Еще в сентябре 1941 года германский военно-морской штаб решил, «что должны быть предприняты действия против американских судов, везущих грузы в Англию». Дениц поддерживал это предложение, и, как сообщает Гесслер, в его военном дневнике имется запись от 15 мая 1942 года, которая гласит: «В долгосрочном плане предпочтение состоит в превосходстве количества утопленных судов перед вновь построенными. Кораблестроение и производство оружия сосредоточено в зоне Америки… Нападениями на суда, перевозящие военные грузы… в зоне Америки я нанесу удар в корень зла».
По Гесслеру, Дениц дал обязательство, что «если бы он мог иметь свои лодки в готовности отправиться к берегам Америки к началу войны, он смог бы нанести сильнейший неожиданный удар — einen kraftigen Paukenschlag» («сильный удар в литавры» — Прим. авт.). Сентябрьское предложение было отвергнуто Гитлером по политическим соображениям Он не хотел провоцировать Америку на вступление в войну. Однако нападение на Пёрл-Харбор ускорило объявление войны Германией и убрало ограничения на наступательные действия против кораблей ВМС США и торговых судов. Дениц смог ударить в свой барабан.
Штаб германских ВМС, по Гесслеру, рассчитывал на неопытность американских противолодочных сил и в связи с этим на возможность действий подлодок в районах портов США, где местные силы могли быть неэффективными. Это подтвердил и Хардеген на U-123 — неадекватность оборонительных действий США. Утверждение Гесслера, что в промежутке с 1939 по начало 1942 года «американским противолодочным силам не хватало опыта», было несомненно точным. Фактом было и то, что у ВМС США отсутствовали организованные противолодочные силы.
Это было задокументировано в конце 1944 или начале 1945 года по приказу адмирала Кинга в штабе Главнокомандующего ВМС (COMINCH), было подготовлено обозрение «противолодочных операций против германских подлодок во Второй мировой войне». В качестве отклика на него был создан подытоживающий совершенно секретный документ (ныне рассекреченный), включающий 8 источников и 12 приложений, который снабдил COMINCH данными, необходимыми для создания основы плана послевоенных ВМС мирного времени. В этом документе констатировалось очевидное:
Подобно прочим видам деятельности ВМС США, развитие противолодочных сил между Первой и Второй мировой войнами страдало от отсутствия продолжающихся программ. Возможно, что противолодочные силы пострадали даже больше из-за отсутствия сколько-нибудь важного или авторитетного агентства, способного продвигать разработки и тактику.
Исключая усовершенствования в гидролокационной аппаратуре, никаких других успехов в развитии противолодочных средств между Первой и Второй мировыми войнами достигнуто не было…
Достаточно сказать, что… до весны 1943 года мы ничего не делали для противолодочной войны так хорошо, как бы нам этого хотелось… главным образом из-за отсутствия сил, неспособности подготовить кадры, которыми мы располагали из-за их постоянной оперативной занятости, и от использования устаревших тактики и оборудования. В действие были пущены все виды разнообразных надводных судов.[182]
Неудивительно, что Рузвельт и Кинг в январе 1942 года, учитывая уровень неподготовленности США, предпочли использовать в качестве аварийного средства расходуемые суда-ловушки, которые должны были заполнить временную противолодочную брешь. Свое присутствие у американских берегов силы союзников показали не ранее апреля-мая 1942 года. Гесслер отмечает, что, начиная с апреля, для подводных лодок атаковать стало небезопасным, исключая ночное и безлунное время. Лодки стали уязвимы перед увеличившимся количеством патрульных судов и самолетов. Первая гибель лодки произошла 14 апреля, когда возле мыса Гаттерас была потоплена U-85. 15 июня и 7 июля были потоплены U-576 и U-701, соответственно, также у мыса Гаттерас. В мае, как отмечал Гесслер, количество потопленных судов союзников начало сокращаться и понадобилось пересмотреть ведение войны в прибрежных районах. В заключение он указывает. «19 июля двум лодкам, действовавшим у мыса Гаттерас, было приказано уйти из прибрежной зоны. Таким образом, усилившееся влияние американских противолодочных сил отогнало нас от берега и из этого родилось наше решение посылать к берегам время от времени только одиночные лодки, да еще ставить мины возле портов».[183]
Дениц расценивал свою операцию «Паукеншлаг» и битву у берегов Америки как успех. Это заключение следует признать спорным. По причинам политического характера в высших кругах германского командования было важно ублажить Гитлера и добиться его благосклонности, поэтому в интересах адмирала было особенно выделять индивидуальные успехи отдельных лодок, таких как U-123 (Хардеген) и U-552 (Топп), а не показывать несколько разочаровывающие средние данные по количеству тоннажа потопленных судов, приходившихся на одну лодку. Очевидные провалы в достижении такой цели, как подрыв путей морского снабжения союзников могли только ухудшить положение Кригсмарине, боровшейся с Люфтваффе и Вермахтом за ограниченные ресурсы Германии. Некоторые историки называют операцию «Паукеншлаг» «Пёрл-Харбором Атлантики». С учетом людских потерь и уничтоженных судов и материалов нет спора о том, насколько неоспоримо серьезны были атаки на судоходство союзников. Однако сделать объективное заключение как об общих результатах, так и о точном уровне достижения или провала, крайне затруднительно. Один из подходов мог бы послужить оценке того, достиг ли, этим Дениц своей цели. Второй — определил бы меру того, насколько эти атаки повлияли на политическое поведение и, военно-промышленную реакцию США.
«Паукеншлаг» был решительным ударом, но вряд ли можно счесть его «мощнейшим воздействием», как это задумывал Дениц. Он мог рассчитывать, что своей цели он добился бы, если бы каждая из его пяти лодок уничтожила по 7–8 судов, то есть всего 35–40 судов. На деле было атаковано только 24 судна, или 60–69 % от ожидавшегося количества. Хотя Дениц мог считать масштабную прибрежную подводную войну тактическим успехом, имеется достаточное свидетельство того, что это — провал, или, в лучшем случае, небольшой урон потоку военных грузов в Европу. Лишь на короткое время прибрежные наступательные операции создавали угрозу грузовым линиям на Британские острова, в Мурманск и в Архангельск. И тщательное изучение действий подлодок в американских водах позволяет сделать только то заключение, что в общей оценке битвы за Атлантику угроза казалась более значительной на фоне тех потерь, которые имели место в действительности.
Пёрл-Харбор, объявление Германией войны и подводные атаки у побережья создали оправдание усилиям Рузвельта подготовить США к войне. Планирование мобилизации промышленности уже началось, и меры в этом отношении были предприняты. Президент сформировал Военно-промышленный совет и были установлены годовые цифры выпуска артиллерийских орудий, танков, самолетов и грузовых судов. Для последних целевые цифры были в 8 000 000 тонн дедвейтом, на 1943 год — 10000000 тонн. Строительство эскортных эсминцев (DE) тоже уже началось. Конгресс охотно выделил необходимые фонды для поддержки этой «невероятной программы».
Для противодействия потере судов и грузов ВМС особый упор сделали на противолодочной программе. Адмирал Кинг создал аналитическое подразделение по противолодочной борьбе, конвойный и трассовый отделы в своем штабе, а также специальные школы и подготовительные курсы по противолодочной войне. Он сосредоточился на Северной Атлантике и на связях с британцами и русскими. На вновь организованную Охрану Морских Границ Кинг возложил ответственность за операции в прибрежных водах. Охране Морских Границ предоставили множество катеров и патрульных кораблей, переоборудованных яхт и 22 траулера, взятых в долг у Британии вместе с опытными офицерами и командами. К 1 июля 1942 года эти меры заставили Деница отступить от своей компании у американских берегов. Хотя по мнению Сэмюэля Морисона операция «Паукеншлаг» была «избиением младенцев» и «унижением» для США, было немного, если они вообще были, свидетельств таких унижений президента, конгресса или очнувшейся от апатии американской публики.[184]
Широко разрекламированный Деницем успех операции «Паукеншлаг» в немалой степени был обязан Хардегену. Адмирал дал своему капитан-лейтенанту соответствующую награду — возвращением из второго похода в американские воды для этого аса закончилась карьера в море. Калс, Запп, Моор и Топп также достигли своих индивидуальных заданий по тоннажу и получили свои награды. Но остальные командиры подлодок ожиданий адмирала по тоннажу потопленных судов не оправдали. В то время как Деницу следует отдать должное за концепцию «Паукеншлага», в целом эту операцию надо оценивать путем оценки и определения уровня достигнутого успеха. А недостаток ее состоял в том, что задуманный план выполнялся плохо.
