травы.
Доктор оказался человеком маленького роста, смешного телосложения (крупная голова, казалось, весила больше, чем было способно выдержать субтильное тело), с приличной залысиной, и на нём было белое просторное одеяние, как и у мальчика, сообщающее о его профессии. Он сидел на низкой софе за низким столом. На столе располагался чайник, чашка с напитком, а также множество амулетов и фигурок — снова изображающих богов. Доктор взглянул на нас и указал на софу напротив.
— Садитесь.
Мы сели.
— На что жалуетесь? — со скучающим видом обратился доктор. Всё его внимание сейчас занимал дымящийся напиток в чашке, после первого раза на нас он больше не взглянул.
— Моя жена потеряла память, — сказал я.
Святая вздрогнула и заволновалась, я взял её за руку и успокаивающе погладил по ладони.
— При каких обстоятельствах она потеряла память? — безэмоционально, скучающе спрашивал доктор.
— Мы оказались в городе, где происходили сражения, — сказал я. — И во время битвы была использована магия, которая разрушила множество домов. От одного из зданий откололся приличный булыжник и угодил прямо по голове моей супруге. Она потеряла сознание на некоторое время, а когда пришла в себя — оказалось, что она утратила память.
— Как долго она была без сознания? — монотонно спросил доктор, не отводя взгляда от чашки с чаем.
— Э-э, минут пять, кажется. Ну, точно не больше десяти.
— Хм. Продолжайте, — доктор, наконец, оторвался от чашки и бросил оценивающий взгляд на Святую. Затем, продолжая удерживать мою «жену» в поле зрения, он поднёс чашку к губам, вытянул их трубочкой и подул, а потом, так и не сделав глоток, отставлял обратно на столик.
Рассказывать особо было нечего, поэтому моя история быстро подошла к концу. Доктор встал, подошёл к окну, отодвинул одну штору — в помещении стало светлее. Он позвал Святую. Она подошла к нему, доктор попросил её наклониться — так как он был коротышкой — и принялся осматривать и ощупывать её голову.
— Хм… странно… — сказал доктор. — Никаких следов ранений.
— Да, — сказал я. — Мы с женой тоже этой заметили.
— Значит, повреждений черепа нет, — опять скучающим тоном сказал доктор и вернулся на софу. — Тогда, получается, удар булыжником вызвал сотрясение мозга, которое как-то спровоцировало потерю памяти. Дело это опасное — может оказаться так, что внутри находится гематома. Она может начать давить на мозг и со временем может привести к очень нехорошим последствиям.
Святая побледнела, слушая его монотонную речь. Она вернулась на софу, села рядом со мной, и я снова взял её за руку и успокаивающе погладил.
— Доктор, — сказал я. — Я слышал, что бывают случаи, когда потеря памяти имеет не физическую причину, а психологическую.
— Верно, — кивнул Сенаэр. — Ваша жена могла потерять память из-за шока и психологической травмы, вызванной… как вы сказали? Происходили бои?
— Да. Честно говоря, мы прибыли из Graen Wilat, и застали происходившую там бойню.
— Ох-хо-хо, — прокряхтел доктор, и только теперь его взгляд, который он обратил к нам, стал заинтересованный, а в голосе появились хоть какие-то эмоции. — Я слышал, там разверзся настоящий ад. Немудрено, что ваша супруга могла получить сильную психическую травму, став свидетелем подобного ужаса и зверств. Кроме того, её мог сильно испугать тот самый булыжник, когда падал на неё и она могла его заметить. Вполне может статься, что причина её потери памяти — действительно имеет психическую, эмоциональную природу.
Я посмотрел на Святую и слегка улыбнулся, пытаясь внушить ей спокойствие и уверенность. Она слабо попыталась улыбнуться в ответ — но в глазах стоял испуг.
— Не будем гадать, а давайте просто разберёмся в этом вопросе раз и навсегда, — сказал Сенаэр.
Он подошёл к Святой, направил ладонь на её голову, закрыл глаза и произнёс:
– [Anstaedar].
Его ладонь вспыхнула зеленоватым светом, но тот был такой слабый и бледный, что почти незаметен. Через несколько секунд доктор открыл глаза и вновь вернулся на софу.
— Что это было? — удивлённо спросила Святая. — Я что-то почувствовала… У меня аж мурашки пробежали по спине…
— Я провёл магическое обследование внутренностей вашей головы, уважаемая мэдэмэ, — ответил Сенаэр и взялся за свою чашку с чаем, поднёс ко рту, вытянул губы трубочкой, подул — и поставил обратно.
— Магическое?! — воскликнула Святая восхищённо и аж подпрыгнула. — Это была магия? Вы владеете магией, мастэр-целитель?!
— Разумеется, — просто ответил Сенаэр. — Какой же целитель без магии?!
— И что вы выяснили? — спросил я, намереваясь прервать дальнейший разговор о магии, так как эта тема вызывала у Святой слишком большой интерес, и мне это не нравилось.
— Никаких физических повреждений мозга я не обнаружил, — сказал Сенаэр. — Никакой внутренней гематомы или опухолей тоже нет. Мозг вашей жены в полном порядке, как и череп. У неё совершенно здоровая нормальная голова.
— Тогда причиной потери памяти стала всё же психологическая травма?
— Вероятно, — ответил Сенаэр, пожимая плечами. — Есть ещё один вариант. Насколько я знаю, в сражении в Graen Wilat участвовало много боевых магов — со стороны Храма. Также и вы упомянули, что здание, булыжник которого упал на голову вашей жене, было разрушено магической атакой. Вполне может оказаться, что вашу жену атаковало какое-то боевое заклинание, которое и повредило ей память.
— Такое может быть?! — удивлённо спросил я.
— Магия? — вновь восторженно вздохнула Святая. — Магия могла лишить меня памяти?
— Такое может быть, — сказал Сенаэр и вновь подул на чашку с чаем, а потом отставил обратно, так и не сделав глотка.
Он встал и лениво поплёлся, шаркая ногами, к дальней стене комнаты. Там было нечто вроде небольшого алтаря с фигурками богов и всякими ритуальными предметами. Целитель взял круглый зеленоватый камень, похожий формой и размером на куриное яйцо, и пошаркал обратно.
Снова сев напротив нас, он вытянул руку с зелёным яйцом в сторону Святой.
— Это амулет бога магии Tolgan Draiokh, — объяснил Сенаэр. — Он может обнаруживать следы и тип магии, применённой на конкретном человеке или вещи. Давайте с его помощью выясним, не повредила ли магия вашу память.
Он закрыл глаза, лицо его стало сосредоточенным, Сенаэр забормотал:
— O Tolganha Draiokha tasenar draioh antsaedarr…
В какой-то момент мне захотелось присоединиться к песнопениям, ведь я знал все нужные гимны наизусть, но сдержался.
Под воздействием его бормотания зелёный камень засиял и издал гулкое жужжание, как магический артефакт-механизм, которые иногда можно найти в древних развалинах, оставшихся от прежних времён. Свечение камня пульсировало, становясь то ярче, то тусклее, и в такт пульсации звучало гудение — становилось то громче, то тише. Ввввум! Ввввум! Ввввум! — звучало ритмичное гудение.
Эта процедура длилась несколько мгновений, а потом свечение погасло, и Сенаэр
