, но не особенно беспокоился об этом. То есть до тех пор, пока порыв ветра с противоположного первоначальному направлению не двинул судно в сторону правого борта.
— Выбрать слабину и держать правый средний, — приказал Легуен.
— Что он сказал? — спросил Кук у стоявших рядом.
— Опустить левый якорь, — прозвучал ответ и не от кого-нибудь, а от «Быстроногого» Брауна, который стоял рядом с Куком.
— Опустить левый якорь! — скомандовал Кук.
Ни один матрос в здравом уме не рискнул бы протестовать против команды боцмана Кука. Кувалда ударила по защелке якорь-цепи и тут же якорь и якорь-цепь полетели вниз в воду через клюз в облаке ржавой пыли и с грохотом тысячи барабанов. Якорь пробил деревянное дно дока и ушел вниз с порядочным куском якорь-цепи.
Легуен замахал руками во все стороны, ругаясь на действие носовой швартовой команды и крича по поводу швартовов и якоря. Боцманмат второго класса Улис Стенбэри, также находившийся на носу, ясно представлял, как выполнить приказ Легуена в отношении среднего швартова, но Кук, внимание которого все еще было поглощено голосовой связью с мостиком, не расслышал или не понял команды.
— Что он сказал? — снова спросил Кук.
— Опустить правый якорь, — сказал «Быстроногий» авторитетно и убежденно.
— Опустить правый якорь! — приказал Кук до того, как Стенбэри смог отвлечь его внимание.
Снова кувалда сбила защелку, и снова пыль ржавчины взметнулась вверх и якорь на якорь-цепи полетел в воду — и сквозь деревянное дно дока.
«Поднять якоря» было затем исполнено, но без традиционных фраз или звуков марширующего оркестра Морской академии. Оплата в 4000 долларов со счета «Эстерион Шиппинг Компани» фирме «Атлантик Бэсин Айрон Уорко за разные услуги восстановила деревянный сухой док. А бывший матрос первого класса Меркюри «Быстроногий» Браун из Норфолка, Вирджиния, стал матросом второго класса Брауном и героем жилой палубы. Инцидент с тремя чашками кофе был отомщен.
Второй поход «Эстерион»/«Эвелин» начался 4 мая 1942 года. Все, что было в списке ремонта, было отремонтировано, но в головах многих из тех, кто находился на борту, было представление о ее крайне слабой «мореспособности» и «израсходованности». «Эвелин» совершила всего шесть патрульных походов, в которых она заходила во все уголки на атлантическом побережье, в Мексиканский залив и Карибское море в поисках подлодок. Она была свидетельницей потоплений многих судов, но ни разу не получила возможности атаковать самой, вероятно из-за своих небольших размеров. Нет свидетельств и того, что кто-нибудь из командиров подлодок когда-либо заподозрил, что она являлась судном-ловушкой.
10 января 1943 года «Эвелин» пришла в Нью-Йорк с Тринидада. Состояние ее было таково, что Отдел повреждений Морского Министерства подтвердил мнение Легуена о том, что она не выдержит даже одного торпедного удара и еще останется после этого боеспособной боевой единицей. К тому времени, когда в ней были проведены усовершенствования, 14 октября 1943 года был организован и начал действовать Десятый флот. Система конвоев и поисково-ударные противолодочные группы, в которых использовались эскортные авианосцы и приспособленные для противолодочной борьбы эсминцы и эскортные корабли, стали очень эффективным оружием против германских подлодок. Худшее осталось позади, и деятельность «Эвелин»/«Эстерион» уже не требовалась.
Ее передали Береговой Охране, она служила в роли метеорологического судна, затем была объявлена непригодной к плаванию и пошла на слом. Поставленные перед ней задачи далеко превосходили ее способности. Галантное старое судно пока могло выдерживало тяготы. Для тех, кто плавал на «Эвелин» во время ее службы в роли приманки подводных лодок, она всегда будет гордой и благородной леди.
Корабль «Эстерион» действовал в самый тяжелый период борьбы в мелях атлантического побережья. По данным самого Деница, уровень потоплений в североамериканских водах в период с января 1942 года по 14 марта 1942 года составил 1,2 судна в сутки. В период с 15 марта по 20 апреля — 2,2 судна в сутки. Затем наступило резкое сокращение числа успешных атак: с 21 апреля по 19 июля 1942 года этот уровень не превышал 0,7. Именно в этот период количество подлодок, действовавших одновременно в североамериканской зоне от мыса Сэйбл до Ки-Уэст, было увеличено до максимума с 16 до 18 единиц.[179] Именно на этот период на счету морских и воздушных сил США оказалось шесть уничтоженных подлодок:
U-352, капитан-лейтенант Гельмут Ратке — кораблем ВМС «Икарус».
XT-157, корветтен-капитан Вольф Хенне — кораблем ВМС «Тетис».
1Т-1В8, капитан-лейтенант Эрих Роотин — 74 патрульной эскадрильей.
U-701, капитан-лейтенант Хорог Деген — 396 эскадрильей армейской бомбардировочной авиации.
U-153, корветтен-капитан Вильфрид Райхманн — 59 эскадрильей армейской бомбардировочной авиации и кораблем «Лэнсдаун».
U-576, капитан-лейтенант Дитер Хейнике — VS9 эскадрильей ВМС и пароходом «Уникой» из подразделения вооруженной охраны рыболовства.[180]
До 15 апреля потоплено было три лодки:
U-636, капитан-лейтенант Крекинг — VP82 эскадрильей ВМС.
U-503, капитан-лейтенант Герике — VP82 эскадрильей ВМС.
U-85, обер-лейтенант Эберхард Грегер — эсминцем «Ропер» (DD147).
Несомненно, что подводный блиц-криг у американских берегов закончился. Хотя кое-где потопления продолжались, в особенности в дальних районах Карибского моря возле Тринидада, Арубы и Панамского канала, что стало возможным благодаря введению подводных танкеров, затраты Деница в форме потерь подлодок начали расти. К концу 1942 года, потеряв 15 лодок, Дениц перевел свои лодки в районы, где проходили североатлантические конвои и в юго-восточную часть Атлантики. В 1942 году в Атлантике погибла 61 лодка, а во всем мире — 85 лодок.
У Деница ситуация лучше уже не становилась. В мае 1943 года он потерял 38 подлодок или 32,2 % всего действующего подводного флота. Верно, что ноябрь 1942 года был месяцем беды для транспортных путей союзников в Атлантике, когда было потоплено судов на 603 000 тонн, в среднем 3 судна в сутки. Но к маю 1943 года эта цифра снизилась до 212 000 тонн, или до одного судна в сутки. Кроме того, судостроительная промышленность союзников начала производить суда в количестве, значительно превышающем потери. В кратковременном плане стратегия Деница могла быть успешной, но достигла ли она основной цели, вопрос остается открытым. С точки зрения на тотальную войну и ее результаты, «Паукеншлаг» и последующие операции в прибрежных американских водах были непоследовательными. Война — это игра стратегии и тактики, но результат часто определяет удача. Для Деница «Паукеншлаг» был дерзким шагом, отклонением от стратегии нападений на конвои. Рассчитанный риск оставался независимо от того, обеспечит ли изменение тактики предусмотренный адмиралом достаточно мощный удар по судоходству союзников в американских прибрежных водах.
Будущее «Льва» напрямую зависело от успеха его дерзкого замысла
Важно понять стратегию германского подводного флота с точки зрения немцев применительно к операциям в западной Атлантике с конца 1941 по июнь 1942 года. Наступательные действия подлодок в американских прибрежных водах были проанализированы и записаны фрегаттен-капитаном Гюнтером Гесслером, племянником адмирала Деница, бывшим командиром U-107 и оперативным офицером флагмана подводного флота. Записки Гесслера были переведены и опубликованы Издательством Ее Величества под названием «Военно-морская история Германии: подводная война в Атлантике, 1939–1945». Эта работа была сделана после войны по указанию британского Адмиралтейства. В ней приводятся некоторые интересные проникновения в образ мыслей Деница и его штаба в этот период. Краткое изложение их дается ниже.[181]
Еще в сентябре 1941 года германский военно-морской штаб решил, «что должны быть предприняты действия против американских судов, везущих грузы в Англию». Дениц поддерживал это предложение, и, как сообщает Гесслер, в его военном дневнике имется запись от 15 мая 1942 года, которая гласит: «В долгосрочном плане предпочтение состоит в превосходстве количества утопленных судов перед вновь построенными. Кораблестроение и производство оружия сосредоточено в зоне Америки… Нападениями на суда, перевозящие военные грузы… в зоне Америки я нанесу удар в корень зла».
По Гесслеру, Дениц дал обязательство, что «если бы он мог иметь свои лодки в готовности отправиться к берегам Америки к началу войны, он смог бы нанести сильнейший неожиданный удар — einen kraftigen Paukenschlag» («сильный удар в литавры» — Прим. авт.). Сентябрьское предложение было отвергнуто Гитлером по политическим соображениям Он не хотел провоцировать Америку на вступление в войну. Однако нападение на Пёрл-Харбор ускорило объявление войны Германией и убрало ограничения на наступательные действия против кораблей ВМС США и торговых судов. Дениц смог ударить в свой барабан.
